Клан на прицеле (СИ) - Мамбурин Харитон Байконурович - Страница 32

От такого временного промежутка был один существенный плюс. Английские инженеры обещали довести до ума обещанный мне Генрихом Умеренным дирижабль. Само судно имелось у короля в наличии, на нем даже можно было летать, но требовалось «внести новые изменения». Так или иначе, я обладал свободным временем, которое решил потратить на… благотворительность и политику.

На самом деле это была сделка с совестью. Я мог остаться в замке, мог лететь в Швейцарию, мог даже большую часть времени провести в Камикочи, который начал опостылевать Эйлаксу своей монотонной жизнью, но вместо этого мы остались в Лондоне и приняли участие в постепенно и нехотя затухающих городских боях.

Ситуация на русско-китайской границе стала патовой, и это не исправил даже приход Инквизиции. При нерешенном вопросе питания ЭДАС-ов крупных СЭД-ов, способных выдержать хотя бы пару ударов божественной силы, идти в атаку стало самоубийственным предприятием. Подконтрольные Поднебесной миазменники, колдуны, ракшасы и сами боги были слабы против концентрированного шквала свинца и стали, но зато с обидной легкостью могли устраивать завесы из тумана, пыли и дыма, делающие огневую мощь армии людей на порядок менее эффективной. Ну а миазменник в тумане стоил батальона, вооруженного легким огнестрельным оружием. Именно на английские производства сейчас и была основная надежда — они могли быть переориентированы на выпуск легких силовых доспехов, что с новым оружием, были способны действовать в условиях Поднебесной.

Поэтому мной и было принято решение совместить приятное с полезным, тем более что возражающих не нашлось. Уокер, несмотря на новую выбранную стезю в жизни, чувствовал себя обязанным за проверку своих сына с дочерью как мне, так и своему бывшему королю. Момо было плевать, как использовать свои возможности, пока она находится рядом со мной, ну а Регина…

Та была просто счастлива, получив назад штурмовой доспех, оружие и повод применить всё это в деле. Кроме вышеупомянутого, рыжей был выдан десяток подающих наибольшие надежды рекрутов из полицейского пула специального назначения. Их рыжая и учила вламываться в здания, стрелять сквозь стены по местам предположительного скопления противника и прочим премудростям высокопрофессионального бойца.

Мы с Уокером и Момо выступали куда скромнее и тише, работая вчетвером, но с той же эффективностью, что и взвод Праудмур. Куда проще и скучнее, чем развлекается рыжая — мы с дворецким создаем шум и стрельбу у входа в помещение, где забаррикадировались очередные бунтовщики, а затем просто врываемся с воплями, вышибая двери и принимая первые пули на себя. Долго ни у кого стрелять не получается, потому как заходящая с другой стороны Момо уже тихо стоит сбоку, контролируя взглядом фонтанирующих кровью боевиков, падающих с перерезанными артериями. Ну и разведка с помощью фамильяра, конечно же.

Ключевые производства, склады и эфирные станции были отбиты одержимыми и полицией в течение трёх суток, а полная зачистка города произошла через полторы недели. Множество пленных, одураченных агитаторами, были вновь приставлены к станкам как каторжники, что, конечно, не добавило им радости в жизни. Однако, выпущенный королевский эдикт, гарантировавший полную амнистию заключенным после объявления победы над Поднебесной, зарядил этих несчастных энтузиазмом.

Организатором же этого стихийного бедствия оказалась одна из радикальных партий Халифата, тут же заклейменная всем миром и Инквизицией как нарушители конкордата Заавеля. Массовые казни всех, каким-либо образом связанных с радикалами прошли на фоне продолжающего сплачиваться населения цивилизованного мира.

Было даже приятно внести столь существенную лепту в происходящее. Всё-таки, пока я тут «отдыхаю» после военных действий в Японии, все остальные пилоты «Паладинов» уныло «воюют», патрулируя русско-китайскую границу.

