Игра королей (СИ) - Марика Ани - Страница 76

Он стёр капли воды с подбородка и шеи, послал свою светлую магию и подлечил меня, особенно между ножек, убрал спутанные волосы за ухо.

— Спасибо, — поблагодарила я Ноа, — стало намного лучше, — и потянулась к его губам.

Мужчина хмыкнул, перехватив инициативу, и жадно набросился на меня. Дейв целовал так, будто от этого зависела его жизнь. С жадностью и страстью, прижимая к себе максимально сильно, даже слегка больно. Я буквально повисла на шее Ноа, поэтому он подхватил меня под попу, и посадил на стол, устраиваясь у моих разведённых ног.

— Я люблю тебя, Рита, больше жизни люблю! — прошептал Ноа, оторвавшись от моих губ и прокладывая дорожку из поцелуев через шею, ключицу, вниз к груди.

— И я тебя люблю, несносный грубиян, ах, — простонала я, когда его губы сомкнулись на соске, и он слегка прикусил его.

С силой сжала волосы на затылке брюнета, от чего дейв рыкнул, переключившись на другую грудь, и снова укусил. Соски были ещё крайне чувствительны после ночи любви с тремя мужьями, поэтому от ласк мигом завелась. Ноа стянул с себя штаны и резко вошёл на всю длину своего немаленького члена. Я была вся мокрая и поэтому спокойно приняла его, вскрикнув от удовольствия, и сразу выгнулась, укладываясь полностью на стол. Видимо, у дейва давно ничего такого не было, так как через пару фрикций он бурно кончил и с глухим стоном прижался ко мне сильнее.

— Прости, — виновато прошептал мне в живот мужчина.

— Всё нормально, — ответила я, поглаживая брюнета по голове и плечам. Спустилась к его соскам и чуть сжала верхушки. От моих манипуляций уснувший орган мужчины внутри меня пришёл в действие, и стал медленно подниматься, заполняя меня вновь.

До самого утра мы с Ноа любили друг друга на маленькой кухне, и после двух ярких финалов устало уснули, не дойдя до комнаты, прямо на ковре, крепко прижимаясь друг к другу.

Проснулась я от нежных поцелуев. Кто-то очень нежно гладил меня, словно лёгкий шёлк по коже скользил и оставлял влажные, сладкие поцелуи на груди и животе. Почувствовала запах моря и йода, — мм, это мой сладкий фэйри, значит. Запустила руки в густые волосы мужчины и открыла глаза. Так и есть — васильково-сиреневые глаза Ориона смотрели на меня с нежностью и слегка светились.

— Доброе утро, жена, — сказал фэйри и поцеловал мой живот.

— Доброе утро, муж, мне нравится такое пробуждение, — улыбнулась я, зарываясь в густую шевелюру моего любимого.

— Только такое и будет всегда, обещаю — произнёс мой невероятный Ори, я поверила.

Эпилог

Прошло 9 месяцев на Ардо, и около полугода на Земле

— Рита, ты рожаешь! — Артур уставился на свои мокрые замшевые туфли, которые я только что ему испортила.

Я, раскрыв рот, смотрела, как дорогущая обувь бывшего мужа заливается околоплодными водами, которые потекли из меня.

— Спасибо, Капитан Очевидность, как ты догадался? — съязвила я, — где у нас артефакт перемещения?

Артур всучил мне камень и подхватил на руки.

— Надорвёшься, балбес! — отругала я, вцепившись в ворот его рубашки.

— Да ты лёгкая, как пушинка, давай уже резче отправляй нас, — сказал Артур, и я, кивнув, закрыла глаза.

Я представила своих мужей, моего нежного фэйри, нетерпеливого оборотня, серьёзного дракона, высокомерного эльфа, ласкового дроу, властного демона, и грубияна дейва.

— Нихуахуа, — услышала я удивлённый голос Артура, и открыла глаза.

Мы стояли в центре тронного зала, на возвышении которого восседали мои мужья и решали важные вопросы. Увидев нас с бывшим мужем, Рэд первый подорвался к нам.

— Привет, милый, — улыбнулась я волку, — а я тут рожаю!

После моих слов началась дикая суета. Рэд заграбастал меня и понёс в лекарское крыло, где оборудовали специально для меня комнату. За нами побежали остальные мужчины, громко отдавая приказы. По дороге я, смеясь, представила Артура Королям и Ноа, но, кажется, меня никто не слушал. Мужчины были озабочены совершенно другим.

— Говорил я ей, не перемещайся, — ворчал Грэм, — но разве эта женщина послушает мужа!

— Не ворчи, старче, — усмехнулась я, закатив глаза.

Меня положили на большую койку и тёмные мужья, облепив мой живот, стали посылать тёмную магию, даря ребёнку силы на предстоящий сложный процесс.

