Воспоминания душегуба: Друг (СИ) - Ставров И. В. - Страница 37

— Опять ты? — устало спросил черноволосый мужчина, нисколько не удивившись столь внезапному появлению гостя.

— Но-но-но, попрошу! С кем говоришь!

— А ты-то откуда знаешь о том, что будет дальше?

— А вот это уже мои тайны, — хохотнул тот. — Ты ведь куда-то там собирался? Ну, вот и шуруй! — беззлобно хохотнул гость.

Из-за света, бьющего ему в спину, рассмотреть лица не удавалось. Голос был девушке незнаком, но в свете яркого солнца его улыбка напоминала оскал безумца. Она надеялась, что с ней играет её воображение, а недосып искажает реальность. Едва она подумала об этом, он повернулся к ней:

— Очень уж занятно было ваши сказки слушать, — чуть ли не промурлыкал мужчина. — Вот и я решил участие принять. А то как ни гулянка, так без меня! Произвол! А ты пиши, девочка, пиши…

Глава 5. Игра Богов

Воздух остывал, уступая место равнодушным звёздам. Под тяжестью холодной заверти скрипели деревья, что-то нашёптывая друг другу. Посеребрённые лунным светом степные ночи отличались особой тишиной и загадочностью. Местные жители каждый раз с восторгом ожидали полнолуния, утверждая, что от погоды зависят настроения духов. Лия не верила в духов, предпочитая теплее одеваться, нежели гадать по погоде настроения каких-то там духов. Но её напарник был не согласен, часто припоминая старую поговорку:

— Убегай скорей, коль встретил в степи борей…

Она никогда не понимала, почему Шаккан столь серьёзно относится к суевериям, но говорить ничего не стала. Услышав голос, к ним вышел смуглый мужчина в потрёпанной одежде, лоб которого изрезали глубокие морщины.

— Здравствуй, Богдан, — поздоровались они.

Богдан кивнул, скользя взглядом по хмурым теням. Ветер давным-давно разогнал облака, показывая людей бледной луне, блестевшей сегодня ярче прежнего. Друзья много спорили о месте встречи, но, когда Богдан заявил, что это место пахнет силой, вопросы сами собой отпали.

— Приготовьтесь, — приказал Богдан.

Некоторое время он сосредоточенно смотрел перед собою, не шевеля ни пальцем. Затем появился далёкий звук, больше всего напоминавший эхо треснувшего камня в глухой пещере. От громкого треска птицы с ближайших к ним деревьев взмыли в небо, распугивая тишину хлопаньем крыльев. Перед Богданом возникли переливающиеся жаркими струями потоки воздуха в виде вытянутого в человеческий рост овала. Земля оказалась вдавлена, словно на неё упало что-то большое, раскидав в разные стороны траву вперемешку с чернозёмом.

— Готово, — Богдан дышал прерывисто, вытирая с лица пот. — Только на сей раз вам придётся выбираться самостоятельно. Мои силы на исходе. Последний переход дорого мне обошёлся…

Обнявшись с девушкой, он крепко пожал руку мужчине. Когда Лия с Шакканом шагнули к переходу, позади что-то неожиданно треснуло, заставив Богдана обернуться. Но лес оставался безмолвным, и лишь где-то далеко ухнул филин. Тем временем жаркие струи воздуха испарились с негромким хлопком, поглотив в себе людей. Звенящая тишина ударила по его ушам, и Богдан замер, вслушиваясь в далёкое хлопанье крыльев улетавших прочь птиц. Его что-то беспокоило, и он ощущал это так чётко, как никогда. Сложная жизнь оставила в его сердце вечную тревогу, а лицо изрезала морщинами. Наконец, избавившись от иллюзий, мужчина облегчённо выдохнул. Он совсем не был уверен в своей ворожбе, словно играл в кости с самой природой. Впрочем, это было недалеко от истины.

Появившись у опушки леса, люди некоторое время приходили в себя. Если мгновение назад оба находились в тёмном редколесье, то сейчас снег Сумеречной Гряды на западе мерцал, провожая тяжёлое солнце.

— Пронесло и в этот раз…

— Да уж, пока что нам везёт, — задумчиво подтвердил мужчина.

— Думаешь, что-то может пойти не так, как и предупреждал Богдан?

