Пленен и опасен (СИ) - Нэльте Нидейла - Страница 31

Всё-таки хорошую королеву выбрал Ниссвил. Но вряд ли сможет оценить её по достоинству.

Зубастые твари продолжали раздирать тело изнутри, и Эрдан прикрыл глаза. Откинулся на спинку, немного повернувшись.

Она не понимает. Не понимает, что Ниссвил и Мерс не отпустят его, даже если Атавию наводнят полчища драконов и захотят слиться с отрядами готовых фаирпатов.

Не понимает, что принц и регент даже слушать её не станут. Просто избавятся от лишней свидетельницы, забравшейся в их тайны слишком глубоко.

Эльвин всё ещё ждала. И ему вдруг захотелось рассказать. Хотя бы то, что позволят древние блокирующие руны, то, что знает, о чём сумел догадаться.

Ведь, если подумать, она спасла его. Дважды. Улетела с ним, вытащила его из задницы. Ухаживала за раненным.

Не сказала ничего о нём Арабергу.

Он открыл глаза, снова с удовольствием её разглядывая. Красивая. Сильная. Горячая. Нежная. Столько всего — в одной женщине.

Облизал пересохшие губы, и она тут же спохватилась, глянула мягко. Взяла чашку:

— Налить ещё воды?

— Подожди, — он взял её руку, желая почувствовать. Удержать.

В этот миг совсем рядом скрипнула дверь. Раздались пружинящие, чуть шаркающие шаги.

Эльвин глянула на него с тревогой, будто говоря: «Ну вот. Не успели».

После забрала руку, обернулась к выходу. Вся подобравшись, насторожившись.

Эрдан перевёл за ней взгляд и замер.

— Мастер Ферт? — пробормотал, обнаружив на пороге старика.

Она всё-таки обманула! Привела в ловушку!

36

Эльвин

Он его узнал!

Эрдан вскочил, и я машинально шагнула навстречу старику, не представляя, чего ожидать.

А ведь показалось, Эрдан готов мне довериться. Хоть что-то рассказать!

Куда я его привезла?

Старик застыл на миг, цепко окинул взглядом наши лица. И как ни в чём не бывало направился к пациенту:

— Лежи! Тебе нельзя вставать! Я привёз ягод а…

— Не подходи ко мне! — так свирепо выдавил сквозь зубы пленник, что старик остановился.

— Эрдан, мальчик, послушай…

— Я не мальчик! — рыкнул яростно этот… ну, действительно, совсем не мальчик, давно уже. — Ты притворялся моим наставником! — Эрдан непочтительно ткнул пальцем в старика. — Моим другом! А сам оставил эти грёбанные печати!

Руки мастера фаирпата задрожали, в сухих выцветших глазах блеснули слёзы.

Если он живёт здесь… наверное, вряд ли имеет связь с Ниссвилом. Иначе принц не просил бы меня. Позвал бы того, чьи печати и руны лежат в основе.

— Давайте поговорим спокойно, — произнесла я, приблизившись к Эрдану. — Ложись. Шрес, у тебя снова вся повязка в крови!

— Да похрен, — рыкнул тот.

Поднял руку, будто собирался содрать бинты — но я ухватила её. Буквально заставила его опуститься на кровать, сама сев рядом.

— Сговорились, да? — сверкнул янтарными глазами Эрдан.

— Послушай! Ал-Ис привезла нас сюда. Ст… мастер Ферт помог тебя вылечить. Накормил. Давай просто поговорим.

Эрдан с вызовом поднял голову. Мол, ну, и что вы мне можете рассказать?

— Я виноват, — понурил плечи старик. — Я… не хотел. Не хотел. Но они забрали мою дочь. Мою красавицу Раттану. Сможешь ли ты меня простить? Я старался дать тебе всё, что только мог. Кроме одного…

Эрдан выдохнул, будто силы резко покинули его, будто гнев, что копился столько времени, разом вытек, развеялся о давнее стариково горе.

— А потом узнал, что её больше нет, — пробормотал тот тихо. — Мне с трудом удалось бежать. Я хотел взять тебя с собой! Но не успел. Я возвращался… пытался вернуться за тобой. Но тебя уже увезли из крепости. Я нашёл драконов… но они изгнали меня.

Драконов?! Сердце грохнуло, я вскинулась, желая спросить — и одновременно боясь перебить. Я не знала ничего о прошлом этих двоих, и сейчас передо мной проступали крохотные кусочки мозаики, из которых я поняла только, что Ферта вынудили пленить Эрдана и какое-то время мастер воспитывал его.

