Утопленник (СИ) - Рунин Артур - Страница 33

Тихими, осторожными шагами Потап подошёл к цветнику, где совсем недавно валялся дохлый пёс: волкодав лежал на том же месте, никаких следов или намёков, что тело сдвигалось, не было. Снова продолговатый комочек попал под голую ступню. Потап выругался, пнул и наморщил переносицу от боли: отбил пальцы об выступающий уголок плитки. Он поспешил отойти подальше, или вновь захлестнёт приступ тошноты: и так уже весь желудок выворочен наизнанку.

«Не было никакого пса, не подходил он ко мне. Верно, отравился трупными газами и поймал галлюцинацию, ничего себе, вынести такой смрад, попав в такую ловушку. Теперь век не смогу смотреть на цветы. И на собак». Потап остановился, будто перед ним неожиданно разверзлась бездна. На асфальтированной дорожке, в нескольких десятков сантиметров от его рвоты источала не меньшее зловоние лужа серо-бурой слизи, которая несколькими мгновениями назад истекала из пасти волкодава.

— Вы что, многоголовые? Или многотелесные?

Глава 10

1

Потап отмылся в ванной, сменил одежду, зашёл на кухню, на задумчивом хмуром лице рисовался лёгкий страх. Анжела стояла возле окна, прислонив к столешнице упругий зад, обтянутый белой джинсой. Она скрестила локти на груди, задрала голову к левому плечу и смотрела печальными глазами в небо через стёкла закрытого окна. Диана меланхолично, даже больше с отвращением, ковыряла вилкой козий сыр в греческом салате, запивала томатным соком. Стрельнув взглядом, который не понравился Потапу, Максим склонилась к уху сестры и шепнула, нездоровая, плотоядная улыбка натянулась на её губах, указательный палец помешал в высоком бокале газированную воду, выгоняя пузырьки.

«Что не так с ней? — задался вопросом Потап. — Или только кажется?» Он ещё раз посмотрел на жену. Анжела изображала вид, что глуха, нема и ей до всего нет дела.

— Папа, — радостно вскрикнула Диана, выскочила из-за стола, обняла Потапа. — Так поедем сегодня летать на планах? Ещё надо заехать на конюшню, давно Орлика не видела.

Потап не ответил, лишь одарил дочь поглаживанием по волосам и поцелуем в щёку. Диана недовольная вернулась к столу и ещё более угрюмо скосила глаза на тарелке. Максим ехидно надула пузырь из жвачки и шумно втянула обратно. Никогда, никогда Макс не жевала жевательную резинку. И откуда взяла? Непонятно из-за чего, напряжение висело в доме. Ещё только вчера он никогда не натыкался на все эти осуждающие, недовольные взгляды. А сейчас молчание гремело громче колоколов. Потап выжидательно смотрел на Анжелу, но та продолжала дуть губы и рассматривала небо так, будто углядела в космосе улыбающегося бога. Он сел за стол, рядом с Максим, загремев стулом, щелчком сбил высокий узкий стакан, лишь тогда Анжела бросила на него небрежный, но снисходительный взгляд. Она втянула щёки, вытянула губы бантиком и с загадочным видом — вообще! — повернулась спиной. Потап нервно постучал пальцами по столу, не зная, как завести разговор: но ведь нужно как-то убрать псину?! Сквозь запахи еды и совсем лёгкого аромата духов Анжелы, он чувствовал на себе зловоние мертвечины, хоть и переоделся, и тщательно отмылся. Поведя носом, он обнюхал себя и покосился на девочек — так ли отреагировали, а то неправильно поймут. Возможно, вонь присутствует только в его воображении. Потап закрыл глаза и прикрыл сверху ладонью.

«Вот этот — отшельник, — гудел голос в его голове. — Вот этот — отшельник». Кто такой отшельник? Почему по дороге… они были вместе на одних боевых?.. Участвовали в одной боевой операции? Потап услышал, как пододвинулся стул, тёплое прикосновение легло на его ногу. В удивлении он открыл глаза. Ладонь поднялась по его штанине и застыла на молнии. Медленно Потап перевёл взгляд в сторону. Максим нагло вперилась на него и вовсе не собиралась сводить взор, будто пробивала на прочность, исследовала его и собственные чувства, проламывала новые неизведанные горизонты. Потап стрельнул глазами на Анжелу, и Диану: не дай бог увидят. Жена — словно о них на вечность позабыла, продолжала осматривать погоду. А Диана и вовсе вся сжалась, сгорбилась и пробовала протолкнуть в зубы оливку на вилке, бегая глазами по потолку.

— Взрослая стала? — тихо спросил Потап, сжав в кулаке чужую ладонь, скинул со своих ног, словно брезгливо отшвырнул мразь. В ответ Максим надула на губах белый прозрачный пузырь, потом сжала ртом и выплюнула в ладонь. Медлительные пальцы скатали липкий шарик. Как ни в чём не бывало Макс таинственно улыбнулась и спросила:

— Что-то произошло?

