Пробуждение мёртвых богов 2 (СИ) - Сороковик Алексей - Страница 26

Вдоволь накупавшись, Марк оделся и пошёл в комнаты. Мать уже сидела за столом, ждала его. Служанки подали лёгкий завтрак: тушёные овощи, печёную рыбу, пшеничный хлеб и сыр.

– Ты как сегодня, уже на службе? – спросила Марина.

– Нет, сегодня я вольная птица, – улыбнулся Марк.

– И что, к друзьям-легионерам сбежишь?

– Нет, мам, я сегодня дома, с тобой, с братом. Кстати, он уже приехал?

– Ещё нет. Днём приедет, наверное. Я хочу после завтрака провести тебя по дворцу, показать, как мы живём. И кстати, тебе нужно посетить свою невесту, Плацидию. Ты не забыл, надеюсь, что помолвлен?

– Я это… Ну да, помню, конечно, – заёрзал Марк.

– Помнит он… Сынок, не забывай, ты – сын императора и у тебя есть обязанности, этикет. Лициния с дочерью ждут нас вечером на ужин.

– А отец будет с нами?

– Не знаю, вряд ли. Он, как обычно, с утра в делах: Сенат, приём посетителей, ещё куча всякого. Да и не любит он эти светские мероприятия.

– Я тоже, честно говоря, их не люблю, – буркнул Марк.

– Для тебя – это сейчас обязанность, а отец уже может себе позволить иногда приёмы негосударственной важности игнорировать. Вот когда станешь императором…

– … тогда смогу избегать их? – с надеждой спросил юноша.

– Наоборот, тогда у тебя этих приёмов и прочих мероприятий столько будет, особенно в начале! Гораздо более нудных и неприятных, – засмеялась Марина.

– У-у-у, не хочу! Я лучше буду главнокомандующим, легатом Августа пропретором! И предпочту этим приёмам какие-нибудь учения и смотры войск, – скривился Марк.

– А пока ты ещё не император и не пропретор, давай-ка, выполняй свои обязанности, – ласково улыбнулась мама.

– Куда ж я денусь, – вздохнул Марк.

После завтрака они прошлись по дворцу, Марина рассказывала сыну о том, какие комнаты для чего предназначены – где проходят приёмы, где живёт семья, слуги, хранятся припасы; ей хотелось, чтобы сын оценил масштаб и сложность тех изменений, которые совершились после его отъезда, насколько лучше и богаче стал их дворец. Марк, как ей казалось, слушал невнимательно, витая где-то в своих облаках.

– Сынок, ну ты же совсем меня не слышишь! – в конце концов, возмутилась она.

– Слышу, мам, всё слышу, всё вижу и запоминаю!

– Что ты там запоминаешь, я вижу, тебе это всё неинтересно!

– Не запоминаю? – прищурился юноша. – А вот идём в мою комнату, и ты увидишь, как я не запоминаю!

В комнате Марк достал лист бумаги, грифель, и в течение нескольких минут нарисовал подробный план дворца, с указанием комнат и подсобных помещений, причём даже соблюдая масштаб. Марина, раскрыв рот, слушала, как он пересказывал все её объяснения, не понимая, как мальчик это всё смог запомнить.

– Мам, я ведь не зря три года учился на стратега, командира. У нас там был один александриец, старик-учёный Кахотеп. Так вот, он учил нас, что хороший командир должен уметь за секунду понять и запомнить расположение любой местности, дома и так далее, и знать, как применить особенности этой местности в предстоящем бою. Вот, смотри: в этой комнате я бы расположил лучников, в соседней – завалил окна камнями: они слишком велики, да и обстрел оттуда вести неудобно, в виду у них глухое пространство. А на верхнем этаже я бы… – тут парень сконфуженно остановился, – прости, мам, я увлёкся слишком. Дай бог, нам не придётся использовать наш дворец, как укрепление для боя…

Встреча с братом не произвела на Марка должного впечатления. Валерий в свои шесть лет сильно отличался от него. Если старший брат в том возрасте был крепким, сильным ребёнком и уже начал осваивать азы воинского искусства, то младший оказался худеньким, слабым на вид, и совершенно не интересовался военным делом. Предпочитал перебирать в библиотеке всякие книги и свитки, мечтать о разных изобретениях и открытиях.

