Не драконьтесь, Ваше Высочество! или Игра на выживание (СИ) - Филеберт Леси - Страница 43

— Да какой там запах, я на себя столько зелья, сбивающего запах выливала, что вся моя одежда и все мои вещи почти полностью запахов лишены, — раздраженно сказала я, вновь перетряхивая свои вещи в наивной попытке обнаружить там пропавший кошелек. — Запах будет такой слабый, что быстро развеется, мне его сейчас сложно будет найти. Можно, конечно, попробовать, но тут эта ярмарка, со всех сторон пахнет уличной едой… Проклятье…

Я судорожно вздохнула, лихорадочно соображая, что же мне делать. Огляделась по сторонам, словно бы надеясь найти человека с надписью на лбу "привет, я вор!", но, разумеется, не увидела ничего, кроме пестрой толпы.

Что делать… что делать? Мы были уже на подходе к Лакору, обратиться за материальной помощью к кому-нибудь из друзей и знакомых я уже не могла, а в этой части Салаха никого не знала, хотя пару раз и бегала тут по делам поисковой гильдии.

Я на удачу попробовала в очередной раз создать портал до границы с Лакором, но у меня ожидаемо ничего не получилось. Будто внутри стоял какой-то внутренний стопор, мешающий это сделать.

Возвращаться в академию за финансами было бы глупо и долго… Да и бо́льшую часть своих скромных сбережений я взяла с собой, и теперь ее украла какая-то паршивая дрянь.

— Что же делать, что же делать, — бормотала я, пытаясь принюхаться, чтобы все-таки найти свой кошелек.

Но запах был такой слабый… Я попробовала пройти по нему, но шлейф был слишком короткий, оборвался через пару метров. Я завертелась на месте, держась за голову и бормоча про себя ругательства, когда Фьюри дёрнул меня на себя за руку.

— Белладонна, — твердо произнес он. — Спокойно. Без паники.

— Да как не паниковать-то? — огрызнулась я. — Это были наши единственные финансы, на которые я рассчитывала, и сейчас мы остались без них!

— Это самая непроблемная наша проблема, честное слово.

— Н-да? — удивилась я. — Прости, я так не думаю. Нам надо где-то переночевать, да и путь завтра предстоит неблизкий. Можно, конечно, попробовать найти ночлег у местных жителей, может кто-нибудь согласится приютить нас бесплатно, сейчас так и сделаю, но просто… Как же все это не вовремя, — я бессильно рыкнула и пнула камушек под ногами. — И с дорогой обратно мне тоже веселье предстоит… Бесит всё это.

Обхватила себя за плечи и еще раз оглядела городскую площадь по сторонам, в нелепой надежде на чудо.

Стремительно темнело, и уже загорелись фонари. Но их тёплый свет сейчас скорее раздражал меня своим миганием.

А вот уличные музыканты, неподалёку уныло пиликающие на своих инструментах, как нельзя лучше сейчас отражали мое настроение. Вот точно такое же унылое и плаксивое.

Глаза в самом деле были на мокром месте. Ну а что? Имею право на эти эмоции! В конце концов, я просто молодая девушка, ещё "зелёная" и толком не умеющая жить, которая в очередной раз оказалась в идиотской ситуации.

В последнее время мне во всем как-то тотально не везло. То одно, то другое… Ещё до встречи с Фьюри неделя как-то не задалась, а последние события вообще всё смешали в моей жизни. И только мне начинало казаться, что все в жизни наладилось, как обязательно случалось что-то, что снова выбивало почву из-под ног. Надоело.

Если честно, то у меня уже окончательно сдавали нервы. Может, еще, конечно, дело было в том, что тема денег для меня всегда была болезненной. Я страшно боялась скатиться в те годы нищеты, которые я проживала в детском доме. Эти ужасные запахи нищеты я запомнила на всю жизнь и до одури боялась вновь окунуться в них. Наверное, тем, кто эти запахи не чувствует, не понимает, живётся проще.

Да и на первых курсах в академии мне было очень непросто. Я была одна такой, из детского дома, без родных и близких, с одной лишь тетушкой, строгой и скупой. Нет, в рваные одежды она меня не наряжала, конечно, но на фоне многих девчонок я выглядела откровенно бедненько, о чем некоторые студентки не забывали мне напоминать ежедневно. Меня всегда это бесило, всегда хотелось быть лучше, я искренне не понимала тогда и продолжала не понимать сейчас, почему надо судить о человеке по внешнему виду, по его статусу и количеству золотых монет в кармане.

