Послушание и наказание (СИ) - Худова Алена "Эра Фогель" - Страница 22

Глава 33

Я думала, что хуже уже быть не может для моих вершинок, но тут Декарт скрутил одну из них в пальцах и снова сдавил.

Я зашипела и чуть ссутулилась, чтобы хоть немного вырваться из захвата моего Хозяина. Мне было очень сложно это выдержать, но и в тот же момент, мне не хотелось, чтобы он меня выпускал из своих сильных рук.

– Я обещал, что на твоём ошейнике скоро появится ещё один предмет, – заговорил Декарт. – Вот этот.

Что? Он действительно хочет сейчас говорить о каком-то предмете? Когда я тут вся изнываю от желания?

Декарт не отнял руку от моей груди, а продемонстрировал мне этот предмет на второй ладони.

Я почему-то была уверена, что это будет поводок, но оказалась неправа.

Сквозь пелену возбуждения я взглянула на маленький золотистый медальон на ладони Декарта и поняла, что это.

На одной стороне круга было написано мое имя красивыми буквами с вензелями. На второй стороне адрес дома Декарта и его номер мобильного. Очень мелко, но вполне читаемо. Внизу медальона был вкраплен маленький зелёный камушек.

Мой Хозяин пристегнул мне медальон к ошейнику, где уже висело маленькое прозрачное сердечко, а затем сообщил.

– Теперь мой котенок никогда не потеряется.

Я изобразила на лице мучительную улыбку, так как Декарт вновь скрутил мне вершинку.

– Я хочу, чтобы твои кошачьи глазки умоляли меня весь вечер сделать с тобой хоть что-нибудь. Хоть как-то унять пожар внизу твоего животика и взять тебя. Ты будешь меня умолять?

Я кивнула и взглянула через плечо на моего Хозяина измученным желанием взглядом.

– Хорошо, – Декарт все же улыбнулся уголками губ. – Теперь я тебя одену.

Я разочарованно выдохнула и опустила голову, уже отчаявшись получить разрядку, но тут Декарт продемонстрировал мне тот самый предмет из шкафа.

Это было нечто очень похожее на гигантскую прищепку или заколку. На одной ножке этой прищепки было три блестящих шарика. Они все были плотно прижаты друг к другу и словно вырастали один из другого. Дальше эта ножка расходилась в две стороны, а второй конец был намного тоньше и короче, словно отросточек.

Мужчина тщательно смазал предмет интимным гелем и прошёлся им же по промежности и складочкам, вызывая у меня дрожь в ногах.

– Глубоко вдохни, – приказал мой Хозяин, и я подчинилась.

Декарт бережно взял меня за шею и поднял мою голову вверх. А затем приставил этот предмет к промежности.

Я чуть напряглась, но закрыла глаза, надеясь на приятные ощущение.

– Расслабься, – властно потребовал он, и я снова подчинилась.

Осторожно, без рывков, мужчина ввел мне в лоно ту ножку с шариками, и я тихо застонала. Когда же Декарт ввел мне ее на всю длину, он сделал ею круговые движения, а потом наполовину вытащил.

Я зажмурилась от накрывшего меня стыда.

Как хорошо! Вот бы Декарт довел меня до финала!

Мужчина принялся быстрее двигать предмет во мне, то вводя предмет глубже, а то совершая им круговые движения, насколько это было возможно.

Я замотала головой, не зная, как справиться со стыдом. Мне казалось, это жутко неправильным: если я получу разрядку не от самого Декарта. Но мой Хозяин такой опытный, что у меня не было ни одного шанса.

И все же, между постыдными стонами, которые я сдерживала как могла, я надрывно выдохнула.

– Хватит… пожалуйста.

– Тебе больно? – мужчина остановил эту пытку, но предмет из меня не вывел.

Я отрицательно мотнула головой.

– Тогда я не вижу другой причины останавливать твое наказание, – безапелляционно заявил он.

Не удержавшись, я громко заскулила и задрожала от подступающего удовольствия. Но тут Декарт вновь ввел меня этот предмет, затем закрепил его у меня между ног, а выпирающим отросточком зарылся мне в складочки и придал мою распухшую чувствительную кнопочку.

Я жалобно заскулила от отчаяния.

Зачем я попросила его остановиться? Это ещё более невыносимо!

