Сальватор. Том 2 - Дюма Александр - Страница 47

Эти слова, а в особенности тон, которым они были произнесены, заставили г-на Жакаля вздрогнуть. Что хорошего можно ждать от приключения, когда люди пытаются отделаться от свидетелей? Сколько опасных преступников казнили на его памяти ночью, за городом, в придорожной канаве, за городской стеной, в лесу, без свидетелей?!

– Ну, раз уж приходится расстаться, мой мальчик, вот тебе моя рука!

Кучер поцеловал г-ну Жакалю руку и сказал:

– Не будет ли с моей стороны нескромностью напомнить вам, сударь, что завтра истекает мой срок?

– Ах ты дурак! Вот что тебя беспокоит в такую минуту?

Господа! Позвольте мне снять повязку и за все с ним рассчитаться!

– Не нужно, сударь! – остановил его незнакомец. – Я за вас расплачусь.

– Держи! – сказал он кучеру. – Вот тебе пять луидоров за месяц.

– Сударь! – возразил кучер. – Здесь тридцать франков лишних.

– Выпьешь за здоровье хозяина, – послышался уже знакомый г-ну Жакалю насмешливый голос.

– Ну довольно! – произнес сосед г-на Жакаля. – Закрывайте дверцу, едем дальше.

Дверца захлопнулась, и карета снова стремительно покатила вперед.

Мы не станем продолжать рассказ о дорожных впечатлениях г-на Жакаля об этом ночном путешествии.

С каким бы вопросом он теперь ни обращался к своему спутнику, тот отвечал с неизменным лаконизмом, столь пугающим, что полицейский предпочел молчать. Но ему чудились призраки, они все теснее обступали его со всех сторон. И чем быстрее неслась карета, тем его охватывал все больший ужас. Через полчаса бешеной скачки его спутник сказал:

– Вот мы и прибыли.

Карета остановилась. Но, к великому удивлению г-на Жакаля, дверцу никто не открывал.

– Вы, кажется, сказали, сударь, что мы приехали? – собравшись с духом, спросил г-н Жакаль у своего соседа.

– Да, – ответил тот.

– Почему же не открывают дверь?

– Потому что еще не пришло время.

Господин Жакаль услышал, как с крыши снимают второй предмет, и, прислушавшись, утвердился в своем предположении, что это лестница.

Он не ошибся. Люди в масках, сменившие кучера на облучке, приставили лестницу к дому.

Она доставала до окна второго этажа.

Один из людей подошел к дверце и доложил по-немецки:

– Готово!

– Выходите, сударь, – пригласил спутник г-на Жакаля. – Вам подадут руку.

Господин Жакаль вышел без возражений.

Мнимый кучер взял его за руку, помог спуститься с подножки и подвел к лестнице.

Сосед г-на Жакаля вышел из кареты и последовал за ними.

Чтобы г-ну Жакалю не было одиноко, он положил ему руку на плечо.

Другой незнакомец уже влез наверх и алмазом вырезал стекло на уровне оконной задвижки.

Просунув руку в образовавшееся отверстие, он отпер окно.

После этого он подал знак товарищу, ждавшему внизу.

– Перед вами лестница, – сказал тот г-ну Жакалю. – Поднимайтесь!

Господин Жакаль не заставил повторять приглашение дважды. Он поднял ногу и встал на нижнюю перекладину.

– Считайте, что вы дважды мертвец, если хоть пикнете, – предупредил незнакомец.

Господин Жакаль кивнул в знак того, что все понял, а про себя подумал:

«Решается моя судьба: развязка близка».

Впрочем, это не помешало ему подняться по лестнице в полной тишине, да так ловко, словно у него не были завязаны глаза и дело происходило средь бела дня, – настолько для г-на Жакаля это было привычное занятие.

Он на всякий случай стал считать перекладины и насчитал их семнадцать, когда очутился на самом верху лестницы. Его ждал человек, отворивший окно: он любезно подставил руку и приказал:

– Перешагивайте!

Господин Жакаль и не думал возражать.

Он сделал, что было велено.

Следовавший за ним человек сделал то же.

Тогда тот, что шел впереди, – а его единственной целью было, как видно, проложить им путь и помочь г-ну Жакалю влезть наверх, – снова спустился и положил лестницу на крышу кареты. К своему величайшему ужасу, г-н Жакаль услышал, как лошади поскакали галопом прочь.

