Последний Контракт Том 1. Том 2 (СИ) - Романов Илья Николаевич - Страница 113

— Ты для этого привёл нас, Алексей?! — переключил он внимание на моего друга, с трудом держа себя в руках. — Чтобы высмеять нас перед каким-то мелким спиногрызом?!

— Успокойся, Дамир, — серьезно произнёс Аристарх Александрович, опережая Алексея с ответом. — Давай выслушаем, что он предлагает.

— Выслушаем?! — взорвался амбал. — Да я лично выпотрошу его! Думаешь, что я боюсь тебя, пацан?! — посмотрел он на меня сияющими красным светом глазами. — Думаешь, что все поверили в ту небылицу, что якобы это ты убил Подорожного и Дикого?! Я не такой дурак, как остальные!

С каждым словом его крик переходил в рёв, на что сидевший рядом Мохов откровенно по-крысиному оскалился, Алексей покачал головой, а остальные мужчины сохранили самообладание и просто наблюдали.

Хотят увидеть, что будет дальше? Как я отреагирую на подобные слова? Мда уж… Миры меняются, но люди в них остаются прежними.

Что может сделать Жнец, чтобы вселить страх в своего оппонента? Кто-то скажет, что достаточно лишь сырого проявления силы, а именно Давления. Но что, если нужно работать тоньше? Работать на том уровне, на котором нужно вселить настоящий ужас?

И ответ на это кроется в печати, что я открыл в «Синей Вишне».

Печати, что дарует Жнецу право повелевать самой реальностью, разрывая её и преображая.

Двухступенчатая печать Власти вспыхнула за моей спиной тёмно-синим цветом. Два круга, что были вложены друг в друга и вращались в разные стороны.

Первый круг и первая ступень, содержащая в себе руны: Пустота, Приказ, Закон, Сила и Время.

Демонстративно подняв руку раскрытой ладонью, на которой мужчины ничего не видели, я холодно проговорил:

— Если вам нужна демонстрация силы, Дамир Джусанбаевич, — моё лицо растянулось в широком оскале. — Я покажу вам её.

Мгновение и я сжимаю кулак, ломая первую ступень печати и выпуская наружу энергию Смерти.

Мощные эманации силы вырвались из моего тела, окутывая весь зал и погружая его в темноту. Все цвета мира исчезли в один момент, людям стало тяжелей дышать, а энергия Мира испарилась, как и сияющий взгляд Дамира.

Я видел, как в его глазах зарождается настоящий ужас и бледнеет лицо. Теперь он понял, что перед ним не простой пацан, а тот, кто может убить его в любой момент.

Но хватит ли этого? Думаю, что недостаточно.

Вновь раскрыл я ладонь, отчего тьма в зале зарябила, а вторая ступень, олицетворяющая руны Погибель, Хаос, Бездна и Агония, вспыхнула за моей спиной, подобно рождённой звезде.

Лишь одно движение. Одно желание и сжатый кулак. Этого будет достаточно, чтобы убить каждого в этом зале, кого коснётся воля Жнеца.

Тьма рябила всё сильнее и сильнее. Ткань реальности дрожала и искажалась. Мощь Смерти выплёскивалась в этот мир, подобно нескончаемому потоку, который я удерживал в своей руке.

«Убей их… Убей их всех, мой Жнец…» — звучал хриплый шепот в моей голове, за которым пришёл отдаляющийся смех.

Переводя взгляд на каждого за столом, я наблюдал за тем, как криминальные боссы Москвы с трудом пытаются дышать. Все, кроме ничего не понимающего Алексея.

Старик хрипел и сжимал свою трость добела. Казалось, что его седые волосы поседели ещё сильнее.

Пётр Романович, спящий с той, кто является его врагом априори, бледнел и покрывался потом. Его тело тряслось, а глаза лихорадочно бегали в поисках спасения.

Но больше всего досталось Дамиру и Мохову. И, если первый с трудом держался на ногах и вцепился в стол толстыми пальцами, попутно сжав челюсть на бледном лице… То Мохов просто дрожал, как банный лист, закусив нижнюю губу до крови.

— Триста восемьдесят девять, — холодно произнёс я, смотря на этого ублюдка. — Это лишь те цифры, что я смог найти. Триста восемьдесят девять детей. Детей, что ты продал на органы и в рабство. Детей, чьи судьбы сломал, набив свои карманы бумагой.

