Крыло Книга 4 (СИ) - Оришин Вадим Александрович "Postulans" - Страница 43

И не умер.

Нечто тёмное, едва видимое, почти неуловимое, поднявшееся над телами жертв, устремилось к убийце. Кажется, он стал ещё бледнее, а тело ещё сжалось, подтянулось, налилось силой.

— Чтобы освободить место для энергии чужих жизней, надо всего лишь отдать свою, — с иронией продолжил синий.

Морок пропал, мы вновь вернулись в мою камеру.

— Ты так хочешь найти силу, чтобы бросить мне вызов? Сократить хоть немного ту пропасть, которая нас разделяет? — всё с той же иронией продолжил синий. — Вот он, твой шанс.

Ещё движение рукой, и возникает новая иллюзия. День сегодняшний. Серсея была права, Боярская, Минакуро, они здесь. И ещё двое. Лок и Харон. Мне неизвестные, но причина их присутствия очевидна. Я вытянул выигрышный билет в лотерею неудачников, два рода основателей захотели достать мою шкурку, отделённую от тела. Но я могу собой гордиться. Моим врагам приходится объединяться и плести против меня интриги, чтобы хоть как-то достать. Отличное достижение для моего возраста. Четверо взрослых, дяденьки и тётеньки собрались вместе, чтобы придумать, как свернуть шею такому нехорошему мне.

— Убей их, — закончил синий. — Забери их силу вместе с жизнью. Они станут отличной жертвой. Не самой ценной, какую можно найти в этом городе, но весомой.

Его голос начал звучать так, будто он зло улыбался. Будто его распирало от злой иронии.

— Давай, мой верный слуга! Я дам тебе то, чего ты так жаждешь. Дам тебе источник безграничной силы, могущества, власти! — наклонился вперёд, громко прошептав. — А в обмен заберу у тебя всё! Всё, что ты ценишь в жизни. Всё и всех! Ты справишься! Я знаю, что выкарабкаешься. По трупам, подставляя других, но выкарабкаешься. Выкарабкаешься, но от клейма убийцы не избавишься никогда. Ты мог бы просто выполнить то, что я от тебя хотел. Но тебе нужно больше. Получай!

Я стоял в напряжении, глядя на сошедшего с ума чужака.

— Меня убьют ещё до того, как я дойду до них, — возразил.

И услышал в ответ смех.

— Может быть. А может, и нет. Момент идеален! Сильные бойцы отправились в армию. Да и среди Боярских не так много тех, кто действительно хочет тебе мстить. Этот идиот-доктор там один, и он никакой боец, как и дурочка-мамаша. Лок и Харон, посильнее, конечно. Скажу по секрету, это именно я подсказал Локу, в какую сторону надо разматывать ниточку, чтобы найти убийц его родственников. О мотивации Харона можешь догадаться сам. Они не ждут нападения. В их маленьких головках даже не возникает мысли о том, что ты решишься на превентивный удар. В этом вся прелесть! Никакой охраны! Тебя никто не ждёт! Приходи и бери.

Иллюзия исчезла.

— Действуй! Прямо! Сейчас!

— А если… — собирался я возразить.

— Заткнись и слушай! У тебя нет выбора, — заткнул меня синий, показав новую иллюзию, с Соней. — Подчиняйся. Или она умрёт. Или…

Возникла ещё одна картинка. С Олимпией.

— Они обе, — заключил синий. — Я не оставляю тебе выбора. У тебя его не было с того момента, как ты ступил в Нижний Город вслед за толстым неудачником. Поэтому… Поехали…

Всё ещё серый мир ожил. А я, наоборот, потерял возможность двигаться. Без звука открылась дверь. Мир напоминал сон, всё отдавало ощущением нереальности. В камеру входит сотрудница юстициариума. Девушка. Нет форменного пиджака с гербом, только блузка. Она несёт в руках поднос с ужином, которого я не просил.

Время замирает.

— А это чтобы тебя лучше мотивировать, — приговором прозвучали слова синего.

В его руке появился коготь.

— Для многих смерть — это конец, — сообщает он.

