МАГ 8 (возвращение) (СИ) - Белов Иннокентий - Страница 27

— Зови всех вниз, будем разговаривать и обедать, — распоряжаюсь я, как будто, мы снова на территории Сатума и я главный. Придется командовать, раз старший брат не мычит и не телится.

Учитель послушался меня, поднялся в номера и вскоре мы оказались за большим столом в углу, подальше от остальных посетителей.

— Приятного аппетита, — сказал я новичкам и перевел эту фразу на корли.

— Теперь повторите и пора нам поговорить о вашей будущей жизни.

Клея уверенно, остальные, робея и смущаясь, повторили мои слова и начался обед. Ничего такой по качеству, только в моем любимом месте со вкусом блюд получше будет, повара, явно, более понимающие в кулинарии в «Лисе».

После того, как унесли тарелки, я задумчиво оглядел слушателей, разведчик с инструктором что-то обсуждают, Клея стреляет глазками в мою сторону, Брон и Ирния просто привычно молчат, как всегда.

— Давайте обсудим, что я могу предложить вам, — начал я на родном для переселенцев языке.

— Первое, выдам немного денег, чтобы вы чувствовали себя увереннее и могли купить себе, что захочется. Выдам прямо сейчас.

Я достал кошель с разменянным серебром и насыпал перед каждым иммигрантом кучку монет, примерно поделив ее на три части.

— Здесь около трех тайлеров и перед каждым из вас по тайлеру. Тайлер — это шестьдесят четыре дана. Гинс, переводи.

Учитель перевел и народ немного воодушевился, с деньгами, особенно, с такой кучей, всегда повеселее себя чувствуешь.

— Второе, работать без знания языка, это — тяжелое и плохо оплачиваемое дело, значит, все силы потребуется бросить на учебу.

Деревенская девка, конечно, и не поняла, что я предлагаю, Борн поскучнел после перевода Гинсом моих слов и только Клея радостно заулыбалась.

Ясно, учиться по-настоящему хочет один человек, впрочем, в ней я и ничуть не сомневался, остальные относятся к учебе прохладно. Неволить никого не буду, все же, не дети мои, пусть сами выбор делают, сходят на один урок и там все станет ясно.

— Есть хороший учитель, лучший в городе и всем Черноземье. Я договорюсь с ним сегодня и вечером можно будет сходить на урок. Гинс проследит, чтобы вы не потерялись.

Иными словами, шанс будет у всех, кто не воспользуется — его дело и его проблемы.

После этого мы с разведчиком вышли из зала трактира и, проводив его, я дошел до Корна, где провел с ним полчаса и договорился на один урок вечером сегодня же.

Оказалось, что и корли старику не чужд, он его, конечно, подзабыл за долгие годы отсутствия практики, но, немного, на нем разговаривает и понимает. Это сильно облегчает учебу, тем более, Гинс тоже должен присутствовать при этом, ему и самому не помешает подтянуть местную речь, говорит до сих пор с большим трудом, медленно и почти по слогам.

Если человек не учился в начале своей жизни, трудно, почти невозможно, начать в зрелые года.

Как я и думал, Борн с Ирнией отказались от учебы, сразу же после первого урока.

Деревенская девушка уже разобралась, с помощью Клеи, что и так будет весьма востребована среди мужиков Астора, и учиться кажется ей странным и лишним занятием. Избавилась от рабской доли и насилия, теперь радуйся жизни в хорошем городе, говорить понемногу научишься, умение писать и читать, чтобы рожать детей будущему мужу, тому же Гинсу, не требуется, а ему больше от нее ничего и не нужно.

Борн тоже не видит смысла в посещении школы, чтобы таскать и обрабатывать камни, много слов не требуется и на второй день он уже пропадает в мастерской, тем более, сестра Гинса не ответила согласием на все его предложения держаться вместе и жить тоже вместе. С расстройства парень сразу исчез и в номер трактира приходит теперь только ночевать, выматывая себя на работе.

Учиться осталась одна Клея, которая заставила и брата сидеть с нею рядом и повторять слова, все же общий уровень развития очень заметно разнится у нее с остальными соплеменниками, да и брат примером здесь стать не может. Ладно, хоть слушается умненькую младшую сестру.

