Утопленник (СИ) - Рунин Артур - Страница 63

— Выйди, достань ружьё из багажника и разнеси ему морду, — посоветовала Максим, даже не подняла глаза, продолжая строчить послания Жеке.

— Ну давайте уедем домой, — стонущим голоском попросил Диана. — Мне нужно играть на скрипке. Срочно.

Богдан выскочил из передней двери автомобиля, осмотрел лобовое стекло, поднял бутылку и покрутил перед глазами. Потом отвернул пробку и вылил воду на асфальт. Он что-то крикнул дебилу и швырнул в него пустую бутылку. Зелёный сосуд ударился о металлические перила, отлетел к двери «Лавки рукоделия, подпрыгнул на тротуарной плитке и медленно скатился к проезжей части.

— Пластиковая! — крикнул Богдан Потапу и махнул рукой, показывая, что можно продолжать путь. Он погрозил кулаком «большому-бэби» и влез в салон «мерседеса».

— Я думала, что он сейчас пойдёт и разнесёт всю лавку. — Анжела достала пилку для ногтей и начала лениво тереть по кончику мизинца. — Ты не знаешь, он, случайно, успокоительных сегодня не опился?

На улицу нахлынула непонятная тишина, нарушаемая только эхом капель и далёкими гулкими шагами. Слабый ветер прогнал по тротуару фантик от конфеты, рванул порывом и воткнул между стеклом и «дворником». Вокруг образовывались булькающие звуки, будто поднималось таинство из глубин океана. По левому тротуару шла в обнимку молодая парочка — парень и девушка, и когда поравнялись с автомобилем, почти остановили шаг. Их глаза, приоткрытые рты с безвольно оттянутыми челюстями и высунутыми кончиками языков, пошатывающиеся головы — пребывали в каком-то отрешённом трансе, будто их тела оставили без душ. Где-то над головой стонали дельфины, опускались батискафы. Из тишины вырвались последние крики ужаса женщин и детей, спасающихся от потопа. И Потап подумал, что снова началось… Мир оглох. Небеса сливались с водой. Беснующаяся чёрная мошкара залепляла все стёкла «порше». Взгляд выцепил вокруг остановившихся людей с качающимися головами, где дирижёром для всех назначался дебил на балконе «Лавки рукоделия», который крутил шеей так, будто размахивал пращой для броска собственной головы.

3

— Купила финики, бананы, киви, апельсины сладкие. — Анжелика встала коленом на сиденье. — Эй. — Она помахала ладонью перед глазами Потапа. — Ты в осадок выпал? Смотри… купила ананасы… Две баночки варенья из фейхоа, девочки любят. Да что с тобой… проснись уже… Смотри… целую корзинку фруктов. И, не вытерпела, взяла нам две бутылки красного вина… Надо было дома сразу своего налить.

Потап недоумённо часто моргал. Он осмотрелся. И «мерседес» и «порше» стояли почти впритык правыми боками к чужим воротам на тротуаре. Диана и Максим ели мороженое под палящим солнцем, молодой кот с вытянутым хвостом кверху тёрся об их ноги, вырисовывая подобие знаков бесконечности.

— А Богдан где?

— Как где? С полицейскими разбирается. Ты чего?.. Он троим морды разбил. Вон, все плиты в крови. Ты не заболел? — Анжелика потрогала тыльной стороной ладони его лоб.

— За что разбил?

— Как за что? Пока мы думали, куда поставить машины, пока сходим за фруктами… эти трое уселись на капоте «мерседеса». Богдан снёс им морды. Я даже удивилась, что ты не вышел помочь… Хотя ему помогать и не нужно… Он сам в доли секунды их троих убил.

— Что значит убил? — встрепенулся Потап.

— Я, в смысле… послал на землю валяться без сознания.

— Сейчас… — Потап потёр пальцами над бровью, стараясь вспомнить, что произошло. — Ну да… да… — Он потянулся ладонью к ручке, чтобы открыть дверь и выйти наружу.

Перепрыгнув металлическую ограду, к машинам спешил улыбающийся Богдан. Его пальцы пересчитывали банкноты. Он пересёк дорогу, сунул деньги в кожаную сумку, свисающую с плеча, и подошёл к окну «порше». Потап опустил стекло.

— Не пойму, сегодня тоннель дебилов здесь открыли? — Богдан разорвал целлофановую упаковку.

— Угу. Запасной Сен-Готардскому. Осталось Альпы воздвигнуть.