«Вот я оказался заперт, – подумал он. – Но где? Уж во всяком случае, не в погребе, раз мне пришлось подняться на семнадцать ступеней. Развязка все ближе».

Он обратился к спутнику с вопросом:

– Не будет ли с моей стороны нескромностью узнать, подошла ли наша прогулка к концу?

– Нет! – отозвался тот, кто, судя по голосу, сидел с ним в карете и, очевидно, решил быть его телохранителем.

– Долго ли нам еще предстоит путешествовать?

– Мы будем на месте примерно через три четверти часа.

– Так мы снова поедем в карете?

– Нет.

– Стало быть, нас ждет пешая прогулка?

– Вот именно!

«Ага! – подумал г-н Жакаль – Все окончательно запутывается Три четверти часа ходить в помещении, да еще во втором этаже! Как бы огромен и живописен ни был этот дом, такая долгая прогулка по нему может показаться утомительной. Это более чем странно! Куда же мы придем?»

В эту минуту г-ну Жакалю показалось, что сквозь повязку на глазах пробивается свет. Это натолкнуло его на мысль, что его товарищ снова зажег фонарь.

Он почувствовал, как кто-то взял его за руку.

– Идемте, – пригласил его проводник.

– Куда мы идем? – спросил г-н Жакаль.

– Вы очень любопытны, – заметил тот.

– Я, может быть, не так выразился, – спохватился начальник полиции. – Я хотел сказать: «Как мы пойдем?»

– Говорите тише, сударь! – послышался голос.

«Ого! Похоже, в доме кто-то живет», – предположил г-н Жакаль.

И он продолжал в том же тоне, что и его собеседник, то есть несколько тише, как ему и было приказано:

– Я хотел узнать, сударь, как мы пойдем, то есть по какой дороге. Предстоит ли нам еще подниматься или спускаться?

– Мы спустимся вниз.

– Хорошо. Если дело лишь в том, чтобы спуститься, давайте спустимся.

Господин Жакаль старался говорить в шутливом тоне, чтобы казаться хладнокровным. Однако на душе у него было неспокойно. Сердце его готово было вырваться из груди, и в темноте, обступавшей его со всех сторон, он с завистью думал о тех, кто путешествует свободно, в ярком свете безмятежной луны: per arnica silentia lunce, как сказал Вергилий.

Впрочем, его грусть оказалась преходящей.

Произошло нечто такое, что отвлекло г-на Жакаля.

Ему почудились приближающиеся шаги. Его спутник чуть слышно обменялся несколькими словами с вновь прибывшим, которого, видимо, ждали как проводника по лабиринту, куда они ступили, отворив дверь и начав спускаться по лестнице.

У г-на Жакаля не осталось больше сомнений, когда его спутник сказал:

– Возьмитесь за перила, сударь.

Начальник полиции снова стал считать ступени.

Их было сорок три.

Они привели на мощеный двор.

Во дворе находился колодец.

Человек с фонарем направился к колодцу Жакаль, подталкиваемый проводником, последовал за ним.

Человек с фонарем склонился над колодцем и крикнул:

– Эй, вы там?

– Да! – отозвался голос, заставивший г-на Жакаля вздрогнуть: ему показалось, что он исходит из самых недр земли.

Человек поставил фонарь на край колодца, взялся за край веревки и потянул на себя, будто доставая из колодца ведро. Но вместо ведра на конце веревки оказалась огромная корзина, способная вместить человека или даже двух.

Как ни старался человек действовать бесшумно, блок, очевидно, давно не смазывали, и он жалобно скрипнул.

Господин Жакаль сейчас же узнал этот звук, и по всему его телу пробежал озноб.

Однако он не успел взять себя в руки: едва корзина оказалась на земле, его толкнули внутрь, приподняли, и корзина закачалась в воздухе, а затем начальника полиции стали спускать в колодец с ловкостью, свидетельствовавшей о том, что он имеет дело с угольщиками.

Господин Жакаль не сдержался и издал вздох, похожий скорее на стон.

– Не вздумайте кричать, – строго предупредил полицейского знакомый голос его провожатого, – иначе я отпущу веревку!

Такое предупреждение заставило г-на Жакаля вздрогнуть, но вместе с тем отбило желание издавать какие бы то ни было звуки.