Зато получилось прожить более двадцати дней подряд в семейном кругу. По вечерам мы перемещались из одного замка в другой, где и собирались внушительной группой за ужином. Доставленных нами с Уокером мужчин видно не было, они, по словам леди Коул, еще проходили «этап предварительной обработки», но даже простое их наличие существенно оживило старших сестер Миранды и саму леди. Роды Анжелики, случившиеся на середине нашего лондонского «отпуска», сделали Чарльза Уокера в очередной раз счастливым отцом и мужем, пройдя при этом без всяких прецендентов. Ну это если исключить внимание, доставшееся дочери, нареченной Элис, так как этот милейший ребенок вовсе не умел бить током окружающих. Рэйден же, несмотря на поставленные печати, с удовольствием выражал своё негодование болезненными разрядами, радуя меня и заставляя подвижную Рейко, мечтающую поскорее вернуться к активной жизни, дуться и негодовать.

А затем меня вызвали на вручение заслуженного дирижабля.

Он был… необычен. Три вытянутые оболочки, закрепленные вместо тросов на жесткие металлические каркасы, почти скрывали корпус небольшого дирижабля, из-за чего он напоминал не приличное воздушное судно, а сильно сжатую по концам сосиску. Впечатление усугублялось цветом, демонстрирующим, что английский монарх был в курсе моих приключений в Японии. Ярко-красный, бросающийся в глаза. Кричащая «сосиска», но тем не менее, явно обещающая скорость полета, недоступную нормальным кораблям: каркасы не только закрывали оболочки, как птиц в клетках, но и демонстрировали многочисленные «прыщи» ЭДАС-ов по всей площади, а также нечто, напоминающее небольшие реактивные двигатели, чью форму я помнил из прошлой жизни. Здесь подобного не было…?

Не было. Сдающий мне прототип мастер сыпал терминами и характеристиками корабля, упомянув и эти небольшие конусы. Они действительно были двигателями, но работали по технологии «вулканов», синхронно детонируя порционно накапливаемый эфир, чем и обеспечивали повышенную маневренность и скорость. Однако, тут крылась и сложность.

— Что, простите? — вздёрнул я бровь, поворачиваясь к счастливому англичанину, поющему хвальбу своему творению, — Можете повторить?

— А вы не знали? — сделал он круглые глаза, — Мы не можем, совершенно не можем добиться синхронизации этой дополнительной системы взрывного толкания на автоматическом уровне! Слишком много параметров нужно учитывать! Поэтому полноценно управлять судном может только пилот «Паладина»! Там используется та же контролирующая система, что и в СЭД-ах! Да что я вам рассказываю, лорд! Вы же в курсе, что на доводку этого шедевра пошёл королевский «Паладин»? … да? Да?

Генрих Умеренный всё же нашёл, как избавиться от машины, что обрела такую дурную славу. Его бывший доспех разобрали, контролирующую часть интегрировали в мой дирижабль, гладий же расплавили, чтобы сделать из него тонкие, но невероятно прочные контейнеры для некоторых систем дирижабля, признанных технологическим секретом. Остатки были пущены на дополнительное бронирование корпуса, чего хватило лишь на защиту днища. Мышечные волокна кровавого СЭД-а распустили на нити, которыми дополнительно укрепили оболочки дирижабля. Изящное решение…

Но это было не всё. Немного иронии и насмешки ничуть не портили получившийся в итоге шедевр. Два носовых и один кормовой «вулканы», управляемые либо стрелками, либо надевшим контрольный шлем пилотом, боевой отсек, представляющий из себя четыре сквозные ниши в задней части корпуса, куда были вставлены бронированные капсулы с гвардейскими железнодорожными доспехами. Заходишь из арсенала в капсулу, раскрываешь доспех, залезаешь внутрь, а затем переборки раскрываются снаружи, позволяя сразу начать действовать. Великолепно. Два доспеха монаршьей волей были загружены в корабль новых, а еще два ранее принадлежали Уокеру и Праудмур.

Я долго смотрел на свою новую собственность, испытывая смешанные чувства. С одной стороны, действительно королевский подарок, с другой стороны… одно дело ради эпатажа публики летать на маленьком и смешном алом дирижаблике, который подарили русскому княжичу и совсем другое — вот это… самое настоящее рейдерское судно. И ведь не перекрасишь…