Рождённые магией (СИ) - Шурыгин Алексей - Страница 36

   - Долго ещё? Я тут и помереть могу. - Пожаловался Степан. Как бы я не силился, ничего не происходило. Либо Степан - это действительно человек, либо я всё делаю не так. Ладно, оставить его и правда так нельзя. Интересно, как же работает некромантия? Я убрал телефон и двинулся к Степану. И всё-таки, что-то было не так. Вдруг я заметил, как вокруг Степана витает небольшой тёмный дымок. Я окинул взглядом поле, и заметил, что точно такой же туман стелется над многострадальной землёй. Что это? Я замер, вглядываясь в спасённого. Если рассудить логически, то в этом месте много людей уже погибло и не только, а потому, это возможно остаточная энергия, та самая магия смерти. Если так, то вокруг меня тоже витает эта странная штука. Я просто сконцентрировался на некромантии, и начал видеть эту энергию, а значит, Степан живой человек.

   - Ты чего замер?

   - Послышалось. - Сказал я и вдруг понял, что не слышу биения магии в нём. Тишина. Но почему? Я редко прислушиваюсь к магии, потому как видно куда больше, чем слышно, но сейчас...

   Степан огляделся, с опаской.

   - Может поторопимся? Что- то мне не нравится это затишье. Словно враг идёт за нами следом.

   - Ты прав. Враг рядом. Буквально предо мной. - В этот момент я запустил две огненные стрелы, но, как и ожидалось, Степан выставил щит, не шевельнув и пальцем.

   - Ты чего! Сдурел?

   - Не было смысла разговаривать. Я просто бил огнём и ветром, стихии, которые дополняли друг друга, превращаясь в свирепый вихрь, посреди сражения.

   Все мои атаки не имели никакого эффекта. Тот, кто назвался степаном, просто стоял посреди свирепствующей стихии. Он спокойно, словно его и не касалось происходящее, сказал:

   - Как? Даже некромант среднего уровня бы не смог рассмотреть во мне нежить. А ты точно не некромант. Может какие- то задатки в тебе и есть, но не более. Так ответь мне! - Пугающе спокойный голос, перебивающий завывания огненной бури, поднятой мной.

   Я улыбнулся.

   - Думаю, нет смысла говорить тому, кого я сейчас окончательно упокою!

   В ответ на мои дерзкие слова Шаал рассмеялся!

   - Скажи мальчик, ты встречался с высшим Шаалом? Хотя бы раз? - Он издевательски осклабился и схватил себя за кудрявые волосы. - Сейчас у тебя появился уникальный шанс!

   Он дёрнул с силой, и волосы вместе с кожей, словно костюм из спандекса были сорваны, оголив угольно чёрное тело. Не понятно откуда вылезли рога и костяной хвост, а рост чудовища увеличился в два раза. Это был трёхметровый скелет, с ятаганом в одной руке. Его хвост ударил оземь и мой шторм в тот же момент прекратился.

   - Вы мелкие пешки думаете, что Шаалы сильны копированием и только. - Провалы огромного, непропорционально большого черепа полыхнули огнем, а слова, вырвавшиеся из него, походили на скрежет двух железяк.

   'Нужно бежать. Сея меня ждёт'. - Я попятился назад. Было очевидным, что передо мной не тот противник, с которым мне можно было справится своими. Что бы там не говорили про психологический настрой и как он важен, эта тварь меня одним пинком вынесет. Моя задача сейчас - выжить. И в это момент я почувствовал ветер вокруг себя и внутри бурю, которую подчинил. Развернувшись на месте, прыгнул, как лягушка и полетел, подобно супергерою.

   - Букашка. - Словно гром среди ясного неба, что-то ударило меня по голове, правую руку на секунду обожгло холодным огнём.

   Концентрация сбилась, и я упал на землю, благо не успел разогнаться и потому не свернул себе шею создавая в земле очередную борозду собственным телом. Кажется отвоевался. В пересохшем рту стало влажно с привкусом металла. Чем это меня так приложило? А потом пришла боль. Если подумать, в детстве у меня был кариес, и я часто с бабушкой ходил к зубным врачам, точнее к одному единственному, который нёс свою службу в поликлинике, рядом с нашим домом. И каждое посещение, вытягивало из меня всю храбрость, при одном только виде кресла, на котором меня вновь будут мучать. В последствии, этот страх преследовал меня и во взрослой жизни. Так вот, в тот самый момент, мне казалось, что сильнее боли разрываемого изнутри зуба от сверла, нет ничего на свете. Боже, как я был не прав! Даже не так, почему я был не прав? Правая рука горел у плеча, так что я взвыл, уткнувшись в сырую землю лицом. Голова резко закружилась от такого сильного проявления чувств, и я повернул голову к горящему от невыносимой боли месту. В момент, когда мои глаза увидели обугленную чёрным культю, маленький кусочек, что остался от моей правой руки, я онемел. Боль ушла, словно никогда её не было, как и всего остального мира.

   'Где я ошибся? Почему моя жизнь должна вот так закончится? Что за несправедливость! Боже. Как же я хочу домой'. - Проговорил мысленно я, и в этот момент тень закрыла солнце.

   Когда я открыл глаза, не сразу сообразил, где нахожусь. Несколько долгих секунд, словно контуженный, пытался понять, что со мной произошло? Та тень, была магической атакой того монстра. Неужели я умер? Повертев головой и ударившись единственной рукой, до меня дошло. Я был на балконе у родителей! Моё желание сбылось! Я восторженно подскочил, даже забыв о собственной инвалидности и затанцевал от счастья. А потом боль вновь накрыла меня с головой и мой мозг отключился.

   Сэр Хьюго

   И почему я подумал, что от Егора будет толк? Понадеялся, что он будет не один такой эльф и им вырастят лес. А теперь парень, вместе с Сеей, просто отсиживается в палатке. Побоище шло очень плохо. Если вдаваться в детали, в которых обитает дьявол, люди постоянно проигрывали упырям из некромирка, жители которого заразились давным- давно вирусом, который обратил их всех в нежить. Со временем, среди тупых зомби появились разумные, которых позже назовут Шаалы. Точно не известно, как и что там было, туда лишь Силковцы и могли захаживать. А эти ребята не любят ничем делится.

   - Я уже слишком стар для этого дерьма. - Вслух сказал Сэр Хьюго и подумал о том, что подобные выражения делают из него отсталого от времени человека. А он и был таким. Барнаул - стал идеальным местом для службы, не совсем глушь, но и без особых активностей среди 'трудностей'. Жизнь была плавной, словно река на равнине. А теперь, ему вновь приходилось заниматься подобным.