Крыло. Последний Патрон (СИ) - Оришин Вадим Александрович "Postulans" - Страница 36

— И мы ничем не можем помочь? — спросила Афина.

У девочки снова включилось сострадание, иррациональное желание что-то сделать не столько реально полезное, сколько для успокоения себя. Ульяна, уже было отмахнувшаяся от наивной девицы, но задумалась.

— Вообще-то… — целительница глянула на одержимого, — можете. Не скажу, что прямо точно его этим спасёте, но точно поможете.

Чарльз тоже заинтересовался.

— Что мы можем сделать?

— Переливание крови, — ответила Ульяна. — Он много ёё потерял, наверняка сейчас вода вместо крови по венам течёт. Или ещё что похуже. Будете делать?

Наследники переглянулись. Они были достаточно близки, чтобы понимать друг друга с одного взгляда.

— Да, сделаем, — твёрдо кивнул Чарльз.

Целительница тихо заворчала, что с этим ещё возиться, но отложила собранное и приступила к делу. Много сноровки в этом не требовалось, в сравнении с тем, что ей приходилось делать с остальными.

— Парень первый, — распорядилась она.

Чарльз покосился на Афину. Наследник знал, что будет дальше. Он отдаст свою кровь, а она испугается. Как и всегда, остановится на середине, бросит, откажется. Но спорить не стал, сев на табурет, пылившийся под столом и получивший свой звёздный час.

— А ему не навредит… — вспомнив что-то из своих уроков, засомневалась Афина. — Кровь одарённого несёт отпечаток силы…

Ульяна беззлобно рассмеялась.

— Он — одержимый. В нём постоянно демоническая магия плещется. Вашу каплю силы он просто не заметит, не волнуйся.

Больше возражений не последовало. Игла проколола кожу. Кровь весело побежала по прозрачной трубке. Ульяна начала отсчёт. Чарльз сидел спокойно, будто происходящее его совершенно не трогало. Впрочем, так оно и было. Зато Афина бледнела с каждой секундой, вдруг осознав, что она следующая.

— Достаточно, — Ульяна умелыми движениями убрала иглу и остановила кровь. — Следующая.

Афина с трудом сглотнула вставший в горле ком. И заставила себя сесть на освободившееся место. Чарльз не без удивления наблюдал за тем, как впервые на его памяти Афина переступала через себя. Бледная, дрожащая, она подала лекарке руку, тут же отвернувшись в сторону. Ульяна будто не замечала состояния одарённой, быстро выполняя свою работу. Несколько секунд, и по трубке вновь потекла кровь.

Минута прошла в тяжёлом молчании.

— Достаточно, — женщина вновь остановила кровь. — Всё, свободны. Теперь дайте ему время. Мы сделали всё, что могли.

И, не дожидаясь ухода наследников, подхватила лекарства и вновь удалилась в лазарет. Афина, сжавшись, едва не заплакала, уткнувшись носом в грудь Чарльза.

— Ты молодец. Ты настоящая молодец, — начал гладить он девушку по волосам.

— Угу… — отозвалась Афина. — Я вдруг поняла… Мы можем умереть. Здесь, прямо здесь. В ближайшие дни. Это Ульяна… Она так пренебрежительно всё делала. Будто неважно это всё. Не надо кровь очищать, ничего не надо. Какая разница, если мы все погибнем?

— Не говорит так! — начал убеждать ей Чарльз. — Всё будет хорошо. В Эстере уже знают о нас. Они пришлют помощь! Всё будет…

— Неважно… — Афина отстранилась, заглянув ему в глаза. — Давай вернёмся в комнату. Я хочу быть с тобой. Я… Я хочу быть твоей. Пока ещё могу.

У Чарльза внутри всё перевернулось. Он не врал себе, желания, влечение, что он испытывал, точили волю одарённого не первый день. Но окончательно перешагнуть грань, вкусить запретный плод, он не решался. Но сейчас, здесь, так близко к тонкой грани, за которой начиналась смерть.

Он смог лишь кивнуть.

В этот момент Брайан с башни смотрел на медленно догорающее пламя. Лоялисты отступили, вернулись в лагерь. Сегодня они понесли серьёзные потери как среди солдат, так и среди одарённых. Потеряли своих одержимых, что, вероятно, было самым болезненным ударом. Пока горело пламя, они пытались перестроить солдат, быстро сформировав новые полнокровные отряды. Однако что-то у них там не срослось. Люди наверняка устали, требовалось пополнить запасы пороха и патронов. А отводить побитые отряды, бросая в атаку свежие, они отчего-то не захотели. Можно было только догадываться — почему, но результат утреннего боя именно такой. Много потерь с обеих сторон и пат. Ничья.

