По головам (СИ) - Горбачев Ярослав - Страница 51

Конечно, кроме приличной и одинаковой на вид публики были и кое-какие исключения. Например, один толстяк шёл в обнимку с двумя красивыми девушками-близняшками. Обе были в слишком откровенных и вульгарных, по сравнению с остальной публикой, нарядах. Сомнений, что именно связывает эту троицу, у меня лично не возникло.

Мы, как и эти две красотки, на общем фоне заметно выделялись, и сделать с этим ничего было нельзя. И это начиная с одежды и заканчивая тем, что поклажу из этой публики сам не нёс никто — всех сопровождали личные роботы-носильщики. Раствориться в толпе не получилось бы при всём желании…

Я видел в отдалении другой трап, через который сажали пассажиров третьего класса — но чтобы туда добраться, пришлось бы идти напрямик через взлётно-посадочную, а это было строго-настрого запрещено. Пришлось встать в хвост очереди, за всей этой почтенной публикой. Как на зло — совсем близко от «прилизанного», который стоял прямо перед нами.

И когда мы подошли, он внезапно повернулся.

Глава 26

— Здравствуйте, молодые люди, — обратился к нам «прилизанный».

— Здравствуйте, — я сжал ладошку Яромиры и аккуратно её отпустил, чтобы на всякий случай освободить руку. Во второй была сумка, но кидать её до поры показалось неправильным.

Готовый в любой момент начать бить или стрелять, я уже лихорадочно проглядывал изображения со всех доступных камер и прощупывал эфир на предмет доступных для использования устройств.

— В первый раз летите? — тем временем, улыбнулся этот неприятный тип. И, снова лишь бегло посмотрев на меня, буквально впился взглядом в Яромиру. Последняя побледнела и стояла буквально ни жива, ни мертва.

— В первый, да, — опять соврал я, рассчитывая потянуть время. Группы захвата нигде не было видно, и это с одной стороны обнадёживало, но с другой — если они на самом деле есть, и просто смогли скрыться с моих «глаз», то как с такими вообще можно бороться?..

— Не волнуйтесь. Всё будет хорошо, «Королева солнца» — надёжный лайнер! Уж сколько раз летал на нём, и всегда всё проходило как по маслу…

— Мы и не волнуемся… — ответил я совсем невпопад.

Чего хочет этот тип, в упор не понимал, но изо всех сил пытался взломать его коммуникатор. Мы продвинулись немного вперёд, и «прилизанный» снова повернулся.

— Да я вашей спутнице, молодой человек. Она, кажется, очень даже переживает… Стесняться нечего, это нормально.

— Возможно.

— Кстати, позвольте выразить восхищение! Девушка, вы — просто чудо. Давно не встречал такой самобытной красоты. Вам надо было родиться в семье каких-нибудь аристократов!

— Спасибо, — буркнула Яра. А до меня, наконец, дошло. Возможно, никто нас пока и не вычислил. Просто, гипотетическая сверхспособность моей благоверной обращать на себя внимание разных фриков притянула к ней очередного обделённого женской лаской несчастного.

Очередь опять двинулась, внутрь запустили новую партию пассажиров — а мы почти подошли к трапу.

— Как вас зовут, девушка?

Яра посмотрела на меня с немым вопросом, но я моргнул ей глазами — мол, всё в порядке.

— Меня зовут Мария.

— Маша. Замечательно… А меня Викентий Федотович. Вы третьим классом ведь летите, так?

— Да.

— Ужасно. Никому не советую! Теснота, орущие дети… Грубые, неотёсанные шахтёры с Шикши и со Старухи… Вахтовики с лапут…

— Мы переживём, — я решил напомнить «прилизанному» о своём существовании, но он на меня даже не посмотрел.

Снова началось движение. Находящиеся перед нами пассажиры, в сопровождении роботов-носильщиков, начали взбираться по трапу, и мы за ними. Были все шансы проскочить внутрь с этой партией… Но нет. Мы снова остановились на самом верху, прямо перед преградившими путь улыбающимися стюардессами с тёмно-синих юбках и белоснежных блузках. Наш надоедливый собеседник, как назло, тоже пройти никуда не успел.

— Так вот, что я говорил. Заходите ко мне! Сразу увидите разницу между третьим классом и вторым, — обращался он вроде к нам обоим, но смотрел исключительно на Яромиру. И от моего желания прибить его тут же, на месте, «прилизанного» спасали только многочисленные свидетели.

