Соль и сирень (СИ) - Солнцева Анастасия - Страница 38

Горькие слезы подкатили к горлу, но я усилием воли сдержала их. Не время и не место для рыданий.

— Расскажи мне о них, — попросила я, пытаясь думать о чем угодно, лишь бы перед глазами больше не стояло грустное лицо Тима с робкой улыбкой на губах. — Об этой семерке. Все то, чего я еще не знаю.

— Да, хорошие мальчики, это, конечно, мило, но с плохими куда веселее, верно? — хихикнула Мика, заговорщицки подмигнув мне.

Я ничего не стала отвечать, позволив думать так, как ей на то угодно.

Глава XVIII

— Начать, наверное, стоит с Сатуса, — устраиваясь удобнее и обнимая подушку, начала Мика. — Хотя даже не знаю, что еще о нем можно рассказать. Про него много разных слухов гуляет, как забавных, так и не очень. Но чего у него не отнять — это стальной характер. Принц Тьмы единственный ребенок у своего отца. Мать Тая умерла во время родов. Я не знаю, да и никому достоверно не известно, но поговаривали, что по прибытию в школу по силе он уступал даже артефакторам, хотя демоны от рождения владеют значительной силой. В то время, как перед большинством стоит задача развить свои возможности, демоны учатся контролировать свою мощь. Не знаю, почему с Сатусом вышло по-другому, но за время обучения ему удалось не только догнать сверстников, но и превзойти их. Сейчас он — лучший, и не только на своем курсе, но и во всей школе. Чем обусловлен такой рывок никто не знает, но мне рассказывали, что Сатуса часто видели возвращающимся под утро из тренировочного зала боевиков.

Мика потянулась к стоящему на тумбочке возле её кровати кувшину и начала наливать воду в стакан.

— Про него мне все уже понятно, — кивнула я. — Давай дальше. Что там с остальными?

— С кого начать? — отпив воды, спросила Мика.

— С кого хочешь, — мне было, в общем-то, все равно.

— Ладно, — в предвкушении потерла ладошки новая подружка, а я поняла, что живу с одной из тех девчонок, про которых соседка сама же говорила двумя минутами ранее. То есть, с влюбленной поклонницей. — Тогда начнем с Феликса Янга. Он сидел в столовой рядом с Таем. Темноволосый, ростом пониже.

Я поморщилась, напрягая память, пока перед глазами не всплыл образ худощавого парня в форменной черной одежде, с задумчивым взглядом ореховых чуть раскосых глаз. На самом деле, именно форма глаз была тем, что объединяло всех семерых, как я успела заметить. Но вот то, что эти глаза показывали миру — различалось. Если в глазах Сатуса сквозила высокомерность, злость и презрение, то в глазах того, другого, была скорее скука. Он как будто бы познал все области этой жизни, испытал на себе все её проявления, а потому уже ничему не удивлялся. И от этого ему бесконечно скучно.

— Тощий такой, моль в обмороке? — уточнила я.

— Сама ты моль в обмороке, — огрызнулась Мика. — А он просто стройный.

— Ага, такой стройный, что когда ветер дует, его на облачка уносит, — рассмеялась я.

— Ты — дура, — вынесла вердикт Мика, надувшись, а я сразу поняла, кто из семерых нравится моей соседке. Хотя изначально предполагала, что все семеро.

— Я на звание умной и так не претендую, — не стала обижаться я. — Ладно, рассказывай про этого Феликса.

— Его род — самый древний и наиболее влиятельный в Аттере, — нехотя проговорила Мика, но потом вошла во вкус и заговорила уже охотнее: — Даже нынешняя императорская семья не имеет такой истории, как род Янгов. В отличии от Тая, Феликс не любит шпаги и мечи, его любимое оружие — арбалет. Он — лучший стрелок в школе.

— Содержательно, — оценила я с ехидцей.

И тут услышала какой-то странный звук, который шел непонятно откуда. Соскочив с кровати, я подошла к единственному в комнате окну. Оно, как выяснилось, выходило на противоположную от центрального входа сторону. Осмотревшись, я поняла, что это еще один внутренний двор — в центре зеленого газона шумел небольшой трехъярусный фонтан, вокруг которого расположились скамейки, а между ними — кусты с цветами, распустившимися крупными фиолетовыми бутонами. Уже стемнело, но территория была хорошо освещена за счет фонарей, которые привычные мне фонари напоминали лишь отдаленно. На самом деле, это были грозди яростно светящихся шаров, которые держали на вытянутых к чернильно-черному небу каменные статуи.

