Я больше о тебе не мечтаю (СИ) - Маар Чарли - Страница 13

- Об этом я ему сам скажу, - Карим открывает передо мной дверь дома, пропуская внутрь. - Как и об угрозе. Так будет лучше. Твое же присутствие необходимо, чтобы отец и твоя мама могли воочию убедиться, что с тобой все в порядке.

- В каком это смысле? - перевожу на него недоуменный взгляд, машинально понижая голос.

- В прямом, Нимб. Как бы ты себя не вела, ни мой отец, ни твоя мать не считают тебя способной на подобные поступки - переспать со мной, забеременеть... Никто из них не должен сомневаться в том, что ты со мной по доброй воле.

- Ну, не по такой уж и доброй, - фыркаю я, все еще недоумевая, как Гаяс может подумать, что Карим способен на.. насилие? Он же его любимый и единственный сын!

- А вот эту тему лучше не поднимать. Мы отныне вместе. И точка, - рыкает Карим, затем подталкивает меня за поясницу вперед.

Мама встречает нас в гостиной, спускаясь по лестнице в шифоновом платье в пол. Она сильно загорела, а легкий и яркий наряд резко контрастирует с серой и пасмурной погодой за окнами особняка.

- Мой ангел! Ты здесь! Я так скучала! - она заключает меня в крепкие объятия, после чего сухо кивает Кариму. - Рада тебя видеть, Карим. Твой отец ждет в кабинете. Он просил подняться сразу, как ты приедешь.

Мама никак не комментирует, знает ли она что-то о разрывае Карима с Мадиной, но думаю, что-то знает, потому что взгляд у нее заинтересованно-сочувственный.

- Спасибо, Адели. С прилетом.

Сводный брат оставляет нас с мамой одних, а сам поднимается вверх по лестнице. Ну, сейчас начнется...

- Нимб, ты где была? Мы приехали, а тебя нет. И комната выглядит какой-то пустой. Ты съехать решила?

Мама тянет меня за руку и усаживает на диван. На журнальном столике перед нами стоит чайный сервиз. Внутри пролупрозрачного чайничка свежезаваренный чай с ягодами. Я бы с наслаждением вдохнула аромат ягодного напитка, но слишком нервничаю, чтобы чем-либо наслаждаться.

- Я... ээммм... была на учебе. Карим меня забрал. А ты так загорела, мам! Почему не позвонила мне, что вы раньше прилетаете? - немоного увожу тему в другую сторону, чтобы избежать опасных поворотов в разговоре.

- Дааа, - она взмахивает рукой, а затем начинает разливать чай по чашкам, - Гаяс такой взвинченный был. Ужас просто. И ничего рассказывать не хотел. Потом все же проговорился, что у Карима с Мадиной свадьбы не будет. Он так расстроился, - тут она понижает голос до шепота. - И там еще вроде ребенок есть... у какой-то девушки. От Карима. Для Гаяса это позор. Он не может поверить, что Карим мог так поступить.

Я с трудом сглатываю, глядя, как мама осуждающе покачивает головой. А мне ведь придется сообщить ей, что ребенка от Карима жду я. Придется разочаровать. Думаю, она действительно не ждет от меня, что я могла так поступить. Как и сказал Карим, когда мы приехали.

- Ты какая-то бледная, Нимб, ангел. Хотя, может мне кажется из-за этого ужасного темного цвета твоих волос? - хмыкает она, передав мне чашку с чаем. - Вот додумалась же покраситься. Испортить свои бесподобные белокурые кудряшки!

Я лишь устало улыбаюсь, крепко сжав ладонями чашку с чаем. Обжигает.

Больше никогда не покрашусь, мам. И кудряшки не выпрямлю. Буду самой собой. Найти бы себя только полностью.

- Ты точно не болеешь у меня?

- Нет, мам. Не болею. Точнее, не совсем, - делаю глубокий вдох. - Я ребенка жду, - медленно выдыхаю.

Собственная чашка выпадает у мамы из рук и разбивается о пол.

- От Карима.

Раз уж Карим сам расскажет своему отцу о моей беременности, то будет справедливым и честным, если маме об этом скажу я.

*********

- Нимб... ты... серьезно сейчас? - мама не обращает никакого внимания на то, что чашка упала, а осколки разлетелись возле ее ног. Ее шокированный взгляд опускается на мой живот и не сходит с него, пока она ждет моего ответа.

- Такими вещами не шутят же, мам, - говорю тихо, прекрасно понимая, что сейчас вполне возможно разверзнется буря. - Я беременна от Карима. Свадьбы не будет из-за меня. Я - причина.