Зато у Гинса в личной жизни все хорошо, он съехался с Ирнией в один номер и появляется из него с очень счастливым лицом, найдя в походе за перевалы, не только родного человека, но и женщину для себя.

— Старина, со службы придется увольняться, на сорок серебра семью не прокормишь. Деньги смешные тебе положены, а обязанностей много. Могу тебя в мастерскую взять, там плата в два-три раза повыше будет, и ни в какие походы ходить не придется, — предложил я ему, уверенный, что приятель согласится и будет благодарен.

Есть у меня план на такого благодарного мне человека, только, он привязан к службе и постоянно, до ужина, должен торчать в казарме.

Гинс почесал затылок красноречивым жестом и согласился, вы думаете?

Отказался!

Ему, мол, в казарме спокойно, все нравится и думать ни о чем не требуется, тем более, там кормят три раза в день и им с Ирнией денег хватит. Со своей доли он купит жилье, скромную квартирку где-нибудь на пятой-шестой улицах и славно там заживет.

— Ну, в том районе не стоит селиться, — скрыл с немалым трудом я свое удивление, — Можно и поближе к Ратуше, денег с трофеев хватит, это я тебе обещаю.

Чего я ожидал, что человек проведший всю сознательную жизнь в борцовском круге, без малейшей мысли о будущей жизни в голове, теперь, нашедший надежное и спокойное место при государственной структуре — захочет своей головой думать, как заработать на жизнь.

Ни в каком случае ему это не упирается, переживать и думать головой, после суровейшей школы жизни в Сатуме, где за любую мысль больно били по этой самой голове много лет.

По итогу, я снова остался один, в той жизни Охотники сначала попали в помощники ко мне, пока не испортились окончательно, оказавшись под влияние своих шлюшек. Здесь, в этой жизни, никакими бабами они не обзавелись, Драгер не провинился в походе на северные земли, Крос туда вообще не ходил, так же служат и не тужат, да и не знаком я с ними так уж близко, выпиваем иногда вместе, и все.

Гвардейцы, пусть и промолчали, похоже, о моих умениях, тоже — люди служивые и на жизнь не жалуются, Гвардия для них — мать родная. Договорились между собой молчать про чудесное излечение, вот и молчат, на что-то большее подвигнуть проблемно, тем более, деньги для них гигантские получены и еще обещаны, да и колец с цепочками набрали очень солидно.

Одному мне. все же, непросто делами задуманными заниматься, требуется послать глазастого парня в Талак, чтобы он все разведал и мне доложил, как подобраться к местным Рыжим поближе, да пощупать их за мошну, решив, заодно проблему будущей мести. Чтобы я приплыл и с ходу начал разбираться с потенциальными мстителями.

Под вечер к дому пришли мальцы, та же парочка и я нанял их на других условиях, помня ту звездную болезнь, которой они быстро заболели.

Серебрушку на двоих, за полдня наблюдения и премия, иногда, они и таким условиям рады.

Сказал узнать у отца, где Редкен поселился, если днем он сопровождает своих купцов, следить за ним по вечерам, куда ходит и что делает в городе.

Сразу же отправил парнишек на работу, информация быстро требуется, пока, караван в Астрию не ушел.

Если выследят пареньки Старшего охраны, если посещает он кого-то, придется устроить обычный гоп-стоп, чтобы Грита могла решить проблему своей ярости и насладиться местью. Только, оставлять его долго мучаться и помирать целые сутки с болтом в мочевом пузыре не получится, максимум, поболеет немного, пару минут и придется добить наемника, чтобы не разболтал о таких мстителях никому.

На такое дело, придется, все же, попросить Гинса помочь Грите, чтобы наемник не ушел от той. Больше и некого, остальные гвардейцы не настолько благодарны мне, чтобы на мокруху идти, по моей просьбе.

Старшина Брон узнает от сына, за кем я слежку поставил, значит, надо рассчитывать, что такая информация у Стражи окажется, когда мертвого наемника найдут и расследование начнется. Поэтому, мне потребуется алиби, стопроцентное, на момент смерти Редкена. Алиби я могу получить в трактире или в нашем дворе, устроить пирушку по любому поводу и не исчезать с глаз зрителей. Тут уже отсутствие Гриты не так будет бросаться в глаза, впрочем, посмотрим.