Глянув вниз, прямо под окно, я поняла, откуда шел привлекший мое внимание звук.

— Что они здесь забыли в такое время? — пробормотала я.

Мика подхватилась с кровати и в два прыжка подскочила ко мне.

— Ух, ты! — восхищенно выдохнула она, приподнимаясь на цыпочки и опираясь на узкий подоконник.

Я недовольно покосилась на соседку и осуждающе покачала головой. На самом деле, осуждала я не только её. Но и тех пятерых, которые решили посостязаться на мечах на ночь глядя. Именно звук удара металла об металл и заставил меня встать с кровати. Среди пятерки облаченных в широкие брюки и свободные рубашки с коротким рукавом ребят я не без труда узнала своего недавнего знакомца. И тут же отвела от него взгляд, так как в отличие от других, на нем рубашка отсутствовала вовсе, давая возможность убедиться в его хорошей физической форме.

— Это что за ночные пляски с тесаками? — нахмурившись, едко поинтересовалась я, наблюдая за тем, как Тай делает красивый выпад вперед, удерживая очень тяжёлое на вид холодное оружие одной рукой, да так легко, словно оно был изготовлено из фольги. — Дуэль?

— Нет, — рассмеялась Мика, — просто тренировка. Хотя странно…

Она закусила губу и наморщила лоб.

— Что? — занервничала я, опять глянув вниз как раз в тот момент, когда Тай запросто, словно играючи, отбил удар своего противника. Его я, кстати, тоже узнала, он был и в столовой, и на холме.

— Обычно они тренируются в отдельном зале, куда вход имеется только у боевиков. А сегодня решили выйти на улицу. Это странно…

— Может там убрать забыли, — проронила я безразлично. — Они же аристократы, голубая кровь! Наверняка, привыкли, чтобы за ними хвосты на каждом повороте заносили…

Мика раздраженно глянула на меня сверху вниз.

— Все никак не могу привыкнуть к твоим странным словечкам.

Присмотревшись, я заметила во дворе еще одного парня. Им оказался недавно упомянутый Феликс Янг, который устроился прямо на земле, облокотившись об одну из статуй, лениво наблюдая за разворачивающимся на его глазах поединком.

— Не хочешь — не привыкай, — мне опять же было все равно. — А кто это в паре с Сатусом?

— Это Шэйн Джеро, — с удовольствием ответила мне Мика, а я, тем временем, наблюдала за мягкими, но сильными движениями парня, которые своей грацией напоминали движения ягуара, крадущегося к жертве, удивительным образом сочетая необыкновенную, какую-то дикую красоту, благородство и хищные повадки. — Он самый младший из всех. И единственный среди семерых, помимо Сатуса, кто занимает главенствующую позицию в своей Семье лишь условно. По факту, титул Великого Герцога принадлежит его старшему брату, который был взят под стражу за подозрение в государственной измене, когда Шэйн был еще маленьким. И с тех пор остается в королевской темнице. То есть, получается дилемма — брат жив, но не может исполнять свои обязанности, поэтому Шэйн делает это за него, являясь главой Семьи временно — до освобождения брата. Хотя, кажется, уже никто не верит, что это произойдет. В фехтовании Джеро хорош, но не настолько, чтобы справиться с Таем. А вот в рукопашном бою ему нет равных.

— Ты уверена, что он — самый младший? — удивленно переспросила я, как раз в тот момент, когда Тай эффектно ушел от меча Шэйна, поднырнув под его руку. В результате этого маневра он оказался рядом с Янгом, который что-то сказал другу, после чего тот вдруг поднял голову и посмотрел в сторону нашего окна. А вернее, прямо на нас с Микой, которая, едва осознав это, тут же отпрянула назад.

Я сперва удивленно оценила кривую усмешку Феликса, а после оглянулась на подругу.

— Ты чего?

— Он нас увидел, — громко зашептала Мика, испуганно прикладывая руки к груди.