Сальватор. Том 2 - Дюма Александр - Страница 37

– К несчастью, да.

– Что это было за доказательство?

– С помощью Бразила я обнаружил скелет мальчика.

– Ох! – только и выдохнули в ответ испуганные гости.

– Почему вы не потребовали вмешательства правосудия при участии врача? – поинтересовался доктор.

– Именно это я и сделал, только без врача. Но незадолго до этого скелет исчез, а правосудие рассмеялось мне в лицо.

– Должно быть, убийца почуял неладное и перенес останки в другое место, – предположил нотариус.

– Вы, стало быть, ищете тело? – спросил судебный исполнитель.

– Ну да! – отозвался Сальватор. – Ведь вы понимаете, что, если труп окажется в таком месте, куда его не мог спрятать господин Сарранти…

– Господин Сарранти! – в один голос вскричали присутствовавшие. – Так он невиновен?!

– Неужели я случайно произнес его имя?

– Вы сказали: «Господин Сарранти».

– Ну, раз уж у меня вырвалось его имя, я не стану этого отрицать.

– А какой интерес вам доказывать невиновность этого человека?

– Это отец одного из моих друзей. Но даже если бы это был совершенно посторонний человек, мне кажется, каждый обязан спасти себе подобного от эшафота, если только он уверен, что обвиняемый невиновен.

– Уж не надеетесь ли вы найти доказательство здесь? – предположил нотариус.

– Может быть, и так.

– У господина Жерара?

– Почему бы и нет?

Пес, будто отвечая хозяину, долго и протяжно взвыл.

– Слышите? – спросил Сальватор. – Бразил говорит, что не теряет надежды.

– Что значит – не теряет надежды?

– Я же вам сказал, что у него мономания: найти тело своего юного хозяина.

– Верно, – подтвердили присутствовавшие.

– Пока я пересказываю первые четыре акта драмы, Бразил работает над пятым.

– Что вы хотите этим сказать? – спросили судебный исполнитель и нотариус, в то время как другие промолчали, но вопрос был написан у них в глазах.

– Загляните под стол, – пригласил Сальватор и приподнял скатерть.

– Какого черта он там делает? – не стесняясь, спросил врач; он склонялся к мысли, что если пес не бешеный, то и никакого другого интереса он не представляет.

– Как видите, он роет яму, – отвечал Сальватор.

– Да какую большую! – прибавил нотариус.

– В метр глубиной и не менее двух с половиной в диаметре, – заметил землемер.

– А что он ищет? – полюбопытствовал судебный исполнитель.

– Доказательство, – сказал Сальватор.

– Какое? – уточнил нотариус.

– Скелет мальчика, – молвил Сальватор.

Слово «скелет», произнесенное после жуткого рассказа Сальватора, да еще в такой час, когда солнце стало клониться к закату, заставило ужаснуться всех присутствовавших. Гости отшатнулись от ямы, один только врач подошел поближе – Стол мешает, – заметил он.

– Помогите мне, – попросил Сальватор.

Они вдвоем взялись за стол, приподняли его и перенесли на несколько шагов в сторону, освобождая место собаке.

Бразил словно не замечал их действий, он был поглощен своим страшным делом.

– Ну, господа, – промолвил Сальватор. – Немного мужества! Мы же мужчины! Какого черта?!

– Да, мне, признаться, любопытно увидеть развязку, – сказал нотариус.

– Сейчас она будет в наших руках, – пообещал Сальватор.

– Посмотрим, посмотрим, – загомонили остальные, подходя ближе.

Пса обступили со всех сторон.

Бразил продолжал рыть землю с упорством и уверенностью, похожий скорее на машину, чем на животное.

– Смелей, славный мой Бразил! – поддержал его Сальватор. – Ты, наверное, выбился из сил, но ведь и страдания твои сейчас кончатся: смелей!

Пес повернул голову и, как казалось, с благодарностью взглянул на хозяина.

Поиски продолжались еще несколько минут. В это время гости с раскрытыми ртами и широко распахнутыми от любопытства глазами молча наблюдали за странной сценой, разыгрывавшейся между собакой и хозяином, который был, как видно, не таким уж большим другом г-на Жерара, как уверял вначале.

Спустя пять минут Бразил тяжело вздохнул, перестал рыть землю и вдруг положил морду на горку только что вырытой земли.

