Похищенная невеста для Его Наглейшества (СИ) - Эванс Алисия - Страница 14

— Что с тобой? — на миг мне показалось, что герцог беспокоится обо мне. Конечно, не обо мне, а о тайнике, в который ему не попасть без меня.

— Заработалась, — неловко улыбнулась я в ответ.

— Поешь, силы нужно восстановить, иначе ты выгоришь, — произнес он и указал рукой на накрытый стол. К моему удивлению, мужчины где-то раздобыли небольшой журнальный столик и вытащили его в коридор.

— Будь моя воля, я бы ее голодом заморил, — пробурчал ищейка себе под нос, но все услышали его слова.

— Полкан, уйми свой пыл! — прикрикнул на него герцог. Тот вздрогнул и отвел взгляд. — Эльвира помогает нам.

— Только поэтому ее и терплю, — оборотень мазнул по мне презрительным взглядом. Я в долгу не осталась и, улучив момент, показала ему язык. Никто, кроме Полкана этого не заметил, а вот у оборотня глаза чуть не вывалились от возмущения. Ох, видел бы меня сейчас отец! Где ты оставила свои манеры, принцесса Жизель?

Полкан рыкнул на меня, и от этого звука дрогнули стены.

— На него надо повесить табличку «Злая собака», — пробурчала я, старясь скрыть испуг. К моему удивлению, герцог рассмеялся искренним смехом. Он зазвучал так приятно, что я и сама невольно улыбнулась. Напряжение как рукой сняло. Пока он рядом, оборотень меня не тронет. Правда, сам Арренский одним взглядом может напугать сильнее, чем рык оборотня.

— Ты озвучила мою давнюю мысль, — со смехом произнес он и, взяв стакан с чем-то красным, осушил его. — Садись! — мгновенно посерьезнел, округлил глаза и кивнул на столик. Мужчины где-то раздобыли копченое мясо, квас, вино и хлеб. И я вдруг осознала, что дико проголодалась.

— А столовые приборы? — растерялась я, не увидев ни вилки, ни ножа. Оборотень надменно засмеялся.

— Пф-ф! Может, тебе еще салфетку на грудь положить и стульчик отодвинуть?! — хрюкнул он от смеха.

— Так поступил бы только приличный мужчина, — съязвила я, но играть с огнем не стала. — Вы предлагаете мне есть руками, как какая-то дикарка?! — я подняла изумленный взгляд на герцога. Он внимательно посмотрел на меня и вдруг усмехнулся одним уголком рта, будто что-то понял.

— Конечно же, нет, — спокойным вежливым тоном ответил он, взмахнул рукой, и в его пальцах материализовались столовые приборы. Он приблизился и демонстративно разложил их возле моей тарелки так, как положено по этикеты: вилку для мяса — слева, нож и суповая ложка — справа. — Простите великодушно, Ваше Королевское Величество, но бокал для вина предложить не могу, у нас только стаканы, — саркастически процедил Арренский, а у меня душа в пятки ушла от его слов.

Он догадался?! Мы замерли, глядя друг другу в глаза. По его ледяному выражению лица невозможно ничего прочитать. Мне потребовалось несколько секунд для того, чтобы уловить несоответствие. Он глумливо назвал меня «Ваше Величество». Герцог не может не знать, что так обращаются лишь к монарху и его супруге. К принцессе следует обращаться куда более скромно «Ваше Высочество». Скорее всего, Арренский так шутит и ничего он не понял.

— Благодарю, Ваша Светлость, — улыбнулась я и взялась за столовые приборы. Почему-то после моей ответной реплики герцог закатил глаза и отвернулся. Чем он опять недоволен? Впрочем, не хочу об этом думать. Самого главного он так и не понял, прямо сейчас казнить меня не собирается, поэтому можно перекусить. Едва учуяв запах еды, я сама не заметила, как смела половину того, что было на столе.

В какой-то момент я ощутила, как что-то вокруг меня изменилось. Вдруг стало тревожно, некомфортно и зябко, словно с меня внезапно сорвали одеяло. Повернув голову, я увидела удаляющегося герцога. Он отошел в другой конец коридора, достал артефакт связи и начал отдавать приказы. Когда Арренский вновь вернулся и встал в паре шагов от меня, дискомфорт внезапно испарился. Меня вновь «накрыло» одеялом спокойствия. Я застыла, прислушиваясь к своим ощущениям. Что происходит? Очевидно, что он как-то воздействует на меня. Успокаивает, чтобы я не думала о смерти, пока полезна ему?

