Правдивая история Золушки - Верхова Екатерина Сергеевна - Страница 6

– Антан, все потом! – все-таки утянула я его в кабинет. – Господин мэр, мы к вам! Распишите нас, пожалуйста!

– Эм… Приемные часы… И бланки… Да и Авелина несовершеннолетняя, – явно растерялся вскочивший на ноги мэр, спешно протирая свою лысину белоснежным платком. Наш визит стал для него неожиданным, но ответ для нас он все-таки нашел: – Приходите утром… Да! Приходите утром! И мы обязательно все обсудим!

– А я про вас кое-что знаю… – лениво протянул Антан, поглядывая на стражников, что, словно караул, заняли места по обе стороны от двери.

– Но Авелина несовершеннолетняя! Необходимо разрешение от опекуна! – воскликнул мэр.

– И не факт, что это дотерпит до утра… – невозмутимо добавил начальник дневной стражи.

– Присаживайтесь… – раздосадованно шлепнулся мэр обратно в кресло.

– Разрешите вас поздравить? – осторожно вопросил один из стражников, едва я вышла из мэрии под руку с Антаном.

Яркое солнце светило точно так же, как и до этого. Тут и там слонялись прохожие, которым и дела не было до того, что случилось сегодня конкретно со мной. Листва не стала зеленее, а небо оставалось все таким же синим, но… В воздухе витал пьянящий аромат свободы. Окончательной свободы от паразитов, что прочно обосновались в моей жизни.

– Все потом, – коротко ответил мой состоявшийся муж, учтиво открывая передо мной дверцу экипажа. – Скачи-ка в отделение и скажи ребятам, пусть сопроводят семейство Мол к «Черной Орхидее». Мы будем ждать вас там.

Наемная карета тронулась с места, а у меня наконец-то появилась возможность поблагодарить Антана.

– Антан, спасибо тебе… – прошептала я, заглядывая мужчине в глаза.

– Одним спасибо не отделаешься, – хохотнул он, но я видела некую нервозность в жестах, в том, как он держался.

Наверное, уже сто раз пожалел, что так скоропалительно согласился мне помочь.

– Все, что угодно, – с готовностью отозвалась я, но, сообразив, что тоже поспешила, добавила: – Кроме неофициального трудоустройства.

– Вот всегда ты так! – театрально сокрушался он, прекрасно понимая, что работать на него я никогда не соглашусь. – Но, если серьезно, с Мариэн тебе придется объясняться самой. У меня свадьба на носу.

– Не переживай, в воскресенье разведемся. Правда, лично я присутствовать не смогу, но можно ведь подготовить документы заранее? И Мариэн сама все объясню.

Когда мы подъехали к «Черной Орхидее», я совсем не ощущала волнения. Старая вывеска все так же глядела на меня уныло, но к всеобщей серости добавилась еще и зияющая дыра, что разместилась с левого боку здания.

– То есть про взрыв он не врал? – изумленно взглянул на меня Антан.

– А что ты удивляешься? – осталась я невозмутимой. – Должна же я была как-то выбираться?

– Ну, если смотреть с этой стороны…

Все, что происходило далее (впрочем, как и то, что произошло до), напоминало своим размахом театр абсурда. Завидев меня, Расти начал истерично требовать, чтобы меня связали и немедленно отвезли к лекарю.

Ага, как же!

Знаю я этого лекаря. Опоят чем-нибудь и попытаются скоренько замуж выдать за братца. Да только поздно поднимать белый флаг, когда пираты уже захватили судно.

Я с удовольствием наблюдала за тем, как лицо отчима вытянулось, едва он узнал от Антана, что теперь не имеет никакого права чего-либо требовать в отношении меня. Более того, дневная стража полностью оцепила дом, чтобы семейство Мол не попыталось сбежать, почуяв опасность.

Была по-настоящему благодарна ребятам, а потому шепнула Антану, что с меня ящик односолодового виски. Видела я один такой в закромах Расти. Купленный, между прочим, на мои деньги.

– Вы не имеете права! Вышла замуж? Тогда проваливай ко всем чертям, неблагодарная дрянь! Это мой дом! Я подам на вас в суд за его разрушение! – скакал Расти по своему кабинету, отчаянно пытаясь нас выпроводить.

– Еще раз оскорбите мою супругу, и я закрою вас за нападение на стражей правопорядка, – холодно произнес Антан, не моргнув и глазом.

