Птица обрела крылья (СИ) - Морион Анна - Страница 66

— Господь велик! Он послал мне вас, моего ангела! Вы просто ангел, моя дорогая мисс Вивиан! Да хранит вас Господь! — воскликнула Джейн и с чувством поцеловала ладонь подруги.

— Единственное, что я хочу знать: желаешь ли ты, чтобы этот подонок Ричард признал свою дочь и, как подобает отцу, выплачивал ей и тебе содержание? — осторожно поинтересовалась Вивиан. — Даже, если он будет горячо отказываться от вас, я заставлю его исправить то зло, что он причинил вам обеим… Джейн, я популярна в обществе и могу легко уничтожить его.

— Нет, не нужно, — тихо ответила Джейн. — Пусть Бог накажет его, а я не хочу иметь с этим человеком ничего общего… И денег мне от него не надо! И вы, мисс Вивиан, должны пообещать мне, что никогда не расскажите ему и леди Крэнфорд о моей малышке!

— Но, Джейн, дочь графа, даже побочная, имеет шанс на прекрасное будущее…

— Мне плевать! Я просто хочу, чтобы она была со мной! А насчет отца, мы скажем всем, что я была замужем за солдатом, и что он погиб при первом же сражении, — вдруг тепло улыбнулась горничная.

— Как скажешь, моя дорогая. Твое желание для меня — закон, — тоже улыбнулась миссис Уингтон И, хотя она горела желанием разрушить жизнь своего проклятого кузена — соблазнителя, посмевшего воспользоваться невинностью ее дорогой подруги, Вивиан, скрепя сердце, твердо решила, что все будет так, как хочет того сама Джейн.

«Осталось только найти малютку и забрать ее в Кроунест. И тогда все будут счастливы, — довольно подумала Вивиан, обнимая подругу, но вдруг темное воспоминание о мужчине, который возжелал ее богатство и поклялся сделать все, чтобы добиться своей цели, заставило ее нахмуриться. — Но ведь в Лондоне меня ждет этот негодяй Кристоффер… Надеюсь, его уже успели женить на какой-нибудь бедняжке… Нужно написать Шарлотте. Сегодня же!»

Вивиан не стала дожидаться вечера и написала письмо Шарлотте сразу после ланча: «Дорогая моя, как чувствует себя твой кузен? Я надеюсь, услышать радостную новость о том, что он женился на порядочной молодой леди и наслаждается ролью супруга. Если же он все еще ходит в холостяках, тебе и твоим родителям следует поторопиться и женить его, как можно скорее. Твой бедный кузен, увы, имеет ко мне чувства, на которые я никогда не отвечу, но скорая свадьба сможет излечить его от горькой любви ко мне. Но я так рада тому, что вы все уладили, и что совсем скоро я вновь увижу вас, мои дорогие! Я уверена, что ваша свадьба будет просто замечательным и очень романтическим событием, которое, мы, безусловно, не пропустим! Я отправляю это письмо в Лондон со своими слугами: они получили задание подготовить к нашему приезду Уингтон-холл. Как только я получу письмо о том, что дом готов принять нас, мы тотчас бросим все дела и двинемся в путь. Целую и обнимаю тебя. Передавай привет твоим замечательным родителям!

Всегда твоя,

Вивиан»

Поставив точку, девушка с облегчением вздохнула и откинулась на спинку стула. Она не стала писать подруге о том, что помолвлена с герцогом Найтингейлом, так как не желала, чтобы эта новость вдруг, нечаянно, но жестоко, затмила новость Шарлотты и Энтони. Вивиан решила поделиться с ними после их свадьбы. Затем, осторожно взяв письмо и подув на него, чтобы помочь чернилам скорее высохнуть, она запечатала его воском и поставила на нем герб Уингтонов. Написав на конверте имя Шарлотты, она принялась за другое письмо, которое вышло очень лаконичным: в нем она просила Энтони подыскать для нее опытного частного детектива, но не стала распространяться о том, зачем он ей вдруг понадобился, надеясь на то, что и сам кузен не будет допытываться о причине.

Так как Вивиан доверяла своей матери как себе самой, она коротко пересказала ей историю Джейн, и та лишь улыбнулась и сказала: «Еще один ребенок… А потом и ваши с герцогом родятся… Как весело им будет играть вместе!». Но, из деликатности, миссис Коуэлл не стала беседовать на эту тему с Джейн.

К вечеру пятеро слуг покинули Кроунест и отправились на удобной большой повозке в Лондон, везя с собой письма для мисс Сэлтон и мистера Энтони Крэнфорда.

Герцог Найтингейл и мистер Харрисон приехали к своим невестам к полудню: герцог намерен был остаться на целую неделю, но его управляющий должен был вернуться в Найтингейл-нест к вечеру. Влюбленные прекрасно провели время, гуляя вокруг замка и наслаждаясь солнечным теплым днем. Ричард, не желающий оставаться в своей комнате и напрочь отказывающийся от дневного сна, не отходил от взрослых ни на шаг.