Но самого Эрдана сейчас волновало совершенно иное.

— Так сними их! — крикнул он, и янтарные глаза запылали. — Сними свои шрессовы печати, из-за которых я… — он резко замолчал, будто захлебнулся словами, даже отшатнулся.

Все руны сжались, болевая вспыхнула, нижние печати пошли волнами. Словно он едва не выкрикнул то самое, скрытое, запечатанное.

— Я не могу, — тихо прошептал старик.

— Почему? — просипел Эрдан с ненавистью, откинувшись назад, заливая подушки кровью.

— На них сверху стоят чужие печати.

Меня бросило в жар. И ещё сильнее — когда оба мужчины пронзили своими взглядами.

Эрдан смотрел пристально… по крайней мере, пытался. Пока глаза не закрылись и зубы не сжались. Болевую руну прямо штормило.

Старик, если и сомневался, то теперь удостоверился. Но неожиданно пришёл мне на помощь, не стал ни на чём настаивать:

— И ты сейчас не в том состоянии, чтобы снимать печати, сынок. Давай-ка мы тебя сначала вылечим.

Эрдан что-то буркнул, в чём можно было с натугой разобрать «я тебе не сынок». Только глаз больше не открывал.

— Перевернём его на живот, — предложил Ферт.

Я кивнула, но Эрдан сам оттолкнулся руками от кровати и перевернулся. Не желая, чтобы мы его таскали.

Мастер Ферт что-то сделал — я заметила тонкую ментальную струйку, едва-едва сдобренную огнём. Которая, минуя мои щиты, скользнула прямиком в те самые давние печати. Будто старик даже сквозь мою защиту мог видеть, чувствовать их.

Эрдан вдруг обмяк, я напряжённо развернулась.

— Я просто помог ему заснуть, — проговорил мастер Ферт.

Я кивнула, тем не менее не сводя с него настороженного взгляда.

— Сначала нужно его вылечить. Потом всё остальное. И не смотри так на меня. Это ведь твои печати сверху?

Несколько мгновений я молчала, не представляя, что сказать. Но и глаз не отводя.

Да, мои. Да, я хочу их снять, но не готова на это прямо сейчас. Потому что боюсь сделать хуже. И да, понимаю, что доверия ко мне ни у Эрдана, ни у Ферта тоже нет.

— Чем вам помочь? — отозвалась, так и не найдя, что ответить.

— Пойду сделаю отвар и мазь, — старик на ответах не настаивал.

Взгляд его опустился вниз и вдруг остановился на моих ступнях:

— А с твоими ногами что?

До сих пор я ходила босиком: ковры и шкуры не давали замёрзнуть. И раны, натёртые туфлями, немного подсохли. Я только пожала плечами, но старик скомандовал:

— А ну идём, ещё раз всё хорошо промоем и обработаем. Не дело это, девушке такие ножки портить.

Приведя меня на кухню, он набрал в ведро воды, которую я снова немного подогрела. Помог отмыть потемневшие ступни и высушить чистой тканью. А после смазал той мазью, какой обрабатывал рану Эрдана.

По ногам заструился приятный холодок, и я ощутила себя на вершине блаженства!

Старик достал ещё чистых бинтов — да у него тут прямо склад! Сразу видно воина.

— Почему… он так долго… у него же была такая быстрая регенерация? — пробормотала я.

Казалось, с такой чудесной мазью и вовсе всё должно пройти моментально.

— Вода, — отозвался мастер Ферт, и я вдруг осознала, что он до сих пор даже не знает, как меня зовут. И тоже не спрашивает, не настаивает. — Чудо, что маг не убил его, забрав всю воду. Чем быстрее его организм восстановит уровень воды, тем быстрее пойдёт регенерация. А тут ещё и потеря крови. Без лекаря-водника получится дольше. Ягоды ассши должны помочь.

Старик махнул рукой в сторону стола, где лежали несколько пучков тёмно-зелёных овальных ягод на ветках.

Пару мгновений я смотрела на них, желая расспросить — о драконах, о прошлом… Но так и не решилась. И поэтому спросила другое:

— Мастер Ферт! Вы летали на Ал-Ис?

— Ал-Ис? — нахмурился тот. После лицо расправилось, озарилось улыбкой: — А, Вишенка любезно согласилась меня отвезти. Чтобы скорее.

— Где она?

— Отдыхает, полагаю.

Вишенка! Какая прелесть.

— Ну вот! — обрадовался старик, завязывая последний узелок. После опять нахмурился: — Погоди-ка!