Вообще, едва мы только попали в дом, мужчина изменился в единый миг. Это уже был не мой друг, не Антан, который нередко просил меня о помощи, а самый настоящий начальник дневной стражи. Человек, отвечающий за спокойствие целого города.

– Открывайте сейф, господин Мол. – Лед пропитывал каждое слово моего временного супруга.

– Я барон! Вы не имеете права! – взвизгнул отчим, а его мутные глаза сейчас еще больше походили на рыбьи. Казалось, что вот-вот вылезут из орбит, настолько он был разъярен или… Испуган?

– Да по мне, хоть герцог, – усмехнулся Антан. – Открывайте, или мне вызвать ищеек?

Ищейки.

Самое страшное слово, которое только можно услышать. Этих собаковидных существ содержали исключительно в столице, но, когда дело заходило в тупик, каждый начальник стражи во всех городах имел право отправить запрос на их участие в расследовании. Подобно обычным псам, эти существа занимались поиском, но их отличительной способностью являлось чтение мыслей. И не дай Вершитель кому-то испытать на себе такое. Боль – это меньшее, что сопровождает сие действие.

Руки отчима противно затряслись. Виски покрылись потом, когда он подходил к сейфу в своем кабинете. Простецкая комбинация – день его рождения, – и мужчина отходит в сторону, чтобы уступить дорогу Антану и мне.

– Прошу… – шкодливо улыбнулся муж на два дня, пропуская меня вперед.

Я не успела даже забрать из недр сейфа бархатный мешочек, в котором хранились все мои сбережения, как неожиданно для присутствующих Расти растолкал стражников и ринулся к дверям. Парни толком ничего и не поняли, как след семейства Мол уже простыл.

– Задержать, – коротко кивнул Антан, и стражники мигом испарились. – Я так понимаю, причины бежать у него все-таки были?

И причины действительно были. Как я и предполагала, все, чем все эти годы незаконно распоряжался Расти, было записано именно на меня. И это было не завещание, нет. Еще до своей скоропалительной свадьбы мама переписала все на меня. Скорее всего, именно поэтому она так и не дала своему супругу удочерить меня. Чтобы ни одна монетка никогда не попала в его карман.

Кто бы знал? Просто вот кто бы знал раньше?

– Что там, Авелина? – напомнил о себе Антан, вынуждая меня вскинуться и посмотреть ему в глаза.

– Да так, ничего… – невесело усмехнулась я. – Всего лишь моя жизнь, которая могла бы быть совершенно другой.

В доме я не осталась. Все самое ценное, что нам удалось найти, включая документы, мы перевезли в дом родителей Антана. Эти милые люди бескорыстно выделили мне целую комнату, чтобы я могла хранить в ней свое немногочисленное имущество и жить некоторое время.

«Столько, сколько потребуется, милая», – сказали они мне, помогая расположиться.

Но долго пользоваться их добротой я не собиралась. Только сегодня, чтобы спать в спокойствии и не думать о том, что ночью меня придут убивать. Уже завтра я отправлюсь в столицу вместе с дядюшкой Грэгом и его пекарями. И не на чем-нибудь, а на корабле. На единственном уцелевшем корабле. На своем корабле.

Только сначала к моему неудовольствию придется уволить нескольких работников и назначить управляющего в «Черную Орхидею». Но это будет утром, а пока…

– Односолодовый виски – не самый плохой напиток! – усмехнулась Мариэн, коротко целуя Антана в щеку.

– Этой прекрасной леди больше не наливать! – хохотнул начальник дневной стражи, вороша угли в кострище.

– Нам больше достанется! – обрадовался один из стражников.

Мало кто сможет когда-нибудь похвастаться тем, что отмечал свою собственную свободу с начальником дневной стражи, его невестой и полным составом стражников, которым, кстати, так и не удалось отыскать провалившееся сквозь землю семейство Мол. Антан на заднем дворе дома переворачивал кабана, которого купил у мясника по дороге обратно, а мы с Мариэн сидели и смотрели на огонь, весело переговариваясь.

Она восприняла новость о нашей временной свадьбе с Антаном лучше, чем я ожидала. В ее глазах он казался самым настоящим героем, который спас бедную деву из лап разбойников. Немного завидовала тому, как они смотрели друг на друга. С такой любовью, с такой безграничной нежностью, что становилось больно. Больно оттого, что я одна. Одна на всем белом свете.