— Что? — герцог поймал мой настороженный взгляд и прищурился. — Что-то не так? Еда не по вкусу? — жеманно поинтересовался он.

Издевается. И как я могла рядом с ним почувствовать себя в безопасности? Скорее всего, после всех сегодняшних событий меня подводит собственный рассудок.

— Мясо прекрасное, благодарю вас, — кивнула я. — Если позволите, я вернусь к делу, — выйдя из-за стола, я подошла к тайнику. И снова герцог многозначительно хмыкнул. Мне остается только догадываться, почему после общения со мной он становится таким озадаченным.

— Полкан, Александр, — герцог обратился к присутствующим мужчинам, — я отлучусь на час. Эльвиру вверяю вам. Приглядывайте, — коротко отдал указания он и исчез во вспыхнувшем портале. В ту же секунду меня вновь охватило чувство «сдернутого одеяла». Это не может быть случайным совпадением. Слишком яркий контраст эмоций.

Из-за нахлынувшей тревоги моя магия стала хуже слушаться. Проклятье! Во мне вспыхнул протест. Мало того, что герцог сделал меня рабыней и полностью контролирует все перемещения, он решил взять под контроль и мои эмоции. Хочет, чтобы в его отсутствие я не смогла ничего задумать и сбежать? А может, это рабский браслет так действует? Заставляет чувствовать себя в безопасности рядом с хозяином. Как бы там ни было, мне не нравятся эти эмоциональные качели. Мое негодование оказалось сильнее напускного уныния. Я тряхнула головой и заставила себя отбросить лишние эмоции. Так дело пошло куда быстрее. Но когда герцог был здесь, работать было заметно проще. К тому моменту, когда он вернулся, я почти закончила, но с последним плетением возникли сложности.

— Как дела? — Арренский направился ко мне и оценил ситуацию. — Эльвира, ты молодец, — неожиданно похвалил меня он. — Она почти закончила, — с удивлением и улыбкой сообщил он моим «конвоирам». Мальчики, как ни странно, все время вели себя тихо и не отвлекали меня. Я даже забыла о том, что они здесь.

— Есть проблема, — вздохнула я. — Вот это, последнее плетение нужно как-то…закрепить. Я растратила всю силу на удержание остальных.

— Хм… — нахмурился герцог.

— Эйден, осторожнее! — неожиданно окликнул его теневик. — Это может быть ловушка, — он перевел на меня жалящий взгляд, прозрачно намекая, кто может ловушку подстроить. В сердце волной поднялась обида. Я ведь стараюсь изо всех сил…

— Да брось, — фыркнул герцог, и в моем сердце зародилась теплая надежда, что он заступится за меня. — Ей не хватит ума подстроить мне ловушку, — уверенно заявил он, своими словами дав мне подзатыльник. Стало горько. На миг мне захотелось заплакать, даже слезы подступили к глазам, но я вовремя взяла себя в руки. Воспитание дало себя знать. Показывать слезы на публике — верх неприличия и глупости. Умение держать лицо не подвело меня и в этот раз. Я лишь холодно произнесла:

— Тем не менее, ни вы, ни ваши люди почему-то не справились с плетениями, которые я разобрала за три часа.

Герцог скривился, как от зубной боли.

— С чем тебе помочь? — сменил тему он.

— Будьте любезны, придержите это плетение, — указала я на последнюю нить. Герцог мазнул по мне подозрительным взглядом, будто оценивая, могу я устроить ему подлянку или нет. Почему-то он пришел к выводу, что я безобидна, и исполнил мою просьбу. Осталась лишь дверь. Я потянула руку к круглой золотистой ручке, чтобы убрать последнее препятствие на пути к тайнику. На ней выгравирован знак черных магов — замысловатая шестиконечная звезда.

Ручка щелкнула, дверь легко поддалась, а затем начались «сюрпризы» черной магии. Я почувствовала, как меня затягивает внутрь с невероятной силой. Мне ничего не оставалось, кроме как вцепиться в герцога в последней попытке удержаться. Его крепкий торс оказался очень кстати, чтобы обхватить его руками. Может, я и удержалась бы, но герцога тоже начало затягивать, и он не придумал ничего лучше, чем ухватиться за меня! Его сильные руки обхватили мои плечи, впечатывая лицо в его твердую грудь. Вот так, в страстных объятиях друг друга, мы упали в тайник.