Гуль. Харизма +20. Том 2 (СИ) - Крымов Илья - Страница 68

— Даже меньше, чем обычно?

Мы оба посмотрели на мумию с некоторым удивлением.

— Что? Вы думаете, я неспособна к самокритике?

— Мы…

— Да ладно, шучу! Я нравлюсь себе со всеми плюсами и минусами.

— Нам тоже, Елизавета.

— Разрешишь ещё раз перекрасить Каспара?

— Не до такой степени. Лучше иди вместе с Антоном в кабину управления и постреляй из новой пушки. Пора лететь. Кстати, мы на угнанном транспорте Ордоса, наша поимка — вопрос времени. Вернуть «Рэма» вряд ли возможно, так что, пока пользуемся этим.

— Просто скажи, куда лететь?

— Это — самое простое. Нам нужно в субрегион Сапфир, а конкретнее, в Аметриновый лес.

— Надо же, гоблин уже респанулся, и ты успела найти его? Восхищён.

— О, нет, искать Ангуса мне ещё предстоит. В Аметриновом лесу находится третья канопа.

— Откуда…

— Пока ты отдыхал в племени Гнилого Клыка, — самодовольно заявила Лиззи, — я вела с Гнусом воспитательные беседы.

— Это когда он был привязан к посадочной опоре?

— Ага! Гоблюк проговорился где третий кувшин. Разве я не молодец? Разумеется, молодец! Летим! Я сама введу координаты!

— А ты сможешь? — уточнила ведьма.

— Нет, потому что сенсоры навигаторов не реагируют на забинтованные трупные пальцы!

Семейство десантных челноков «Манта» имело богатую историю эксплуатации. В своё время они пришли на смену многим другим, включая «Рэмов». «Манты» были больше, вместительнее, быстрее, и лучше поддавались модернизации. Реальный прототип был вдвое больше игровой модели и двигался в вакууме на репульсионной тяге. Маневрирование «Манты» в атмосфере осуществлялось за счёт пары огромных подвижных пропеллеров, встроенных в боковые крылообразные части корпуса, они помогали челноку вертикально взлетать и служили заменой подкрылкам. Из семи поколений только третье участвовало в боевых действиях, то есть имело соответствующие модернизации, которые помогали переправлять батальоны боевых дронов на поверхность планеты Ферокс-Солум. Полагаю, именно вооружением третьего поколения вдохновлялись местные реконструкторы, собирая игровую модель.

«Манта» был удобен в управлении, имел новый кристалл квинтессанта, мощную магическую пушку в передней части и, что немаловажно, автопилот. Со вспомогательными турелями наверху было сложнее, они управлялись десантниками во время транспортировки и сейчас не работали. Но главное заключалось в том, что кабину можно было покинуть в любой момент.

Я вёл челнок по координатам Мэдлин, Лизи сидела позади и развлекалась, управляя турелью, как раньше. Сама ведьма предпочла расположиться в десантном отсеке, на мягких подушках, с бокалом полусладкого вина и попросила не беспокоить её какое-то время. Вероятно, так ей было удобнее искать следы Гринботтома в Инкарнаме.

— Эй, Антон! Эй! Эй! Антон! Эй!

— Ладно. Слушаю?

— Угадай, что я вижу?

Учитывая, что мы пролетали через гряду парящих скал в поднебесье, я предположил:

— Двенадцатицветную радугу?

— Не угадал! Парящие скалы! — Она расхохоталась под маской. — У тебя ужасно получается играть в это!

Каждый раз, когда я «не угадывал» Лиззи приходила в такой искренний восторг, что не хотелось обрывать череду её побед.

— Эй, Антон!

— Что?

— Кто ты в реале?

Машина чуть дрогнула, как и мои руки, такого вопроса я не ожидал. В неписанном этикете «Нового Мира» было непринято интересоваться реальной жизнью игроков. Подозреваю, что это правило тихой сапой внедрили разработчики, ведь главной целью игры было заставить граждан Единства забыть о реальности и её проблемах. Не спрашивай, не отвечай, — кажется, так говорили Древние?

— Почему вдруг решила спросить?

— Вы с Мэдлин много знаете обо мне, а я о вас ничего не знаю. Её спрашивать бесполезно, кокетка бережно относится к личной информации. Но ты — открытая книга, простой, добрый и честный. Поэтому спросила тебя.

