Томминокеры - Кинг Стивен - Страница 43

- Можешь. Как на источник. Компетентный источник. - А когда ты впервые услышал - Дэвид, у меня нет времени на интервью для "Плейбоя". Твой Леандро отправился в Мэнское Медоборудование за прибором для сжатого воздуха?

- Да.

- Он думал, что все дело в воздухе, - произнес Торгесон больше для себя, чем для собеседника. - Именно это он и думал.

- Энди, а ты знаешь, что еще может остановить работающий мотор машины, исходя из сведений, время от времени поступающих к нам?

- И что?

- НЛО. Не смейся, это правда. Те люди, кто с близкого расстояния наблюдал летающие тарелки, находясь в машине или самолете, почти всегда рассказывают о внезапно замолкающем моторе, который снова начинает работать только после того, как таинственный предмет удаляется. - Он помолчал. - Ты помнишь доктора, разбившегося неделю или две назад на самолете над Ньюпортом?

Война миров, опять пронеслось в голове у Торгесона. Какая-то ахинея.

Но шагомер Генри Амберсона ., что? Взорвался? Может ли это быть правдой?

Теперь ему придется это выяснить; и это нужно принять за основу.

- Мы с тобой еще поговорим, Дэйви, - сказал Торгесон, вешая трубку. На часах было 3.15. А в Хэвене огонь, зародившийся на ферме старого Гаррика, полыхал уже в течение часа и сейчас распространялся в сторону корабля в лесу все расширяющимся полукругом.

4

Торгесон позвонил в Огасту в 3.17 дня. В это время два седана с шестью исследователями задержались на 1-95; с Файер Станция No3 в 2.26 дозвонились до офиса прокурора и в 2.49 - до полиции штата в Дерри. Отчет в Дерри включал сведения об аварии помпы и смерти спасателя, убитого своим шагомером. В 1.30 дня автомашина полиции штата Юта остановилась в кемпинге, где отдыхал с семьей Джим Тайерни. Полицейский проинформировал, что в его штате случилось чрезвычайное происшествие. Какого рода? Это, ответил полицейский, он узнает только на месте. Тайерни мог позвонить в Дерри, но он хорошо знал и доверял Торгесону из Кливз Майлз. А теперь он хотел больше, чем когда либо, поговорить с тем, кому он мог верить. Внутри его зародился липкий тягучий страх, как у любого янки штата при известии о ЧП на единственной их атомной станции, поскольку только что-то очень серьезное могло так сильно всколыхнуть округу. Полицейский соединил его по телефону и Торгесон с удовольствием и облегчением услышал его голос. В 1.37 Тайерни уселся в полицейский фургон и спросил:

- И как быстро он может ехать?

- Сэр! Эта машина может ехать со скоростью 130 миль в час, и, сэр, поскольку я мормон, то не боюсь ехать так быстро, так как я уверен, что не попаду в ад! Сэр!

- Докажи!

В 2.03 Тайерни подъехал к самолету Лирже без каких-либо опознавательных знаков, кроме американского флага на хвосте. Он ждал его на маленьком частном аэродроме у Коттонвудза.., городка, где Зейн Грей написала "Всадников розовой полыни", ту самую любимую книгу Роберты Андерсон, благодаря которой она, возможно, и стала сама писать вестерны.

Пилот был в штатском.

- Вы из Министерства обороны? - спросил Тайерни. Пилот взглянул на него через непрозрачные черные очки. "Из магазина". Это было единственное, что он произнес перед, во время и после полета.

Так полиция Далласа вступила в игру.

5

Хэвен был всего лишь небольшим неприметным придорожным местечком, комфортабельно и в тишине проживающим свои дни вдали от основных туристических маршрутов штата Мэн. Теперь его заметили. Теперь люди толпами валили сюда. Пока они не знали о все увеличивающихся аномальных явлениях, городок представлялся им как место зарождения воздымающегося на горизонте дымного шлейфа, который поначалу притягивал как мотыльков на свет лампы. К утру пожар превратится в крупнейший лесной пожар в истории штата. Свежий восточный ветер поднялся в точности по прогнозу, и теперь не было возможности остановить начавшееся распространение огня. Этот факт не умалчивался сразу, но все же о нем не распространялись: огонь может неконтролируемо гореть лишь в мертвый штиль. И нельзя бороться с пламенем, к которому невозможно приблизиться, а все попытки сделать это в действительности имели крайне неприятные последствия.

Самолет-наблюдатель потерпел аварию.

Грузовой автобус Национальной Охраны из Бангора сошел с дороги, врезался в дерево и взорвался в то мгновение, когда голова водителя просто лопнула как перезревший помидор с вишневой начинкой внутри. Все 70 добровольцев погибли, но, вероятно, лишь половина - непосредственно при аварии; остальные - во время тщетных усилий выбраться из отравленного места.

К семи часам того же вечера сотни людей - самозваные борцы с огнем, а в большинстве своем обычные представители распространенного комнатного вида зевак - гомо резиновошеюс - заполонили район происшествия. Большая часть, сунувшись туда, моментально отхлынула обратно, с побледневшими лицами, выпученными глазами, кровью, хлещущей из носов и ушей. Многие стискивали в ладонях, как жемчужинки, выпавшие зубы. Немало из тех добровольцев умерло.., не говоря уж о несчастных, кто волею судеб проживал на восточной окраине Ньюпорта, и неожиданно получил свою дозу Хэвена, когда ветер неожиданно изменил направление. Многие из них умерли в своих домах. Тех, кто приехал просто поглазеть и задохнулся в отравленном воздухе, часто находили на дорогах или обочинах свернувшимися в позу эмбриона с руками, прижатыми к животу. По словам одного из сотрудников прокурора, сказанным в интервью "Вашингтон Пост" с условием неразглашения его имени, они были похожи на окровавленные человеческие запятые.

Но не такая судьба была уготована Лестеру Морану, обитателю Бостона, продавцу тетрадей, проводящему большую часть дня на хайвеях северной части Новой Англии.

Лестер как раз возвращался из ежегодной летней поездки в школы графства Арустук, когда заметил на горизонте дым - очень много дыма. Это случилось около 4.15.

Событие показалось ему занимательным. Лестер не торопился домой, поскольку не был женат и не имел определенных планов на ближайшую пару недель. Он был пироманом. Таким уж он родился. Даже несмотря на то, что последние 5 дней он безвылазно просидел за рулем, ведя трясущуюся машину по ухабам и кочкам дерьмовейшей дороги, имеющим в качестве названия лишь координаты с листа топографической карты, приобретя в результате ощущение кирпичей в почках и отсиженную задницу. И куда девалась его усталость! В глазах загорелся тот сверхъестественный огонь, так хорошо читаемый и до такой степени нелюбимый пожарными от Манхеттена до Москвы: огонь нечестивого восхищения пиромана.