Тени Предтеч (СИ) - Виктор Козырев - Страница 53

Со следующего утра мы начали срабатывать команду. Основа у нас уже была, я, Жмых, Череп и Эме. Осталось вписать в команду Варяга и Вика, и подобрать четырёх бойцов, которые к нам впишутся. Темиргалиев выделил нам на всё несколько недель, но уже через пять дней, заявился к нам с утра.

— Старшина Кирьянов. Срочно к полковнику Копылову, — бросил он и исчез.

Я несколько офигел с того факта, что старший лейтенант разведки по объекту вместо посыльного носится, поэтому не стал задерживаться.

— Эме за старшую, — приказал я. — Работайте стандартно, но как будто меня ранило и я в госпитале.

Уже уходя, я услышал, как ворчит Жмых:

— Чтобы его, да ранило…

У меня возникло сильное желание дать ему по ушам, чтобы не сглазил, зараза.

Я спешил на звездолёт, который мы в шутку называли флагманским, потому что там обычно и обитал наш командир полковник Копылов. Но едва я направился к посадочным кольцам, как снова появился Марсель, который, схватив меня за куртку, утянул к ближайшей пирамиде.

— Планы поменялись, — сказал он. — Идём в зал управления, но для начала тебя надо замаскировать.

— Чего? — не понял я.

— Прилетел американский генерал, — терпеливо проговорил старлей. — Джозеф Данфорд-младший, командир морских пехотинцев.

Меня всегда прикалывало это в американцах. Сбрасывают десант на планету из космоса, а всё равно — морпехи. Хотя здесь сыграло свою роль то, что для космической войны, армию организовывали второпях, и просто самое боеспособное их подразделение просто стали использовать по другому, а название и традиции остались.

— Рад за него, а я здесь, при чём и зачем меня маскировать?

— С этим генералом постоянно ошиваются два каких-то мутных типа, по идее охранники, но мне показалось, что это црушники. Помнишь наши переговоры, перед тем, как мы вылетели на Ирсеилоур? Вот типа того. Рожу твою перед ними светить не надо. Иначе ты за пределы Советского Союза до конца жизни выехать не сможешь.

Марсель Темиргалиев заозирался по сторонам, как будто ища что-то и кого-то, но тут его взгляд наткнулся на коменданта-замполита, куда спешившего по своим делам.

— Товарищ майор, выручайте, — обратился он к нему.

— Чего тебе? — рявкнул, явно бывший не в духе Давыдов.

— Лицо ему надо… — я впервые видел, как наш героический старлей растерялся.

А впрочем, бывает он здесь редко, с нашим комендантом сталкивается ещё реже и не знает, что он только кажется усатым злыднем, а так дядька вполне нормальный, хотя и строгий.

— Отрихтовать? — уточнил майор. — Давай укладывай его на землю, а я сапогами…

— Замаскировать, — наконец нашёлся Марсель. — Ему сейчас с американцами общаться, а его рожу они видеть не должны.

— Подожди пару минут, — майор Давыдов стал собран и серьёзен. — У меня здесь где-то завалялся ГДР-овский мотоциклетный шлем. Хорошая штука. Он будет всех видеть, а его физиономию никто.

Давыдов исчез в ближайшей пирамиде.

— Откуда он здесь взялся и зачем ему тут мотоциклетный шлем? — вслух спросил Темиргалиев.

— Даже не спрашивай, — покачал головой я.

Многие из нас шутили, что на комендантском складе, можно найти что угодно. Возможно, даже корону тангорихкских императоров, если хорошо поискать. Впрочем, короны никому не требовалась, а вот один раз срочно понадобились электрогенераторы и комендант без вопросов выкатил штук пять.

Вскоре майор Давыдов притащил шлем и нахлобучил мне его на голову, наказав, обязательно вернуть отмытым и не поцарапанным. Марсель облегчённо выдохнул и потащил мою тушку на важную встречу.

Правда, пришлось подождать за дверью. Генералы о чём-то громко то ли договаривались, то ли ругались. Но где-то через полчаса меня ввели в зал управления. Там уже стоял и полковник Копылов и генерал Фёдоров, который прибыл вместе с Данфордом и сами американцы. Генералы с интересом воззрились на меня, а потом перевели взгляд на полковника Копылова.

— Режим секретности. Этот человек знает много тайн Артефакта, — с ленцой сообщил он.

Это объяснение, как ни странно, устроило всех. Американцы кивнули, представители разведки обменялись многозначительными взглядами, но сразу перешли к делам насущным.