— Лиззи, в глазах Единства мы с тобой преступники настолько опасные, что нас даже на Ион сослать нельзя. Думаешь, открытость и доброта являются самыми подходящими характеристиками для таких людей?

— Я думаю, Антон, что Правительству больше нельзя доверять.

— Неужели? — Я едва удержался от сарказма.

— Ага! Если два таких замечательных человека, как мы с тобой, оказались здесь, обречённые страдать, может быть, те, кто нас на это обрёк, способны допускать ошибки. Возможно, даже, они что-то скрывают от населения… Звучит как бред, но я уже ни в чём не уверена…

Да, инфо-террористы, замечательные люди. Кто, если не мы? Я прочистил горло.

— Не уверен, что Правительство замешано. Проект «Пенитенциарий» определённо является детищем министра Анкреца и самого Нифтара, так что рано обвинять поголовно всех власть предержащих.

— Ну вот, видишь, ты ещё и справедливый! А они тебя в гуля сунули.

— С другой стороны, Единство всё решительнее идёт по пути ошибок и подлогов, призванных эти ошибки скрыть. Анкрец уже создал одну большую заплатку на трещинах социума, — «Новый Мир», а теперь он развивает идею. Если можно будет превратить каждого потенциального бунтаря в моба, и оставить здесь для битья, то удерживать Единство удастся ещё какое-то время, пять веков, может, семь. А потом полыхнёт так сильно, что осколки будут собираться ближайшие десять тысяч лет.

— Э-э-э… что-то ты совсем странное говоришь.

Пожал плечами, насколько позволил панцирь.

— Хочешь знать, кто я, Лиззи? Социолог-любитель. Побывал на сотнях миров, получил доступ к документам и свидетельствам высокого уровня секретности, искал правду. Единое Человечество уже не такое единое, системы, отдалённые от света Солнца всё больше хотят искать собственный путь в бесконечности Космоса, и многие готовы даже пойти на немыслимое, — заявить о независимости. И не формальнрй, а настоящей.

— Как у Ферокс-Солум?

Я бы поморщился, но костяная морда не позволила.

— Не вполне. Ферокс-Солум был случайностью, он существует в постоянных экстремальных условиях и принимает от Единства гуманитарную помощь, хотя много веков обходился своими силами. Другие системы могут быть самодостаточны, у них много ресурсов и развитая инфраструктура, а всё недостающее в перспективе можно получить через торговлю, или искать совершенно новые пути развития. За такие мысли я и попал сюда, можно сказать.

— Сепаратист! — воскликнула Лиззи.

— Антон, — прозвучало по внутренней связи, — пожалуйста, веди нас ровнее, я пытаюсь отдохнуть.

— Прости, давно не имел дело с «Мантами». Игровые инженеры очень криво перенесли систему управления.

Вздох. Канал закрылся.

— Антон, ты же сепаратист! — с каким-то затаённым восторгом лопотала мумия, тормоша меня за плечо. — Настоящий!

— А ты инфо-террористка.

— Да это всё детские развивающие игры по сравнению с вами, ребята! — Она едва ли не приплясывала на месте. — Из какой ты системы? Какие головные уборы вы носите? Какое у вас традиционное блюдо и какой дрянью вы кормите гостей из далёких миров, называя её «местным деликатесом»? У меня столько вопросов!

— И когда-нибудь я смогу на них ответить, но не сейчас.

Она молчала почти десять секунд, не отходя от кресла, пришлось применить отвлекающий манёвр.

— Умеешь пилотировать «Манту»?

— Ха! Шутишь? Я и с «Рэмом» едва справлялась. Челноки меня не интересовали раньше, тренировалась водить топтеры и вакуумные истребители.

— А научиться хочешь?

— Мэдлин будет ругаться.

— Ну и пусть поругается немного. Мы с тобой бунтари, от этого просто так не отказаться, верно?

Она издала радостный звук, а я переключил систему на автопилот, чтобы уступить место.

Давно заметил, что география «Нового Мира» не следовала нормальному порядку вещей в природе: температурные режимы и климатические зоны перемешивались произвольно; обособленные биомы компоновались как попало. Спросил об этом у Мэдлин, и ведьма сказала, что свобода творчества разработчиков оправдывается влиянием Хаоса.