– Ти-ише, – успокаивающе протянул он и слегка подул мне на лицо. – Ты будешь ходить с этим столько, сколько я скажу. Будешь вести себя хорошо, я сниму это через час. Будешь вести себя плохо – сниму только утром.

Я захныкала от бессилия.

Как я прохожу с этим ещё минимум час?! А если больше? Я не выдержу!

– Умничка, – Декарт погладил меня по голове. – Так мне очень нравится.

Я шмыгнула носом, понимая, что сейчас вот-вот зареву.

Почему все именно так? Выходит, Декарту нравится унижать своих партнёрш? И он хочет сделать это прилюдно? Может я его идеализирую, а на самом деле он совсем не такой мужчина, каким я вижу его в своей голове?

– Гая, – очень мягко произнёс он и я тут же немного успокоилась. – Доверься мне, котенок. Я не причиню тебе зла, ты же знаешь. Если ты будешь долго терпеть, то точно поймёшь, что меня нужно во всем и всегда беспрекословно слушаться. Ты прекрасно знаешь, за что наказана. И я тебя до этого обо всем предупреждал. Но я не хочу, чтобы ты плакала. Во всяком случае не от отчаяния или боли. Я ничем тебя сейчас не унизил. И не унижу при гостях в том смысле, в котором ты думаешь. Просто доверься мне и помни: чем дольше ты вытерпишь, тем ярче будет твое удовольствие.

Я покорно вздохнула и кивнула.

– Ты мне доверяешь? – Декарт, все также бережно сдерживая меня за шею, требовательно посмотрел мне в глаза, и я снова кивнула. – Вот и умничка. А теперь я тебя одену, чтобы ты немного успокоилась.

Глава 34

Вопреки моим ожиданиям, Декарт не стал одевать меня в мех или латекс и не всунул в меня хвост. На этот раз он даже не надел мне перчатки, а мой костюм состоял из большего элементов одежды, чем просто белье.

Он надел на меня нежно-розовое платье с мелким принтом кошачьих лапок по всей юбке. На ноги он надел мне белые носочки и черные открытые босоножки на сплошной платформе. Сегодня не было даже перчаток, а значит, я, наверное, смогу есть хотя бы руками, а не слизывать все со своей миски.

Единственными напоминаниями того, кто я для моего Хозяина были кошачья маска на лице и ошейник.

– Если тебе будет неловко в маске – так и скажи, – сообщил Декарт, оглядывая мой внешний вид. – Я предупредил, что ты испытаешь унижение за непослушание. Но это будет унижение другого вида. Я ни в коем случае не обижу тебя, тем более при своих друзьях. Поэтому, если ты почувствуешь себя униженной именно таким образом, то сразу сообщи мне.

Я кивнула, хотя так и не поняла о каком тогда еще унижении говорит мой Хозяин. Разве бывает какое-то другое?

– Пройдись, – приказал он. – Я не хочу, чтобы тебе было больно.

Очень медленно и осторожно я прошла пару шагов и остановилась, тяжело дыша.

– Все в порядке? – спросил Декарт и погладил меня по пояснице. – Тебе не больно?

Я отрицательно мотнула головой.

– Ходить сможешь?

Я судорожно кивнула, отчего мои мышцы слегка напряглись, и я отчетливее почувствовала эти шарики внутри себя. Мое дыхание стало еще более тяжелым.

– Терпи, мой котенок. Я засекаю ровно час. Если за этот час я не сделаю тебе ни одного замечания и при этом увижу, что ты осознала свою вину, я все уберу, – тихим и уверенным голосом сообщил Декарт. – А теперь иди вниз и будь собой. Не старайся казаться беззаботнее и раскованнее, чем ты есть на самом деле.

Я облизнула пересохшие губы и направилась вон из комнаты.

Через десять минут к нам приехали Луна и Александр.

– Привет, кисулик, – Луна чмокнула меня в щеку. – Красивое платьишко. А мое тебе нравится?

Луна демонстративно повертелась передо мной, показывая свое нежно-голубое платье с кружевным воротничком и оборкой по подолу. В целом Луна выглядела как куколка и я даже не могла ее сейчас представить в образе той самой требовательной шефини, в которой она предстала передо мной сегодня днем.

– Красиво, – тихо выдохнула я.

– Покажешь свою комнату? – Луна улыбнулась мне озорной улыбкой.