Фиктивная жена миллиардера (СИ) - Орлан Нари - Страница 42

Мои слова отскакивали от него, как от пуленепробиваемого стекла. Как же он осточертел! Сложил руки на груди, выжидательно смотрел на меня, как на цирковую зверушку. Наверняка мечтая, чтобы я скорее заткнулась и сыграла роль мебели.

Нет, я выскажу все до конца. И спешить не буду. Потому что, возможно, больше шанса не подвернется.

— Тебе просто плевать на меня! Тебя волнуют только собственные хотелки. Захотелось секса — потрахал. Захотелось чего-то другого — бросил меня в постели и ушел. Хотя почему я возмущаюсь, скажешь ты, я ведь фиктивная жена! Я тебе нужна была только для шантажа. Теперь, как я понимаю, надобность во мне отпала. В таком случае верни меня в Россию. И ищи себе ту, у которой хватит лишних нервов терпеть твой невыносимый характер.

— Я уезжаю сегодня, потому что дело неотложное, — процедил он сквозь зубы, царапая мой слух угрозой.

— Поедешь искать то, что у тебя украли те бандиты. Устроишь разборки. Что -то пойдет не так, и меня снова похитят. Ты сам ничем не лучше бандита. А бандитов с меня хватило. Я не хочу жить в страхе за свою жизнь.

Он в два шага подступил ко мне, схватил за плечи и встряхнул так, что у меня стукнули зубы. Это вместо утешения, вместо нежных объятий и обещаний, что все будет хорошо. Вместо объяснений. Только вчера, когда он чуть не потерял меня, в нем пробилось что -то другое, заботливое.

— Угомонись, Элизабет! — шипел гневно в лицо. — Мне сейчас некогда устраивать с тобой разборки! Я вернусь и спокойно поговорим.

Спокойно... Спокойно можно говорить, когда уже все равно. Когда стихли чувства... Может, когда-нибудь я смогу спокойно говорить о нас. Но сейчас слишком жгла в груди злость.

— Я тебе что, подчиненная?! Когда ты начнешь обращаться со мной, как со своей женой? А если ты меня считаешь кем угодно, только не ей, то дай мне улететь в Россию!

— Ты никуда не улетишь! — пальцы впились в плечи до боли.

— Почему, черт подери?! Зачем я тебе теперь?! Тебя раздражают ссоры — избавься от меня и от них заодно. Я продам все свои вещи, украшения — и мне хватит на квартирку в небольшом городке.

— Только попробуй что-то продать, — сощурился он.

— Почему я не могу улететь?

Он не говорил, что дело в том, будто меня снова могут похитить или вообще убить. Вполне возможно, его враги уже потеряли интерес к нам. Украли то, что им нужно, и поделом. Тем более уехать в Россию, затеряться где -то в небольшом городке, может быть безопаснее, чем торчать тут на вилле. И Демид явно это понимал. Но упрямо молчал.

Скажи, что я тебе не безразлична. Или хотя бы произнеси простое: я не хочу тебя отпускать. Я тогда, честно говоря, точно потеряю рассудок. Плюну временно на то, что меня так раздражает в нем. Подожду, пока он вернется, пока у него появится время поговорить.

С его признанием мне было бы не так одиноко. Оно бы проникло в сердце и грело меня изнутри.

Лиза, не будь безрассудно наивной. Скорее всего, я до сих пор нужна ему ради какой -то неведомой мне выгоды. А вчера у меня были галлюцинации, когда в его глазах горели чувства, а с губ срывалось нежное “Бетти”.

Но почему он теперь молча испепелял меня взглядом? Почему не ужалил привычной угрозой?

— Демид, почему ты молчишь? — пробормотала голосом, осипшим от подступающих слез.

— Пытаюсь угадать, что ты задумала. — Его взгляд обжигал кое-чем хуже, чем злость. Там пылала опасная подозрительность. — Внезапно решила уйти, когда появилась возможность остаться. Ты же этого хотела — чтобы я не разрывал брак. Теперь своим уходом манипулируешь мной. Хочешь, чтобы я на коленях ползал и умолял тебя остаться? Поспешила ты, Элизабет. И, видимо, ошиблась. Со мной твои хитрости не пройдут.

От шока у меня пропал дар речи. В глаза будто швырнули пригоршню песка. Я быстро -быстро моргала, пытаясь вдохнуть, но грудь сжало стальными цепями. Демид отпустил мои плечи и отступил на шаг.