— Произошло, — ответил Потап и отсел на другой стул. — Макс, мотоцикл возле входа Жеке принадлежит?

Максим неопределённо пожала плечами.

— Из его друзей, — продолжил Потап, — кто-то мог нам напакостить? Или, может, он сам, может, у него такие приколы?.. Своей девушке дохлых зверей на участок дома подкидывать?

Анжела заинтересованно подошла к столу, бедро вжалось в угол. Она сжала в ладони бокал с персиковым соком и поднесла ко рту. Но пока, нарочно, молчала.

— Мы скоро поженимся? — как-то не в тему ответила Макс и забросила шарик из жвачки в стакан с газированной водой. Пузырьки оторвались от стен и подорвались кверху. Унылым взглядом Потап оценил действия Макс: дошла до совершеннолетия и теперь обратность — деградация по типу «егэ». А ведь едва не вручили в школе золотую медаль.

— Поверь, я не выкину мертвечину, — покачивая головой, уверил Потап. — Заверну в целлофан, оберну бантом и преподнесу вам на свадьбу в качестве подарка. Так ты в курсе?

— Да ни в чём я не в курсе, — взволнованным голосом ответила Максим. — Мам, твой муж на меня безосновательно наезжает. Какая ещё к чёрту мертвечина?

— Да, Потап, что ещё за мертвечина, объясни? — вступила в разговор Анжела. — Не от неё ли вся эта вонища? — Она придвинула лицо вплотную к старшей дочери. — А почему байк Жеки у нас? Он здесь ночевал? Ты его под кровать впихнула?

— Вы что наехали?! — вскричала Максим. — Мне не десять лет. Вон, Диану воспитывайте. Нету здесь Жеки. Я сама не знаю где он. На телефон не отвечает… Никто не отвечает. И уж точно, никого мёртвого он нам не подкидывал. Он не урод.

Некоторое время всех окутала и душила нездоровая тишина.

— Да, это от неё весь этот смрад на улице, от дохлой псины, — с опозданием Потап ответил жене. — Валяется недалеко от ворот. Целый телок. Ладно. — Он поднялся из-за стола. — Вы будьте дома. Я сам всё уберу, заверну в плёнку, подъедут рабочие и вывезут. Я им сейчас позвоню.

— Я тебе помогу, — вызвалась Анжела. — Или лучше… пойдём, посмотрим, сам ничего не трожь, и своих работяг не отвлекай. Позвоним в службу по уборке, пусть они уберут всё полностью.

— Пока они приедут, всё в округе пропитается зловонием, — возразил Потап. — Я хоть попробую завернуть в полиэтилен.

— И я с вами пойду, — сказала Максим. — Только ещё раз позвоню Жизе. — Она подошла к Потапу, заглянула в лицо широченными глазами и, едва не касаясь носом его губ, изобразила крупную дрожь на лице, после чего скрылась в арке под лестницей.

Потап и Анжела переглянулись.

Никто не заметил, как Диана тихо поднялась к себе в комнату, и уже через пару минут полились слабые звуки плачущей скрипки.

2

Анжела стояла в синем джинсовом комбинезоне, в котором она обычно ухаживала за цветами перед домом, заткнув нос и рот носовым платком, покачивала из стороны в сторону головой и ужасалась виденным. Максим только взглянула и, взвизгнув, отмахиваясь от мух, убежала в дом. Потап захватил лопату, вилы и плёнку из гаража и теперь старался переложить тело пса на развёрнутый полиэтиленовый ковёр. Мёртвый волкодав разваливался на куски: сначала разломилось тело и все шевелящиеся внутренности вывалились на траву, кожа со шкурой слезла с задних лап, а потом отделились и сами лапы. Труп будто растаял на солнце и расползся густой бесформенной массой. Потап негодовал: «Как такой гнилой холодец могли незаметно приволочь и подложить?» Он думал, что Анжеле, мягко сказать, станет не по себе и она, как и дочь — её дочь, поспешит ретироваться. Но бойкая жена ходила вокруг и пальцами указывала, что ещё отвалилось и где надо тщательнее зачистить. Пару раз, подавляя рвотный позыв, она отбегала, сгибалась и издавала блеющие звуки, и пару раз она походила на чучело, размахивающее руками рьяно разгоняя рои мух. И отойдя, настырно возвращалась. Потап гнал её и удивлялся: что заставляет жену наблюдать за процессом уборки падали? Она шутила и даже ущипнула его за ягодицу, когда он, задыхаясь и лавируя блевануть не блевануть, низко нагнулся, подчищая последний сгусток из травы. Анжела успела даже рассказать анекдот, которые она на дух не переносила, так же как и частушки, балалайки, шансоны и гармошки. И всё же — это была его прежняя, любимая жена. Потап завернул плёнку и накрыл желеобразную груду, выпрямился, вытер пот со лба.