В какой-то момент все люди из обеспеченных семей стали вызывать у меня отторжение — настолько мне надоели бесконечные подколки одной группы зазнавшийся девчонок. В ту пору я и сблизилась с Ликой, которая стала свидетельницей одного такого неприятного эпизода моей жизни и заступилась за меня, грамотно закрыв другим девчонкам рты. Лика — отличная волшебница, и ей было фиолетово на сословную разницу между нами, она всегда общалась со мной на равных, за что я ей была особенно благодарна. Так мы с ней и спелись в итоге, да и та группа мерзких девчонок потом притихла.

Но до начала нашей плотной дружбы с Ликой мне было порой тяжеловато давать отпор недоброжелательницам, приходилось стискивать зубы и справляться одной. В такие моменты мне бы очень хотелось иметь возможность опереться на чье-то мужское плечо… Но ни отца, ни какого-либо другого родственника у меня не было. Либо были, но я об их существовании ничего не знала. А все парни, с которыми я встречалась, не могли даже приблизиться к статусу близкого мне человека, и я никого никогда не посвящала в свои проблемы. Привыкла со всем справляться одна. Проглотить слезы, стиснуть зубы — и вперед, покорять вершины! Ну или хоть какие-то трухлявые ступеньки к этой самой вершине…

Вот и сейчас я сжала руки в кулаки, стиснула зубы, вдохнула поглубже и приготовилась решать все проблемы.

Поэтому я растерялась, когда Фьюри зачем-то сорвал с меня головной убор и пихнул мне его в руки.

— Твоя шапка подойдет, — уверенно так произнес он.

— Подойдет для чего? — не поняла я.

— Для сбора денег.

— Ага, — медленно произнесла я, пытаясь понять, не поднялась ли у Фьюри температура на нервной почве. — Для сбора денег, значит. Ясненько. Новый урожай где-то поспел, да? Вы именно так в своем Лакоре деньги зарабатываете?

— Да ну тебя, — добродушно рассмеялся Фьюри. — Дело не в этом.

— А в чем?

— Увидишь, — загадочно улыбнулся Фьюри.

Он шагнул в сторону уличных музыкантов, пиликающих неподалеку на гитаре и скрипке, что-то шепнул им. Я не услышала, что именно, только увидела очень удивленные лица молодых ребят. И скрипку, которую худощавый паренек протянул Фьюри.

— Что ты делаешь? Грабишь местную молодежь? — усмехнулась я.

А Фьюри в самом деле отобрал скрипку. Осмотрел ее придирчиво так, с видом знатока. Одобрительно кивнул, поставил инструмент в рабочее положение и взмахнул смычком.

— Ты что, собрался уличной музыкой нам на хлеб заработать? — догадалась и одновременно опешила я. — Ты серьезно?

Я рассмеялась, потому что, ну, это правда ужасно нелепо!

Фьюри никак не отреагировал на мой выпад, и я открыла было рот, чтобы съехидничать на эту тему, но потом…

Потом Фьюри начал играть. И я обомлела.

Как восхитительно он играл на скрипке!!

Он сходу взял бойкий ритм, и ярмарочную площадь буквально взорвало первыми же нотами активной мелодии. Такой веселой и задорной, праздничной, что совершенно невозможно было устоять на месте, ноги так и норовили пуститься в пляс.

[примечание автора: я настоятельно рекомендую вам послушать музыкальный трек Lindsey Stirling "Roundtable Rival": именно такой мотив играет у меня в воображении, и, на мой взгляд, он как нельзя лучше передает настроение ярмарочной площади и эпизода в целом;))]

А люди вокруг и не стояли: как-то сама по себе вокруг Фьюри очень быстро образовалась толпа, которая сначала просто с интересом смотрела на внезапного музыканта, а потом начала танцевать. Салахцы — народ любопытный и любящий городские гуляния, люди у нас довольно раскрепощённые в этом плане, стоять молча и тихо в стороночке не будут, раз уж кто-то рядом тоже изволит веселиться. Так что площадь очень быстро превратилась в танцевальную площадку.

Мне кажется, сюда сбежались люди со всех соседних улочек. Особенно запомнилась одна дамочка в пышном платье, в шляпке с пером. Дама гуляла с кавалером, но тот не захотел поначалу пускаться в пляс, наверное, у него были совсем иные планы на вечер. Более томные, так сказать. А вот дама захотела, она лихо приплясывала, и ее пышная многослойная юбка красиво развевалась при каждом движении, приковывая к себе восхищенные взгляды. Так что ее кавалер в итоге посчитал нужным перебороть стеснение и присоединиться к танцам, чтобы показать всем, что дама-то занята, нечего восхищенно глазеть.