Мама буквально падает на диван рядом со мной и смотрит так, словно впервые меня видит, словно перед ней не ее родная дочь, а какая-то незнакомка.

- Как... вы... Как вообще так получилось?! Ты и... К..карим... Я думала, вы не ладите с ним.

- Это он со мной не ладит, - пожимаю плечами и чуть слышно добавляю, - а я давно его люблю...

- Лю... любишь?

- Любила, - поправляюсь. - Теперь я не уверена. Из-за этого мне вдвойне тошно.

- Нимб...

- Мам. Так получилось. Знаю, это для тебя все ужасно, но... с этим уже ничего не сделаешь. Мне жаль, что все вот так вот вышло.

- Дочка, ты хоть представляешь, что вы навторили?! - взвизгивает мама, прижав ладонь к губам. Невольно смотрит в сторону лестницы - наверное, не хочет, чтобы кто-то слышал наш разговор. Да уж, не переживай, мам, Карим сейчас Гаясу тоже обо всем расскажет.

- Представляю.

- Нет, не представляешь! Это же такой позор для Гаяса. Для него семья - главная ценность в жизнь. Честь. Достоинство. А вы вот как?! Ну хорошо, ты говоришь, тебе казалось, что Карима ты любишь, а он?! Если он с тобой не ладил, как вы оказались в одной постели?! Это... хоть по доброй воле было?! Как так вышло?

Я недовольно поджимаю губы. Вот и мама интересуется, не было ли какого-то принуждения? Ну, неужели она действительно думает, что Карим способен на насилие? Или она... обо мне так думает?

- Просто случайно. И я не очень хочу говорить о деталях, мам.

- Божечки, какой стыд! - она прижимает ладони к щекам и качает головой. - Что же теперь будет?

Ее глазах начинают сверкать от слез. Она уже не смотрит на меня, и в этот момент я ощущаю острую обиду. Глупо, наверное, но мама не интересуется будущим внуком, не спрашивает, как проходит беременность. Ее волнует только позор, который неминуемо ляжет на плечи Гаяса. Я, конечно, не ждала, что она прям обрадуется, но хотелось бы, чтобы ей было не все равно. Она ведь моя мама.

Шум на лестнице привлекает наше внимание. Мы одновременно поворачиваем головы и видим, как вниз спускается Карим. Взгляд его устремлен на осколки чашки возле журнального столика. Затем он перемещается на наши лица. Гаяса с Каримом нет.

- Я так понимаю, Аделия, Нимб вам все рассказала?

Сглотнув, мама кивает.

- В свою очередь, хочу вас заверить, что с вашей дочерью и внуком все будет хорошо. Я о них позабочусь. Разумеется, Нимб будет жить со мной. Я прослежу, чтобы ее здоровью и здоровью ребенка больше ничего не угрожало.

- Больше? То есть... что-то уже угрожало? - мамино лицо бледнеет, и она прижимает руку к груди.

Я испуганно хватаю ее за плечи и укладываю на спинку дивана.

- Мам?! Ты чего?! Что с тобой?

Слышу резкий голос Карима. Он зовет Алию - новую домработницу, точнее старую новую. Раньше она работала в доме, но потом уходила в декретный отпуск. Сейчас вернулась. Женщина вбегает в гостиную и сразу получает указания принести таблетки, воду, а так же убрать разбившуюся чашку.

- Мам, со мной все хорошо. Честно. Ничего страшного. Был небольшой токсикоз и только. Не переживай, пожалуйста! - бросаю многозначительный взгляд на Карима, чтобы тот не поднимал тему об угрозе выкидыша. Он молча кивает, за что я ему очень благодарна.

Когда я смотрю на бледную, тяжело дышащую маму, мне становится стыдно за недавние мысли, что ей наплевать на меня и ребенка. Как я могла так подумать? Про свою маму любимую? Да она самый любящий и преданный человек на всем белом свете!

Алия пиносит стакан воды и лекарство в каплях.

Я помогаю маме попить, затем пропускаю Алию, чтобы той было удобно смести стекло. Обсуждать семейные проблемы в присутствии домработницы как-то неловко, поэтому все молчат, пока Алия не покидает гостиную с совком, наполненным стеклом.

- Что здесь происходит?! - раздается громогласный голос Гаяса. Отчим входит в гостиную, насупив густые брови. Лицо его багровеет при одном взгляде на Карима, затем на нем появляется тень тревоги, когда он понимает, что маме плохо.