— Я прекрасно знаю, что ты влюблена в меня. Хочешь получить взаимность — десять раз подумай, прежде чем говорить мне что-либо, прежде чем совершать опрометчивые поступки. Сейчас ты выбрала худший момент и совершаешь глупость.

Наконец-то мне удалось протолкнуть пухлый ком в горле. Дышать еще тяжело, поэтому я запиналась время от времени:

— Для тебя отношения — бизнес. Ты не хочешь или не умеешь вести себя по-другому... Чувства чувствами. но я не уверена, что хочу быть твоим деловым партнером. Когда в чувствах боли больше, чем счастья, они умирают. И я свои приняла решение добить.

Он нервно вздохнул и потер затылок.

— Твою мать, Элизабет! — Демид резко взмахнул руками, я невольно дернулась, испугавшись. Но он просто разрезал ладонями воздух, взъерошил волосы и глянул на часы. — Я сейчас должен уже выезжать. Меня ждет самолет. Хочешь — опустоши кредитку. Хочешь — поставь в каждом углу по цветку.

— Поэтому я и хочу уйти, — перебила его. Когда прежде рисковала перебивать его? Просто чем дальше, тем больше убеждалась в решении. — Мне не нужны твои деньги. Я их тратила только для тебя. Чтобы быть красивой. Чтобы носить вещи, от которых ты не будешь воротить носом. Чтобы постараться дотянуться до тебя. Ты ошибся. Спутал меня с какой-то из своих меркантильных подружек, которые, как ты говорил, во всем с тобой согласны, но все потому, что мечтают вытянуть из тебя побольше денег.

Теперь меня оборвали — смартфон зажужжал в кармане Демида. Он поднял трубку, гаркнул на кого-то за то, что его отвлекают, всунул мобильник обратно и схватил меня за запястье правой руки, понял ее на уровень глаз — и прекрасное обручальное кольцо сверкнуло в тусклом свете ламп.

— Не заставляй меня садить тебя под домашний арест!

Если у него и есть чувства — он считает проявлением слабости мне их открыть? Нет, я не хочу больше угадывать. Я постоянно угадываю мотивы его поступков, его мысли. Слишком много боли, давления, угроз и так мало счастья. Я не выстою против него. Его жизнь — вечная борьба. И ее он несет в отношения.

Но, может, сейчас, чтобы получить свободу, стоит сыграть в его стиле?

— Не дашь мне уйти — я обращусь в СМИ и расскажу все. Как ты угрозами заставил выйти за тебя, как использовал меня ради шантажа, как по-скотски относился ко мне. Думаю, мое интервью окажется очень обсуждаемым и популярным.

Воздух вокруг сгустился и заискрил. Демид посмотрел на меня с мрачной ненавистью. Почему? Ведь я из-за него стала такой. Из-за него я страдаю так, будто у меня в груди открытая рана и мне жить осталось последние секунды.

“Ты крупно пожалеешь”, — говорил его взгляд. Я знаю, пожалею. Сначала. Буду в России неделями рыдать в подушку. Но время исцелит меня. Позже я буду вздыхать с облегчением.

Или он собрался пойти в контратаку? Отомстить за шантаж в моем исполнении? Тревога царапнула по нервам. Демид откинул мою руку.

И я почувствовала всю необратимость момента. Все? Как в замедленной съемке он отступил на шаг, злость угасала в его глазах. Я чуть не потянулась следом, чтобы последний раз вдохнуть его запах, ощутить кожей его присутствие, его тепло.

Кажется, я слишком быстро начинала жалеть... Под ребрами заныла тягучая агония. Я стиснула пальцы в кулаки, чтобы унизительно не броситься вперед и не начать умолять его забыть обо всем, что я говорила.

— Пожалуй, ты права. Мне стоило бы поискать другую.

Его слова будто удар под дых ботинком. Пол пошатнулся под ногами. Демид горько усмехнулся от моей реакции.

— Мы слишком разные. Г лавное между нами различие в том, что если я наметил цель, я иду до конца. Я никогда не сдаюсь.

К чему он это говорил? К тому, что я его недостойна? Что я должна была разбиться в лепешку, но добиться его? Да пошел он! Только лишний раз подтвердил, что отношения для него что угодно, но не любовь.

— Борис принесет тебе билет на самолет, охрана сопроводит в аэропорт. Не нужно продавать вещи — выберешь любую квартиру в России, и я куплю ее. О разводе можешь не беспокоиться — мои адвокаты все сделают.