Сильная и независимая для котика (СИ) - Вада Маричка - Страница 227

— Стабильно тяжёлый, но думаю, жить будет, — поумерил пыл Коди.

Всю дорогу от Земли он прокручивал в голове множество ругательств, какими собирался осыпать неразумную голову шефки, как только та придёт в себя, но глядя на неё сейчас, такую жалкую, грязную и побитую, гнев буквально испарялся с каждым ударом сердца. А ещё сеньорита-капитан похвалила за самоуправство, пусть и обернувшееся во благо. Не восприняла, как само собой разумеющееся его гениальное решение всех проблем, а пообещала поощрить. Хотя, откидывая скромность, признание заслуг начальством и есть наивысшая награда агента СРС. Хорошая она, хоть и с придурью. Коди поджал сочувственно губы и поинтересовался:

— Ты сама как, сеньорита?

— Стабильно унылая, — тяжело вздохнула капитан. — Но это мелочи. Сейчас спасти Моргана — наша первостепенная задача. Помоги встать.

— Девчонка! — гаркнул за спиной агента Ванно. — Какой встать? Долго ещё лежать будешь, обещаю. Мы, считай, прижучили всех, а ты решила отъехать от гангрены?

— Слушайся, сеньорита, нашего злобного папочку, — отступил от кровати Коди, чтобы не оставлять шефке ни единого шанса на надежду. — А я пока прыгну до Зарекса. Надеюсь, очереди удастся избежать.

— Свяжись с Христовым, он даст приоритет, — запоздало предложила Мурси, когда агент уже дошёл до дверей, и быстро добавила: — Только не раскрывай ему ничего! Просто скажи, что Морган в критическом состоянии, срочно нужна операция. Для своего шпиона, думаю, Джес ничего не пожалеет.

— Шпиона? — остановился на полушаге Коди. Он хотел уточнить этот нюанс, но Ванно уже толкал его в направлении общей комнаты. — Нет, я ничего лишнего не спрашиваю. Уже лечу.

— Лежать! — опять скомандовал вакуй. — Всю работу мою похерила, теперь заново начинать.

Ванно провел зондом над всей Мурси. Прибор обозначил очаги инородных тел, и «злобный папочка» вновь принялся за работу. Чтобы не возвращаться к своим невесёлым думам и скоротать время, капитан попросила друга рассказать о свадьбе. Вакуй с удовольствием кинулся в долгие и пространственные описания всего обряда, не забывая хвалиться, как на него смотрели и те конкуренты, и эти, и как даже сами белопяточники удивились.

Наконец, для него нашёлся благодарный слушатель, хоть немного разбирающийся в обычаях народа Вакхийи! А когда умолк, то заметил, что напарница давно спит. Ванно сменил заряд колто-спор на зонде и, поставив очередной прогон программы, покинул каюту. Пусть выспится как следует, это всегда помогало девчонке восстановиться.

***

Мурси открыла глаза, когда корабль заглушил двигатели. Непривычная тишина выбила её из объятий сна. В боку ныло, изнуренные мышцы тянуло. Отдышка появилась сразу же, как только капитан села. Слишком много ресурсов забрала драка. Мурси с опаской поглядела на руки. Только бы с ними всё закончилось. Но нет, ладони, как и в прошлый раз, покрывали белесые черточки и фиолетовые борозды, правда, уже совсем неглубокие и едва заметные. Эти шрамы как напоминание о рискованных свиданиях леской горло перетягивали. Как сейчас Морган? Хорошо хоть в коме, не чувствует ни физической, ни моральной боли. Ну да, ещё предстоит. Немудрено, если как очнётся и осознает, то после не последует ни «здравствуй», ни «до свидания». Такие воспоминания не забрызгать лаской, не подавить обезболивающим гелем, не залатать алкогольными заплатами. Мурси по себе знала. Между ними навсегда теперь страшные «шрамопоминания». 1*

В общей комнате началась возня, выталкивающая из раздумий, заставляющая примириться с неизбежной реальностью. Раздались голоса незнакомых людей, сопровождаемые забавными, с претензией на командирские, окриками Клары. Видимо, за Котиком приехали медики. Капитан заставила себя встать: может, удастся проводить, взглянуть на него, лично удостовериться, насколько всё плохо. Держась за стенку, она дотащилась до двери и открыла её. Никого, кроме Ваццлава, уже не было. Он стоял возле ступенек, ожидая, когда освободится проход.

— Вы с нами, Несравненная Леди? — спросил Иржи, как только заметил её. — Моргана забирают на скорой.

