Пробуждение мёртвых богов 2 (СИ) - Сороковик Алексей - Страница 4

– Думаю, поддержит, – я решил не раскрывать все карты, – у меня есть там союзники…

– Но за поддержку они требуют слишком много денег, или, что хуже, слишком большое влияние в будущем?

– Да, примерно так… – притворяться, что у меня всё схвачено в Сенате, смысла не было: наверняка Лициния, проведшая всю жизнь среди дворцовых интриг и борьбы за власть, разбиралась в этих вопросах лучше меня.

– Ну, разумеется! Наш Сенат остаётся тем же, что и десятки лет назад. Теперь, смотрите: однозначно за вас церковь, народ и войска. Это замечательно для поддержки уже действующего императора, но не для нового. Константинополь не поддержит, в самом лучшем случае – сохранит нейтралитет. Сенат себе на уме: одной рукой поможет, другой постарается загрести себе побольше. И ещё, простите за откровенность, вы из купцов, плебей непонятного происхождения, как и ваша жена.

– А это так важно?

– Очень важно! Да, бывали у нас на троне императоры из плебеев, например, всем известные Август или Веспасиан, но это редкие исключения. Они принесли для империи много пользы, и за это все терпели их происхождение. Но, скажу откровенно, родовитый дурак имеет гораздо больше шансов стать императором, чем умница из простолюдинов.

– И что мне теперь делать? – мрачно спросил я. – Насколько я знаю, принадлежность к знатному роду не купишь ни за какие деньги!

– Верно, не купишь. Но в знатное родство можно вступить посредством брака!

– Что? Браком? Вы предлагаете мне вступить в брак…

– Нет, не предлагаю. У вас есть супруга, и насколько я знаю, ваша ближайшая помощница, и я не собираюсь разрушать этот союз. Но у вас есть сын…

– Два сына, – поправил я, просто, чтобы сбить собеседницу с позиции всезнайки.

– Неважно, – отмахнулась Лициния, – у меня тоже две дочери, но речь сейчас только о младшей из них, и о вашем старшем сыне, Марке. Они близки по возрасту, и если мы объявим об их помолвке, то оба получаем то, что нам необходимо: я – безопасность своей семьи и статус родственницы действующего императора. Вы – родство с дочерью законного императора Феодосия II, и вдовы также законного Валентиниана III, принадлежащей к древнему и знатному роду. И на престол восходит не безродный плебей, а человек, приближённый к императорскому роду, поддержанный церковью, армией и народом. В таком случае, содействие Маркиана и даже Сената становится желательным, но вовсе не необходимым! Что скажете на это, будущий император Алексий?

ГЛАВА II. СОЮЗНИКИ И ПРОТИВНИКИ

Всё-таки, врождённый менталитет изменить почти невозможно. Пятнадцать лет я живу в Древнем Риме, стал его частью, вырос из странника без роду-племени до богатейшего купца, правителя одной из крупнейших провинций, имею шанс взобраться на трон Западной Римской Империи, а мыслить продолжаю категориями московского менеджера среднего звена!

Ведь этот ход с помолвкой детей, моего сына с дочерью экс-императрицы, мне, как претенденту на престол, должен был прийти в голову сразу же, и разыгрывать его тоже должен был я. И при этом, понятие династических браков было мне хорошо знакомо, и пример бывшего мужа Лицинии, Максима Петрония, женившегося на ней ради легитимности я помнил, а вот надо же…

Очень хотелось надеяться, что императрица не заметила моего секундного ступора, и решила, что таким образом я добился от неё предложения, на которое сам рассчитывал. И следующий момент, где я снова повёл себя как житель XXI века – первая мысль возникла не о выгодах этого союза, а о том, согласится ли сын с моим решением. По нынешним «понятиям» я должен был просто поставить его перед свершившимся фактом, а не заниматься рефлексиями на тему прав и свобод подрастающего поколения!

Ну что ж, теперь нужно всеми силами добиваться выполнения договора – вряд ли я получу лучшую поддержку, чем этот брак. Очень плохо, что такое решение придётся принимать без Марины, но тянуть нельзя, с Марком я поговорю завтра же, а там буду уповать на благоразумие супруги.