— Я-я… — попытался он что-то сказать.

Поднявшись со стула, я подошёл к дрожавшему Мохову и, положив руку на его плечо, наклонился к уху, прошептав:

— Ты сдохнешь, Сергей. И там, куда ты отправишься, не будет ни света, ни блаженства. Я уничтожу твою суть и выжгу твою душу.

Моя рука сжала ткань дорогого костюма, а в нос ударил спёртый запах пота и мускуса.

— П-пощади… — сквозь пересохшие губы хрипло взмолился он.

— Жнец не знает пощады, — ответил я, после чего разломал вторую ступень печати.

Я специально пропустил сквозь неё небольшое количество энергии Смерти, чтобы дать ему прочувствовать всю боль и агонию.

Животный рёв раздался из глотки Мохова, чьё тело начало медленно разрываться. Сантиметр за сантиметром его кожа трещала. Мышцы и кости оголились, а весь костюм мгновенно пропитался кровью, стекающей на плиточный пол ресторана.

Он трясся, ревел, молил и из его глаз безостановочно лились слёзы, пробуждая у мужчин, смотревших на подобную казнь, настоящий ужас.

— Прощай, ублюдок, — холодно произнёс я и полностью высвободил печать, разорвавшую тело Мохова на части.

Взмахнув рукой, я достал из кармана испачканного пиджака платок и вытер лицо от потрохов и крови.

Реальность стала возвращать свою былую форму. Тьма постепенно испарялась, оставляя после себя лишь тихий шёпот загубленных мною душ, которые будут преследовать меня всегда.

Посмотрев на каждого из выживших и оставшихся под впечатлением мужчин, я легко улыбнулся и, спокойно проговорил:

— Думаю, подобной демонстрации силы достаточно. Приступим к сделке?

Спустя несколько дней. Осенний Бал. Хрустальный Дворец.

Тёмное время суток накрыло Москву, высший контингент которой стекался бурным потоком к прекрасному и высокому дворцу. Казалось что его шпили, башни и стены сделаны из чистого хрусталя, отдающего синими бликами от света фонарей.

Дорогие автомобили заезжали на огромную и охраняемую территорию дворца, объезжая массивный фонтан и держа путь к главному входу, где по ковровой дорожке поднимались пары людей.

Здесь были и элитные представители аристократии, являющие собой глав родов и кланов. Были и иностранные гости, прибывшие, чтобы отдать дань уважения правителю Российской Империи.

Мужчины в обязательном порядке были одеты либо в деловые костюмы, либо в военные мундиры, подчёркивающие их заслуги перед отечеством.

Женщины же все поголовно нарядились в платья. И их цветовое разнообразие было настолько насыщенным, что у некоторых людей рябило в глазах.

И мало того, что охрана, облачённая в технологичную броню, патрулировала территорию, так ещё и на входе несла дежурство целая группа одарённых из Корпуса Мебиус. Элита среди элиты. Воины империи, чья броня усеяна регалиями и натёрта до блеска.

— И зачем только я здесь нужен… — тихо пробормотал Виктор, когда автомобиль остановился возле красной ковровой дорожки.

— Этот вопрос я должна задавать, а не ты, — улыбнулась София, погладив юношу по плечу.

Весь день и вечер девушка была на нервах и лишь сейчас позволила себе впервые улыбнуться. Приглашение Виктора составить ему компанию на подобный вечер было сродни грому!

И раз она получила его, что несомненно её радовало, то сделает всё возможное, чтобы помочь ему! И неважно, что для этого потребуется! Слишком сильно она обязана этому юноше…

Сам же Виктор волей и неволей возвращался к тому, как прошла сделка с криминальными боссами Москвы. И хоть в целом он мог бы сказать, что всё вышло идеально, тем не менее предстояло ещё слишком много уточняющих моментов. Но одно радовало Жнеца. Главную задачу он выполнил. Страх и сила всегда были действенными методами. Скоротечными и вызывающими отторжение… Но действенными. Главы Семи Колец согласились на сделку и вскоре Алексей возглавит организацию, став теневым королём криминала.

Дождавшись, пока водитель откроет дверь, Виктор вышел из автомобиля, сразу же услышав разговоры и гомон людей.

Их было настолько много, что у Жнеца на короткую секунду случилась загрузка мозга. Слишком много аристократов окружало его.