— Прикинь, — Богдан сунул в рот зубочистку, — то эта алкоголичка в начале улицы, то старина имбецил с балкона… Я помню, как в стародавней юности за его младшей сестрой ухлёстывал. Она лет на десять старше меня. Не хотела молодого Бочо любить. — Он усмехнулся. — Мне осколок из ляжки вынимали… Она там медсестрой… Я ей рассказал, что герой России и всё такое… Ты знаешь, подействовало, когда все спать улеглись, повела меня за руку в каморку и… по-быстрому отдалась. — Богдан посмотрел на кровавые пятна на тротуарной плитке, на свой кулак. — Эти трое… Да?.. Уселись на мерседес бухать. Такую наглость вижу впервые.

— Да. Как-то всё странно и неожиданно. — Анжелика ставила корзинку с фруктами в багажник и теперь уселась на сиденье рядом с мужем.

— Не хотят тебя отпускать. — Потап посигналил девочкам, чтобы шли садиться. — Видно, твой мерседес приглянулся. С полицейскими разобрался?

— Мои деньги разобрались. — Богдан стукнул по торцу стекла. — Ладно, всё. Поедем купаться. Сегодня день хорош, чтобы не вылезать из воды и пропарить кости на солнце. — Он повернулся и пошёл к своему автомобилю, поддел пальцем носы обеих сестёр.

— Тебе не кажется, что он сильно постарел за эти дни? — спросила Анжела, вдумчиво проводив спину Богдана.

— Тебе не кажется, что ты сильно выпиваешь за эти дни?

— Ну Патя, — произнесла Анжелика льстивым голоском. — Как-то что-то захотелось. Скоро больше не буду. — Она поцеловала его в щёку. — Как Максим любит сказать… мур-р, мур-р. — Она потёрлась виском о его ухо. — И ещё раз… мур-р.

— Скоро?.. — Потап усмехнулся и завёл двигатель. — Скоро может стать, что очень нескоро. — И он подумал, что как такое возможно — девушка Туф из-за тридевять земель пусть не из далёкого, но прошлого, и Алиса из сейчас и здесь — стоят в обнимку на одной фотографии? Обе причастны к Богдану. Случайность? Нет. Это точно неслучайность. — Как-то мне не нравится, что может быть скоро.

Диана и Максим залезли в задние двери. Потап посмотрел на задние сиденья, между ног Дианы расплывалось пятно крови.

Глава 19

1

— Господи, моя маленькая дочь стала девушкой! — воскликнула Анжелика. Она достала из сумки тёмно-синее парео, в которое собиралась укутаться на пляже, чтобы прикрыть разбитую коленку после пьянки накануне, а теперь собиралась прикрыть Диану. Максим начала успокаивать сестру, что всё так и должно быть.

— Да хватит вам, знаю я всё. — Диана стыдливо закрыла колени своей сумочкой.

— Пойдём быстро в туалет… и в аптеку зайдём, — сказала Анжелика и вышла из «порше». Максим помогла сестре отереться влажными салфетками, придержала её за ладонь, когда Диана выходила из двери, и они втроём скрылись за кирпичным углом ворот.

Потап заглушил двигатель, достал из портфеля айфон, набрал номер, при этом усмехнулся и подумал, что пока они выедут с этой улицы, успеют собрать все неудачи, запрограммированные для них судьбой на всю оставшуюся жизнь.

«Мерседес» переехал последний перекрёсток улицы «дебилов», но до главного шоссе дорога пролегала по прямой, асфальтированное полотно немного расширялось, начиналась другая улица. Богдан надавил педаль газа и только тогда заметил, что «порше» Потапа не следует за ним, когда первые аккорды мелодии мобильника наполнили салон.

— Не может быть, — проворчал Богдан. — Снова что-то стряслось? — Он поднёс андроид к уху и выслушал друга. — Я сейчас вернусь.

— Не стоит. Поезжай прямо на наше прошлое место. Помнишь той осенью, где в последний раз… — и Потап замкнулся. Он знал и помнил, что они были на бассейнах осенью, но что и как происходило — словно стёрли эпизод его жизни кнопкой «делит» с клавиатуры. — В общем, туда поезжай. Мы следом прибудем. И без нас не напивайся.

— Да я вроде как бы не особо… А вы постарайтесь, чтобы какой-нибудь талиб… — Богдан вспомнил, как играл с маленьким сыном в компьютерную игру «Постал». — Чтобы не заслал вам пару огненных буханок из гранатомёта. А то эта дорога не отпустит вас до полуночи.

— Мне кажется, это тебя и твой «мерседес» не желали пропускать, — возразил Потап. — Ты его, случайно, в карты не проиграл?