… В эту ночь ко мне вновь явились старые знакомые – Максим Викторович и Лена. Давненько они не навещали меня в сновидениях! [1]

– Радуйся, император Алексий, – на древний манер приветствовал меня Максим Викторович. Лена ограничилась обычным «Приветом»; оба они выглядели дружелюбно и как-то даже торжественно.

– Здравствуйте, давненько не видались, – немного иронично приветствовал я их.

– Не было необходимости. Ты научился сам справляться со многими проблемами, и в нашей помощи особой нужды не чувствовалось…

– Да, ты права, особой нужды не было! Я сам прекрасно справился с вашими милыми жрецами, чуть не отправившими меня на тот свет и не разрушившими всё, что я успел создать!

– Ну, сам знаешь, чуть-чуть не считается, – широко улыбнулась Лена, – зато ты получил хороший урок, и отрастил, наконец, клыки…

– …которые весьма пригодятся тебе в ближайшем будущем! – закончил за девушку Максим Викторович. – Тебя ждут большие неприятности и крупные проблемы!

– Это угроза?

– Нет, что ты! Просто дружеское предупреждение – эти неприятности и проблемы идут вовсе не от нас, просто мы знаем чуть больше тебя. И мой тебе совет – те клыки, что ты отрастил, очень тебе пригодятся, держи их заточенными, и применяй без жалости.

– Ну всё, нам пора. Тебя ждут большие испытания, император Алексий Деций Либератор, но ты справишься с ними! – подвела итог Лена.

Так и не дав мне вставить больше ни слова, и оставив чувство недосказанности и лёгкой тревоги, мои собеседники исчезли, а я проснулся, чтобы встретить те самые испытания, которые меня ждут… Как он сказал? “Держи клыки заточенными и применяй их без жалости…” Без жалости… – ладно, разберёмся.

Я встряхнул головой, отгоняя мрачные мысли и позвал сына к себе, не дав ему снова улизнуть к своим друзьям-легионерам.

– Марк, ты помнишь наш разговор о том, что нужно для того, чтобы меня признали императором?

– Помню, конечно.

– И то, что одним из главных препятствий к этому является наше плебейское происхождение?

– Разумеется.

– Так вот, ты должен помочь мне преодолеть это препятствие.

– Я? – несказанно удивился Марк. – Каким образом?

– Самым простым – обручившись с дочерью Лицинии, вдовы Валентиниана. Она из древнего, знатного рода, но сейчас ей нужна наша поддержка. А нам нужна принадлежность к высокому роду. Тогда никто не сможет воспрепятствовать мне стать императором!

– Папа, но я не хочу жениться! Как же так? Я не стал ещё полноценным воином, не участвовал ни в одном сражении…

– Тебе вовсе не нужно сейчас жениться, ты ещё мал для этого. Мы просто объявим о твоей помолвке с Плацидией, а ты сможешь и дальше обучаться военному делу!

– А, ну если так… Тогда я согласен! – вздохнул с облегчением Марк. – Сейчас я ничего не должен делать?

– Нет, ты пока свободен.

– Тогда я побегу? Центурион Меркурий Фавст обещал сегодня показать мне несколько новых приёмов боя.

– Ну, беги, ладно… Только пока никому не рассказывай о нашем разговоре!

Наверное, парень ещё не понял всей ответственности предстоящего шага – для него более важным является сейчас новый приём боя. Ну что же, хорошо хоть не стал артачиться и сопротивляться!

Прошло несколько дней, и одновременно случилось два события, совершенно противоположных по своему значению для меня. Прибыл гонец из Константинополя, и пришло судно с Сардинии, на котором приехала Марина. Новости из Восточной Империи не порадовали: как и сказала Лициния, поддержки от Маркиана ждать не следовало. Письмо было выдержано в сухом и высокомерном тоне, в нём доводили до сведения выскочки-самозванца, что его власти в Риме не признают, и ему, напротив, следует признать власть восточного правителя, законного и могущественного.

Помимо оскорбительного содержания, письмо было написано не от имени императора Маркиана, а от его секретаря или помощника, что можно было расценить как плевок. Ну что сказать, пока у меня не было ни средств, ни возможности, ни времени разобраться с этим оскорблением, но я запомнил его крепко. Придёт время, рассчитаюсь.