Они погуляли в саду, повозились с Арктосом – большой белой собакой, охраняющей этот самый сад, искупались в бассейне. Марк пытался рассказать брату о великих битвах прошлого, о его собственных военных приключениях при освобождении Рима от вандалов, о могучем легате Кастуле. Пацан слушал его, раскрыв рот, но это было просто восхищение сильным, могучим старшим братом, где совершенно не проглядывало желание стать таким же, как он.

Вечером вместе с матерью отправились к Лицинии, совершать визит вежливости. Здесь Марку было ещё скучнее. Его наречённая Плацидия, несмотря на то, что была чуть старше, выглядела рядом с ним девочкой-подростком, которую к тому же мучили прыщи, поэтому её и без того иронично-саркастический тон и вечные подколки собеседника ещё больше усилились.

Марк, более сильный, по-военному простой и бесхитростный терялся на фоне её язвительных замечаний, а она, чувствуя свою внешнюю непривлекательность, ещё больше заводилась и цепляла юношу, привыкшего к суровому мужскому обществу, и не умеющего толком ответить вздорной девчонке. Марк с нетерпением ждал окончания визита, и вскоре они с матерью отправились к себе.

– Ну, и как тебе твоя невеста? – осторожно спросила Марина.

– Да ну её, – скривился юноша, – кривляка, воображала, одни пустяки на уме.

– Ну что ты хочешь, она ведь девочка и не может говорить с тобой о боях, легионах и воинской дисциплине!

Марк хотел ответить, что девочки не обязательно бывают такими нудными и бестолковыми, что они могут с интересом слушать твои рассказы, учиться под твоим руководством держать в руках короткий меч-гладий, и смотреть на тебя не с ироническим прищуром, а с восхищением.

Как дочка одного александрийского сановника, пожелавшего вместе с семьёй переехать в Рим. Её семья вскоре приедет сюда, на следующем корабле, и Агриппина тоже будет с ними. Они так хорошо проводили время в Александрии, хоть и редко, но очень славно. С ними всегда был Рем, но Марк видел, что девушка выделяет именно его, а Рем для неё просто хороший друг. Несомненно, их дружба в Риме не только продолжится, но и окрепнет!

Марина не успела толком поговорить с сыном: Алексий был уже дома, он сообщил, что на завтра назначены испытания молодых легионеров, и Марку следует сразу после завтрака явиться на главную площадь, чтобы участвовать в них.

После этого говорить с сыном стало бесполезно. Он умчался к отцу, они недолго о чём-то беседовали, а потом Марк отправился готовить на завтра свои доспехи. Он весь уже был в завтрашнем дне, на площади, вместе со своими друзьями-легионерами.

ГЛАВА X. БУДУЩИЙ ПОЛКОВОДЕЦ

Испытания начались утром. Все двадцать восемь юных легионеров в полном боевом облачении выстроились на центральной площади. На помосте располагались главные экзаменаторы: сам император Алексий, пропретор Майориан, легат Первого Сардинского Легиона Максим Юлий, командиры Второго Сарматского и Третьего Италийского легионов, несколько значимых центурионов, в том числе сильно волновавшийся за своих подопечных Меркурий Фавст.

Внизу, отдельной группкой стояли менее важные центурионы, опционы, опытные легионеры, а позади них волновалась толпа горожан: родственники новобранцев, друзья и просто любопытные. Главнокомандующий Флавий Майориан хотел провести испытания где-нибудь в казармах, без лишней публики, но император настоял именно на таком формате. Мотивировал это тем, что население должно видеть, как подготовлены новые легионеры, насколько крепок их боевой дух, и убедиться, что налоги, которые они платят в казну идут на нужное дело. Кроме того, как впоследствии выяснил Марк, именно он придумал несколько «сюрпризов» для новобранцев, с которыми они столкнулись.

Протрубил корницен[5], призывая к тишине, и к перилам помоста вышел император Алексий Деций Либератор. Новобранцы одновременно и чётко стукнули мечами о щиты, военные вскинули руки в салюте, народ разразился приветственными криками. Алексий поднял руку, призывая к тишине. Люди поволновались ещё немного и затихли.