Постаравшись побороть глухое раздражение, я выдавил из себя почти дружелюбное:

— Федот Викентьевич…

— Викентий Федотович!

— …вы сейчас говорите с моей женой. Неужели вы думаете, что я её куда-нибудь отпущу?

Тип смерил меня недовольным взглядом и дёрнул щекой.

— Так заходите вдвоём! Я разве что-то другое говорил? И, молодой человек, послушайте… — он подался вперёд, наклонился ко мне и демонстративно-громко прошептал. — Пятьдесят кредитов.

— Чего?

— Пятьдесят пять! — снова прошептал он, и добавил уже более громким голосом. — В семейном бюджете не помешают, так ведь? Сможете потом сами летать вторым классом, ещё и чего-нибудь прикупите себе… А мне много-то и не надо. Можем договориться, что ваша жена просто отсосёт мне, и всё. Подумайте, молодой человек!

На этот раз я сдержался с ещё большим трудом. Яра же поманила нашего «доброжелателя» пальчиком, и когда тот наклонился к ней, зарядила ему со всей дури пощёчину.

— Засунь себе эти кредиты знаешь куда, ублюдок?! И сам себе за них отсоси! Ур-род…

Тут начался переполох. Стюардессы заголосили и стали призывать всех успокоиться, «прилизанный» заревел раненым поросёнком и полез к Яромире, я ему хорошенько сунул под рёбра, заставив скрючиться и чуть не улететь вниз. Задача «не привлекать внимания» на этом оказалась благополучно провалена.

К нам выскочил мужик в белой рубашке и синих брюках, видимо — тоже служащий лайнера. Вклинившись между мной и скорчившимся на ступеньках «прилизанным», он тут же повернулся к стюардессам:

— Что здесь, Кровавые вас задери, происходит?

Но вместо девушек подал голос оскорблённый в лучших чувствах Федот:

— Вон те двое! Вон те! Они с третьего класса вообще, их тут быть не должно! Совершенно дикие! Варвары! Напали на меня…

— Напали?! Да этот наглый тип сделал мне непристойное предложение! Мне!..

— Это кто такие вообще? — с трудом перекричав поднявшийся гомон, служащий снова обратился к стюардессам.

— Мы пассажиры третьего класса! Мы просто опоздали, и нас направили вместе со вторым…

— Так какого они тут делают? Почему сразу к тому трапу не подвезли?

— Да кто их знает. Не было распоряжения, наверное…

— Ясно! Помогите пострадавшему господину, и отведите его в медпункт. А я проведу… Этих.

— Я требую их наказать по всей строгости! — вновь взвился Федот.

— Спокойнее, спокойнее, пассажир, — служащий поднял руки в успокаивающем жесте. — Мы разберёмся. А сейчас, прошу пройти в медпункт. А потом в каюту. Скоро взлетаем, сейчас некогда заниматься разборками! А вы, двое… За мной!

Наконец, у нас получилось попасть внутрь. «Прилизанного» одна из стюардесс повела куда-то прочь, наш же проводник свернул в противоположную сторону и энергично зашагал куда-то.

— Мы и правда не виноваты! — пискнула Яромира прежде, чем я успел её одернуть. Но мужчина ничего не ответил, лишь повёл плечом. И так же молча шагал дальше, проводя нас через многочисленные переходы, трапы и шлюзовые камеры.

Впервые он сказал что-то только после того как мы, казалось, уже прошли весь лайнер насквозь.

— Какие места?

— Пятьсот третье и пятьсот четвёртое.

Проведя нас по длинному коридору с дверями по обе стороны, служащий указал на одну из них:

— Вот. Ваша каюта. Займите места, следуйте указаниям, которые будут передавать через системы оповещения… И ведите себя, пожалуйста, прилично!

Потеряв к нам всякий интерес, мужчина развернулся и быстро пошёл обратно. Я не стал задавать ему никаких вопросов и взглядом остановил Яру, у которой, видимо, вертелось на языке множество вопросов.

Достав наши билеты, поднёс их к кругу считывателя на стене, и створки дверей с плавным шипением разошлись в стороны. С другой стороны оказалась тесная каморка, внутри которой с трудом могли бы разминуться двое человек, с четырьмя узкими полками по обе стороны, в два яруса — у пола и у потолка.