Начались схватки, и если сначала я могла их терпеть, то потом уже громко стонала и обещала всех прибить, если ещё раз кто-то заделает мне ребёнка!

Короли жутко нервничали, пытались помочь, делая кучу бесполезных действий. Особенно почему-то бесил Маркус, который уже раз сто спросил, чем он может помочь.

— Маркус, ещё раз спросишь, и во время потуг я буду держать тебя за руку!! — простонала я, помня, какие отполированные ручки были на креслах в роддоме, потому что их сжимала каждая из рожениц с силой пресса.

Самым полезным оказался Ноа — его магия светлого, конечно, была бесполезной для меня сейчас, но зато он как целитель по профессии шикарно массировал поясницу в перерывах между схватками, помогая моей спине.

Ещё помогал запах фэйри. Во время беременности у меня всегда усиливалось обоняние и менялись пристрастия — какие-то запахи казались отвратительными, какие-то наоборот, вызывали желание нюхать, как токсикоман. Так вот запах фэйри меня просто сводил с ума. Я постоянно ластилась к Ориону, нюхала его и даже иногда могла лизнуть, ощущая какую-то невероятную потребность в этом мужчине.

Вот и сейчас между схватками, я прижималась к нему потным лбом, вдыхая любимый запах.

Рожала я часов шесть, извела мужей и Артура. Больше всех почему-то нервничал Рэд. От волнения от переставал контролировать свою ипостась и дважды оборачивался волком. Чтобы успокоиться, убегал на улицу и наматывал круги вокруг дома, иногда подвывая. Иногда мы подвывали с ним дуэтом. Дроу не отходил ни на шаг, посылая всю свою магию мне, пока не приказала ему прекратить — не хватало ещё, чтобы он упал в обморок от истощения. Пусть ребёнок и сам поработает, все дети через это проходят.

Когда начались потуги, Алистер выгнал всех в моё изголовье, и приказал молчать. Маркус встал в центре изголовья и подсунул мне обе ладони, чтобы я держалась за него. Потом после родов ходил по замку и всем с гордостью демонстрировал синяки на своих лапищах от моих нежных ручек. Ну а что, я предупреждала!

Через три потуги на свет появилась наша доченька. Кажется, весь мир почувствовал её силу, она вся светилась ярко-голубым светом. Я устало наблюдала за тем, как Алистер пеленает её и передаёт Ориону. Да, её биологическим отцом оказался фэйри, впрочем, я уже давно догадывалась об этом, ощущая особую потребность в его присутствии. Девочка на руках папы сладко зевнула и посмотрела на него васильковыми глазками. Орион даже расплакался, аккуратно положил младенца мне на грудь и отвернулся. Я схватила его за руку:

— Ты не должен стыдится своих чувств, потому что я чувствую тоже самое, — прошептала мужу, громко всхлипывая.

— Я люблю тебя, — ответил он, обнимая меня, — спасибо тебе за чудесную дочь.

Мужья окружили меня, Дэмиан и Ноа послали целебную магию, подпитывая и восстанавливая. Каждый из отцов подержал на руках нашу девочку, улыбаясь и радуясь её рождению. Короли благодарили меня и поздравляли друг друга. Когда Ноа взял дочь на руки, то васильковые глаза ребёнка ярко засветились, и она улыбнулась ему, громко кряхтя.

— Вспомнила меня, малютка, — пробасил дейв, громко шмыгая носом, — я люблю тебя, моя маленькая Аврора.

P.s. Как мне и обещали, жила я на границах земель драконов и фэйри. Только мои Короли не стали мелочиться, и вместо одного замка отгрохали целый городок, назвав его Маргес — в честь меня, любимой. Замок располагался на южной окраине города, ближе к морю, и на постоянной основе жили в нём только я и Ноа. Он работал в городе целителем, открыв свою клинику, и многим помогал бесплатно.

Короли же каждое утро, словно офисные работники на Земле, каждый перемещались в свой рабочий кабинет своего замка в своём королевстве. Да, личные артефакты оказалось возможным зафиксировать на одной точке "выхода" — куда будешь попадать всё время. А точкой входа был наш общий замок в Маргесе, куда мужья возвращались вечером ко мне. Мы ужинали, обсуждали, как у кого прошёл день, они обязательно каждый уделял внимание Авроре и целовали на ночь. Спальня у каждого была своя, только в моей стояла не кровать, а настоящий сексодром, на котором смело могли спать 3–4 человека, не мешая друг другу. Обычно вечером я забирала в спальню двоих мужей, это оказалось для меня самым комфортным. Самые ненасытные — Грэм, Орион и Вириэль (что понятно, их тёмная алчная натура требовала большего) перемещались частенько днём, захватывая в единоличное пользование, или, если совпадали с кем-то, то вдвоём. Так что сексуальная жизнь моя была насыщенной, разнообразной, и простоев особо не наблюдалось.