Однако эта идиллия была прервана на следующий же день, когда мистер Харрисон, вновь примчавшись из Найтингейл-неста в Кроунест, привез своему нанимателю письмо, на котором красовался королевский герб. Прочитав королевское послание, герцог нахмурился, и Вивиан, увидев его реакцию, поняла, что содержимое письма расстроило ее жениха.

— Дорогой мой, что в письме? — ласково спросила она, подойдя к нему.

— Письмо из дворца. Кажется, Его Высочество не может обойтись без моих дипломатических способностей и вернул меня на должность, которую сам же у меня и отнял, — ответил он и, отбросив письмо на стол, обвил руками тонкую талию своей прекрасной невесты.

— Но, дорогой, ведь это великолепная новость! — широко улыбнулась девушка. — Это значит, что он простил тебе «твою измену!» — со смешком добавила она.

— Увы, это событие не совсем радостное, мое сокровище. — Герцог нежно поцеловал ладонь возлюбленной и поспешил ответить на непонимание, сверкнувшее в ее изумрудных глазах. — Его Высочество отправляет меня во Францию, на целых шесть месяцев. Но, если я не смогу выполнить данное мне задание за положенный срок, мне придется остаться там и продолжить работать на интересы нашего королевства.

— И сколько… Сколько времени это может занять? Я имею в виду, если ты не достигнешь цели за эти шесть месяцев? — с беспокойством в душе спросила Вивиан: новость, которая сперва обрадовала ее, теперь приводила ее в уныние.

— В последний раз мне пришлось задержаться в Европе чуть больше года, — мягко произнес ее жених. — Конечно, тогда это не угнетало меня, ведь мое сердце было свободно, и я был один, но теперь, когда я обрел тебя, обрел свое счастье, мысль о том, что я не увижу тебя целых полгода, или, что еще более невыносимо, дольше, причиняет мне боль.

— И мне… Почему Принц Регент пожелал отнять тебя у меня? — Вивиан прижалась к груди своего возлюбленного, и тот крепко обнял ее. — Но, Фицуильям, мой дорогой, можешь ли ты отказаться от этой миссии? Пусть Его Высочество пошлет во Францию кого-нибудь другого!

— Увы, любовь моя, я не могу отказаться: это мой долг, и я буду рад служить Королю и Английской Империи. Его Высочество подчеркнул, что это миссия — дело государственной важности, и что только я, с моим опытом, могу разрешить сложившуюся неприятную ситуацию…

— Какую ситуацию?

— Увы, я и так сказал много лишнего, хотя крепко связан клятвой о неразглашении, — улыбнулся герцог. — Но, любовь моя, даже будучи вдали от тебя, я буду верен тебе и душой, и телом. Я мечтаю о том дне, когда назову тебя своей супругой, и сделаю все от меня возможное, чтобы вернуться к тебе через шесть месяцев…

— Шесть месяцев тоже немалый срок, мой дорогой. Как я смогу не умереть от тоски по тебе? — печально улыбнулась Вивиан, отстраняясь от жениха.

— Мои чувства к тебе не остынут никогда, — с чувством сказал на это герцог. — Я буду твоим до самой моей смерти. А теперь найдем твою матушку, мистера Харрисона и Ричарда. Миссис Коуэлл поведала мне о том, что недалеко от замка находится маленькая, но уютная церковь.

После заката солнца герцог Найтингейл, с камнем на сердце, отбыл в свое поместье — готовиться к путешествию по морю и своей миссии, а его молодая супруга, леди Найтингейл, целый вечер провела в своих покоях и молила Господа о том, чтобы ее дорогой супруг вернулся к ней целым и невредимым.

Глава 30

«Дорогая Вивиан, мы рады слышать, что Уингтон-холл скоро будет готов принять вас в свои объятия! Мы с нетерпением ждем нашей встречи! — писала в своем письме Шарлотта, которое хозяйка Кроунеста читала, медленно прохаживаясь по своему любимому балкону, с видом на сад. — Мне известны чувства моего кузена к тебе. Его восхищенные взгляды, которые он весь вечер бросал на одном из ужинов, дали мне понять, что он отдал свое сердце именно тебе. Увы, ты не ответила на его чувства, хотя, признаюсь, я была бы рада услышать о том, что ты, моя дорогая, и мой кузен обрели семейное счастье…. — «Увы? Наивная Шарлотта! Она так плохо знакома с душевными качествами этого негодяя Кристоффера!» немного разозлившись, подумала Вивиан, но продолжила читать письмо. — Он поведал мне о своей любви к тебе, а также признался, что своим отказом ты ранила его настолько, что отныне Англия потеряна для него навсегда. Но, Вивиан, не думай, я нисколько не рассержена на тебя! Я знаю, что, кроме как вежливой хозяйкой, ты не пыталась быть с ним ни в какой другой роли. Я помню, как однажды ты сказала мне: «Мы не можем приказывать нашим сердцам», и ты имела полное и безусловное право отказать Кристофферу. Но, моя дорогая подруга, в Лондоне тебе не придется чувствовать себя стесненной любовью моего кузена, так как в тот же день, как мы с Энтони вернулись из Кроунеста, Кристоффер поблагодарил моих родителей за гостеприимство и сел на корабль в Данию…»