– Он нашел, нашел! – обрадовался Сальватор. – Ты нашел его, да, песик?

– Что нашел? – спросили присутствовавшие.

– Скелет, – пояснил Сальватор. – Сюда, Бразил! Остальное – дело людей. Сюда, мой пес!

Бразил выскочил из ямы и улегся на краю, поглядывая на хозяина, будто хотел сказать: «Теперь твоя очередь».

Сальватор спрыгнул в яму, запустил руку в самое глубокое место и подозвал врача:

– Подойдите, сударь, и пощупайте.

Врач отважно спустился вслед за Сальватором, в то время как другие гости, с которых окончательно слетел хмель, в недоумении переглядывались. Доктор протянул руку и почувствовал в пальцах нечто нежное и шелковистое, заставившее Сальватора вздрогнуть, когда Бразил в первый раз обнаружил скелет в парке Вири.

– Ого! – воскликнул врач. – Волосы!

– Волосы! – повторили гости.

– Да, господа, – подтвердил Сальватор. – И если вам будет угодно сходить за свечами, вы сможете в этом убедиться.

Все бросились к дому и вернулись кто с канделябром, кто с подсвечником.

У ямы остались только врач да Бразил. Сальватор направился к небольшой пристройке, в которой садовник хранил свой инструмент, и вскоре вернулся с лопатой.

Гости сгрудились вокруг ямы; в свете полусотни свечей было видно как днем.

На поверхности земли кто-то заметил прядку светлых волос.

– Ну-ну! Необходимо продолжать! – заметил доктор.

– Именно это я и собираюсь сделать, – сказал Сальватор. – Господа! Возьмите салфетку, разложите ее рядом с ямой.

Присутствовавшие повиновались.

Сальватор спустился в яму и с той же предосторожностью, мы бы сказали – с прежним благоговением, если бы он имел дело с телом, – вонзил лопату в землю и при помощи этого рычага осторожно выкопал голову мальчика, покоившуюся на подушке из глины.

Среди гостей пробежал ропот, когда Сальватор, не снимавший белых перчаток, бережно приподнял детскую головку и переложил ее на салфетку.

Затем он снова взялся за лопату и продолжал работу.

Постепенно, косточка за косточкой, он собрал все, что осталось от мальчика. Через некоторое время он смог разложить на салфетке все кости по местам, называя их по-латыни, и воссоздать скелет полностью, ко всеобщему изумлению присутствовавших, но в особенности к удовлетворению доктора, который сказал:

– Я имею удовольствие разговаривать с собратом?

– Нет, сударь, – возразил Сальватор, – я не имею чести быть врачом, я обыкновенный любитель анатомии.

Он обернулся к свидетелям этой сцены и продолжал:

– Господа! Вы все свидетели, не правда ли, что я нашел в этой яме труп ребенка?

– Я готов быть свидетелем, – откликнулся врач, стремившийся, казалось, единолично подтвердить то, о чем Сальватор просил засвидетельствовать всех. – Скелет принадлежит мальчику от восьми до девяти лет.

– Все свидетели! – повторил Сальватор, обводя каждого вопросительным взглядом.

– Да, все, все, – хором подхватили присутствовавшие, которым заранее льстило, что они займут почетное место, каким бы ни оказалось дело.

– Значит, все готовы подтвердить увиденное перед законом, если будет суд? – продолжал Сальватор.

– Да, да, – повторили гости.

– Надо бы составить протокол, – предложил судебный исполнитель.

– Ни к чему, – возразил Сальватор. – Он уже составлен.

– Как это?

– Я был совершенно уверен в этой находке, – сообщил Сальватор, вынимая из кармана гербовую бумагу. – Вот, пожалуйста.

И он прочел протокол, составленный в тех самых выражениях, в каких пишутся обыкновенно подобного рода бумаги. Указано было все, вплоть до точного места, в котором обнаружили скелет. Это свидетельствовало о том, что Сальватор не впервый раз явился в Ванврский сад.

Не хватало в протоколе одного – фамилий и имен тех, кто участвовал в эксгумации.

Все свидетели этой сцены, вот уже четверть часа не перестававшие изумляться, выслушали чтение протокола, растерянно поглядывая на странного человека, по милости которого они принимали участие в невероятной этой драме.