— Да кто же знает? — пожал плечами Шаккан. — Даже он не понимает принципов, по которым переходы ему подчиняются, а ведь он с ними всю жизнь работает…

Оба напряжённо молчали, глядя друг другу в глаза. Первой отвела взгляд девушка, глянув на юг.

— Если Богдан ничего не напутал, то мы сейчас немного севернее Южного моря.

Проследив за взглядом Шаккана, в глаза девушке бросились чумные земли юго-запада. Завеса чёрных туч, точно обнимая, распростёрлась над огромной территорией узловатыми пальцами мглы. В разных уголках материка это место именовали по-разному. Но чаще всего — Гиблыми Землями. Леса и болота, степи и чащи, буреломы и холмы, горы и равнины — ничто не осталось нетронутым. Всюду чувствовались в этих землях зло и первобытный ужас, который ощущает разве что добыча перед могучим хищником. Странники как-то раз даже осмелились нарушить границы, и сапоги их коснулись запретных земель. Почва впитала в себя кровь сотен тысяч убитых в древней битве, а Боги ожесточили сердце земли, чтобы положить конец войне. Затем, по легендам, Боги обрушили огненный свой гнев, и земля навеки покрылась пеплом воинов, имена которых оказались преданы забвению.

Но они не побоялись. В попытке выследить Подчиняющего, они услышали его силу именно здесь, и долгое время пытались найти какие-либо следы, но все попытки оказались тщетны.

— Значит, ты на восток? Тогда я наведаюсь в Яксард, — очнувшись от мрачных воспоминаний, проговорил мужчина.

— Как знаешь.

На этом и порешили. Лия уверенно скользнула в чащу и шаги её тут же утонули в перешёптывающихся листьях. Мужчина, проводив её взглядом, взлетел вверх, и добрый попутный ветер сам понёс его на запад.

Спустя пять дней, летая над полуночным северным портом, мужчина вглядывался вниз, бегая глазами по опустевшим улочкам. Что-то бубня под нос, он описывал круги над городом, разгоняя с крыш влюбленных котов и редких птиц.

С каждым новым кругом, он сильнее вслушивался в разбросанную силу, но пока результатов не было. Терпеливо ожидая, он сделал очередной, наверное, уже сотый круг над портовым городом, но неожиданно раздался чей-то голос, заставив его вздрогнуть от неожиданности:

— Нашла тут одного, силу умеет контролировать, ведёт себя подозрительно, глазки бегают. Глянешь?

Связь на таком расстоянии сопровождалась чудовищной головной болью, отчего у мужчины засверкало перед глазами. Шаккан кое-как мог нормально поддерживать связь, хоть та и частенько проглатывала окончания слов.

— Подожди… Тут источник либо услышал моё приближение, и успел скрыть силу, либо в тот раз мне действительно показалось…

— Даже так?

— К сожалению, мне не удаётся найти ни единой зацепки…

Немного подумав, он, наконец, закончил:

— Ладно, тогда скоро буду, работай.

Зуд в голове пропал, и мужчина облегчённо выдохнул. Всё-таки, в тот раз ему почудилось.

Ветер не любил эти места. Он был подобен таппану — сильный, могучий и статный. Взобравшись на холмы, ветер набирал массу, обрушиваясь на леса и скалы. Очередной порыв разъярённой волной протаранил высокую гранитную скалу, с которой осыпались пыль и мелкие камни. На её вершине, высотой в две версты, высился человек. Плоская вершина едва-едва позволяла мужчине широко расставить ноги. Скрестив руки на груди и опустив на неё подбородок, мужчина о чём-то крепко задумался. Обветренное лицо его хмурилось, губы шептали что-то неразличимое, а в коротких русых волосах резвился ветер.

Распахнув глаза, он устремил взор куда-то вправо. Некоторое время взгляд его мелькал от одного дерева к другому, пока он что-то не разглядел среди чащи. Длинный прыжок в пропасть показался бы отчаянным шагом безумца, но только не для него. Ветер подхватил мужчину, словно пёрышко, и понёс на своих волнах к зубастым вершинам гор, обрамляющих долину.

Холодные языки осеннего солнца отсвечивали от утолщённых набалдашников парных клинков за спиной Шаккана. Больше не опираясь на сильное плечо женатого ветра, Шаккан ускорился. Цель находилась далеко, но это не было большим препятствием для того, кто летает быстрее орла.