Офицер оглянулся на двор форта. Тела ещё уносят, куча обломков повсюду и кровь, смешавшаяся с грязью. Хуже только в лазарете, там просто повсюду кровь. Харон вместе с несколькими солдатами ходил среди обломков, указывал на трупы, невидимые под мусором. Брайан отдал бинокль командиру орудия и присел на камень, прижавшись спиной к ящику со снарядами.

— Будите, если что-то изменится. Дайте пару часов поспать…

Ближе к вечеру лекарка вернулась в свои покои. Она закончила работу, но не могла себя за это похвалить. Просто большинство умерло, даже не успев получить помощи. Дни слились для неё в кровавый калейдоскоп. Она потеряла счёт дням, счёт времени. И устала. Последние раненые уже не получали магического лечения, у неё не хватало на это сил. В общем-то, это не имело значения, их тяжёлые раны уже превратились в смертельные, и она могла лишь облегчить последние часы их жизней.

Прошла до своего стола и, ни на что не обращая внимания, достала из тайника бутылку. Открыв, сделала прямо из горлышка несколько глотков.

— Дай мне тоже, — раздался сзади хриплый голос.

Женщина обернулась.

Одержимый медленно и не слишком уверенно приводил себя в вертикальное положение. Выглядел он точно так же, как и в тот момент, когда его принесли, но хотя бы был в сознании. В голове вспыхнуло несколько оборотов, характеризующих и его, и его поведение. Но как вспыхнули, так и погасли. Инстинктивный посыл проверить его состояние тоже исчез так же, как и появился. Сил на это у неё не было. Она протянула парню бутылку.

Като сделал три хороших глотка, только после этого принюхавшись к содержимому. Хмыкнул и сделал ещё глоток, лишь после этого вернув алкоголь хозяйке.

— Жив? Ходить можешь? Вот и топай отсюда! — обозначила женщина желание быстрее остаться в одиночестве.

Минакуро сел на столе, свесив ноги, потёр колено, то самое, на котором ранее болтались лоскуты кожи.

— Жив. Ходить пока не могу. Даже на костылях.

Он закинул ноги обратно и лёг. Ульяна обернулась:

— А что не так?

Като лежал с закрытыми глазами, положив под голову руки.

— Я не врач, диагноз не поставлю. Но срослось что-то не так. Вроде…

Целительница со скепсисом посмотрела на его колено.

— И что собираешься делать?

Он задумчиво промычал, подбирая слова. Открыл глаза.

— Я не знаю, как объяснить словами. Заклинание. Буду гонять, пока всё не встанет на место так, как должно быть, а не так, как случайно срослось в момент одержимости.

Ульяна помолчала немного, раздумывая над вопросом. Терять ей, по большому счёту, было нечего. Бояться здесь и сейчас некого. Скорее она просто не хотела знать некоторых вещей.

— Тебя обучал Белый Змей?

— О, знакомые, что ли? Как тесен мир, — непонятно чему обрадовался Като. — Не совсем обучал, скорее согласился продать некоторые свои тайны.

Ульяна удивилась:

— Это что ты ему такое предложил, что он так расщедрился?

Одержимый поморщился:

— Ты не хочешь знать.

Целительница подумала и кивнула:

— Ты прав, не хочу.

Замолчали.

— Ты остановил атаку, если интересно, — сообщила женщина.

— Ага, я так и понял.

Снова замолчали. Ульяна хотела уже снять бинты, но присутствие здесь постороннего ей мешало. А если он в самый неподходящий момент чего-нибудь захочет? Ей теперь всю ночь так спать? А бинты требовалось сменить, они изрядно запачкались, в том числе кровью.

— Если думаешь о бинтах, то расслабься, — угадал её мысли одержимый. — Я никуда не пойду в ближайшие несколько часов. Поставь мне ведро с водой и кружку и можешь спокойно запираться.

— Тебя забыла спросить, индюк надутый! — огрызнулась женщина.

Но водой обеспечила, после чего действительно заперлась у себя. Некоторое время она ещё стояла в своей маленькой каморке, прислушиваясь к происходящему за дверью. Като один раз набрал в чашу воды и выпил, на этом всё движение прекратилось. Только после этого целительница занялась своими бинтами.