— Так вы утверждаете, что можете вычислить имперскую столицу по тем скудным сведеньям, которые получила наша разведка? — спросил Данфорд на английском.

— Джозеф, мы это уже обсуждали по дороге сюда, — вмешался генерал Фёдоров, но недосказал, так как заговорил полковник.

— С вероятностью в девяносто процентов, — отозвался Копылов и посмотрел на меня.

Я так заинтересованно их слушал, что не сразу понял, они ждут ответа от меня. Замялся, а потом произнёс:

— Мне нужна хоть какая-то информация о системе, спектральный класс звезды, количество планет или что-то ещё. Только тогда я смогу сказать что-то определённое.

Данфорд переглянулся со своими сопровождающими. Но те лишь пожали плечами, мол ты старший, тебе и решать.

— Пожалуй, стоит напомнить, что мы вычислили индекс не только Дареггена, но и Нового Шайенна и Риверленда, — негромко сообщил Копылов.

— Это могла узнать ваша разведка, — пробормотал генерал Данфорд, всё ещё крепко сомневаясь.

Те, кого мы приняли за црушников (позже полковник Копылов уточнил, что они из АНБ) отрицательно мотнули головой, Копылов слегка им улыбнулся. Данфорд, всё ещё сомневаясь протянул мне пакет, на котором была надпись: Top Secret. Я снова замялся, тогда один из сотрудников американской разведки вскрыл пакет и извлёк оттуда распечатки и фотографии. Взяв материалы, я погрузился в изучение, потихоньку вызвав Артемиду.

Поиск и уточнение данных заняли у меня полчаса. Естественно, искал звезду не я, а Артемида Искусственный Интеллект комплекса. Црушники или откуда они там, стали нервничать, хотя лицо держали. Я старался не обращать внимания ни на них, ни на наших, ни на вообще кого-либо ещё. Это был сложный поиск и я сконцентрировался на деле.

Но как только истекли тридцать минут, я с уверенностью мог назвать две рядом расположенные звезды, которые подходили по имеющимся описаниям. Данфорд скептически поджал губы и посмотрел на своих разведчиков. Один из них что-то быстро проговорил на ухо, чего мы не разобрали, а после этого генерал вопросительно посмотрел на всех нас. Естественно, всем хочется чуда и один-единственный правильный ответ на плохо сформулированный вопрос.

— Мы ожидали, что выпадет с десяток вариантов, — напомнил ему Фёдоров. — И в любом случае пришлось бы проверять.

— Вы правы, — негромко заметил американский разведчик, стоявший справа от Данфорда. — Результат мы получили хороший, теперь осталась проверить и установить точно, какая звезда нам нужна.

И он протянул ко мне руку, как будто желая получить обратно материалы, однако Копылов, забрал их у меня сам, с улыбкой покачав головой. Сотрудник АНБ, тоже улыбнулся и пожал плечами, как будто говоря — ладно, в этот раз не прокатило.

Тогда я не понял, что означала эта пантомима, но потом до меня дошло: я был без перчаток, и наверняка на документах осталась куча моих отпечатков. Вряд ли бы это хоть как-то помогло американцам установить мою личность, но полковник не хотел им давать ни малейшего шанса.

Генерал Данфорд тяжело вздохнул и махнул рукой. Копылов сделал незаметный жест, давая понять, что я могу быть свободен. Я с удовольствием прислушался к его рекомендации и выскользнул из зала управления.

И сразу попал в руки старшему лейтенанту Темиргалиеву, который меня поджидал на выходе. Сначала он вернул шлем коменданту, а потом меня туда, откуда взял, не забыв поставить очередную задачу, вероятно, для того, чтобы я не скучал.

— Так. Сейчас берёшь свою банду, берёшь флаер и летишь к юго-западному мысу. Задачу я тебе поставлю позже, но не вздумайте прохлаждаться или конкретно ты со своей подругой, устраивать романтическую поездку на море. Понял?

Ох, как хорошо, что мы с Мариной на людях не афишировали наши чувства. Лишь после отбоя запирались в моей комнате, да и то не на всю ночь. В остальное время я относился к ней, как и остальным бойцам. Итак, хватало осуждающих взглядов от командира, с тайным намёком, что доведут меня бабы до цугундера. А если бы я позволил себе чего-то большее, то дело бы не ограничилось одними взглядами. Могло и до выговора дойти. Как я уже говорил, в этом вопросе товарищи офицеры, строго карали спалившихся.