Из проёма столовой показался Ванно и пригрозил кулаком в направлении Мурси.

— Я не могу, — промямлила капитан и тихо под нос добавила: — Очень хочу, но физически не справлюсь.

— Не волнуйтесь, я прослежу за всем. А как пройду профилактику и получу нейропозин, вернусь, чтобы плотней заняться вашими ранами. Видно, Ванно не слишком разбирается в медицине, раз вы всё еще в таком скверном состоянии.

— Не переживай за меня, проконтролируй лучше лечение нашего капрала. А что со связью? Могу позвонить Флинту?

— Да без проблем. На корабле только камеры фиктивные, — махнул Иржи на прощанье рукой и скрылся с глаз.

Мурси съехала вниз, оперевшись спиной о косяк. Разговор, такой незатейливый и быстрый, выпил остатки сил. И если с физическим недомоганием справиться невозможно, то нужно подавить хотя бы душевные терзания работой. Компенсировать провал на личном фронте достижением в сфере труда. Некогда расслабляться.

— Ну и чего вытурилась? Захотелось повыпендриваться? — заругался Ванно. — Лежать и лежать тебе.

— Нужно работать!

— А в глаз? — вакуй подошёл к капитану и бережно поднял её на руки.

— Хотя бы душ принять, я воняю, как логово кворчей. Должно взбодрить. Организуешь?

На это Ванно нечего было возразить. Он поместил Мурси в душевую кабину, включил воду, приготовил полотенце и сел на стул, ожидая пациентку для нового осмотра. Не раздевшись, — одежда всё равно пойдёт на выброс — капитан сидела на полу, позволяя тёплому напору струй смыть с себя засохшую и сковывающую движения грязь. Становилось действительно легче, хоть взору и открылась ещё прорва незамеченных напарником порезов и ран. Вот почему Мурси до сих пор чувствовала себя так отвратительно.

Наконец, она нашла в себе силы оголиться. Намылила дезинфицирующим раствором тело. На всякий случай поискала хвост. Нет, хвала Разуму, ничего лишнего не выросло. Зато, защипало почти во всех местах, но заодно придало импульс крови и желанную бодрость. Та буквально заискрилась в глазах. Мысли забегали быстрей, голова заработала на полную мощность, пришло необходимое сосредоточение на деле. Связаться с Френком, потом с Флинтом, потом с Шерифом и СМИ. Провернуть дело с Камнем Каасса по высшему разряду. Выставить Ванно как героя и блюстителя мирной жизни в Галактике; отряд — как высококлассных специалистов, раскрывших коррупцию в рядах верхушки власти; регулярные войска — как реальную силу против завравшихся канцлеров. А самой уйти в тень и не отсвечивать. Любой держатель Силы аннигилирует достижения смертных.

Но вместо того, чтобы тут же приступить к реализации задуманного, Мурси продолжала сидеть под струями воды и гасить разрастающуюся тревогу за судьбу Моргана. Она отдавала себе отчёт, что тот в надёжных руках, что самое страшное миновало, но мысли, одна мрачней другой, непрошено лезли в голову. А если бы Коди не успел? Если бы случай не помог им оказаться рядом в такой момент? Ведь капитан до последнего была уверена, что агент не изменит своим привычкам и будет сидеть до посинения на Марсе, как она и приказала. Возможно, Мурси бы успела набить лицо Лили до смерти Котика. Но что потом? Довезла бы она его до корабля? И где гарантия, что Дракон не захотела бы действительно с ним поэкспериментировать?

И это вина Мурси. Прямая! Только её! Беспечно бросилась в погоню, даже не расспросив Жана толком, куда увезли Моричку. Да и в принципе саму драку можно было предотвратить одним прикосновением руки. Ведь уже тогда, в церемониальной зале во время знакомства, Мурси показалось странным, с каким прямодушием поверила ей Лиля. Хотя, откуда капитан могла знать, что Императрица и Дракон устраивают подобную карнавальную вакханалию чуть ли не раз в пятьдесят лет ради развлечения? Кто мог вообще предположить, что всех Трёх Первородных связывала такая крепкая дружба? Даже любовь?

Мурси встряхнула головой, отгоняя эротическое видение о матери. Этого в своей голове она совсем видеть не хотела. В любом случае, всякие размышления о «если бы да кабы» всего лишь оправдания. Виновата она во всём, и точка. Это следовало просто принять. Прав Френсис: все, кто сближаются с ней, умирают. Может, наставник и сбежал, спасая свою жизнь. Глупая мысль, но она отчего-то рассмешила Мурси и заставила загоготать в истерическом припадке.