Кажется, девушка ничего не понимает. Не осознаёт. Для неё время не движется. Она смотрит мимо меня, видя то, чего нет. И не видя того, что реально. Сжимающая коготь рука небрежно двигается по спине девушки, обходит плечо, грудь. Лезвие, приближаясь к коже, натягивает ткань, очерчивая грудь.

Секунда, и нож погружается в податливую плоть без всякого сопротивления, безошибочно находя сердце.

— Но для некоторых смерть…

Синий высвобождает нож, однако девушка остаётся стоять. Даже крови почти нет, лишь несколько капель остаётся на острие. Синий подошёл ко мне и, заглянув мне в глаза, медленно всадил клинок в мою грудь.

— Это только начало…

Когда мир ожил, на пол камеры упали двое. Упали молча. Двое вздрагивали в агонии. Два пятна крови растекались по камню. Два тела затихли.

После чего один встал.

Пошатнувшись, но не от слабости, наоборот, собственное тело стало непривычно лёгким. И сильным. Несколько секунд юноша смотрел на случайную жертву, в смерти которой обвинят его. Обвинений он не боялся, но мысленно извинился перед неизвестной. Затем наклонился, чтобы быстро обыскать, в надежде найти, например, ключи, хоть и не зная от каких замков.

Однако обыск выявил несколько предметов, озадачивших Като. Кинжал скрытого ношения на бедре под юбкой, ещё один под блузкой за спиной, третий в рукаве. Странная экипировка для юстициария. Находки немного озадачили Като, но не остановили и даже не замедлили.

Нашлись и ключи, связка, естественно, без всяких обозначений. Их юноша взял с собой. Кинжалы брать не стал, его ладонь жёг древний артефакт.

Выпрямился и шагнул к двери, но замер, заглянув в зеркало. Побледневшее лицо, тёмные, почти чёрные круги вокруг глаз.

— Красавец, — оценил он голосом, в котором не было и намёка на иронию.

И покинул камеру.

Девушка где-то должна была оставить свой пиджак, юстициарии ходят в форме. Она сняла его, чтобы удобнее пользоваться оружием. Возможно. А может, и нет. Но Като, ведомый наитием, попробовал найти тот укромный уголок. Прошёл по пустующему коридору и свернул в небольшой закуток с парой дверей. Заглянул в обе и нашёл искомое. Куртка юстициария, не пиджак, герб семьи Асакура.

— Почему я не удивлён…

Накинул на себя. Форма имела единый крой, женского варианта не существовало, а Като ещё не успел набрать габаритов взрослого мужчины. Поэтому одежда оказалась ему почти впору. Совсем немного не в размер, но если носить нараспашку, то и незаметно.

Снял, вывернул наизнанку и свернул. Осмотрелся, во второй комнате нашёл пару тряпок. Сложил вместе с курткой так, чтобы фасон был неразборчив, закинул на плечо и открыто пошёл к выходу. Плана у него не было, Като полагался на импровизацию и наглость.

Дежуривший на этаже пост поднял на Като взгляд. Да, это не тюрьма, а скорее гостиница с особым режимом проживания, но минимальный порядок-то здесь был.

— Немного затошнило от ужина, хочу прогуляться, — признался Като, подходя ближе.

— Немного? Да ты весь бледный, — один из дежуривших был шапочным знакомым, из Дэрнов, узнал. — Может, лучше к целителям?

— Если свежий воздух не поможет, то к целителям, — легко согласился Като. — Кто со мной?

Дэрн кивнул на парня, безродного, незнакомого Като.

— Его очередь.

Вдвоём они вышли на улицу и двинулись в парк. Като первые минуты отслеживал всех, кто гуляет вокруг. Затем завязал пустой разговор, заговаривая зубы сопровождающему, свернув в наименее людную часть парка. Впрочем, под вечер прохожих и так было мало.

Остановился, схватившись за живот, будто от боли.

— Чёрт. Кажется, ужин был не слишком свежим…

Юстициарий огляделся к основному корпусу, оценивая расстояние.

— Давай вернёмся в корпус, там помогут.

Но Като мотнул головой:

— Не донесу. Я сейчас, в кустики…

И поспешил в кусты поплотнее. Юстициарий немного растерялся, наблюдая за этим. Като не был заключённым, просто временно задержанным, но всё же сейчас за него отвечала дежурная смена. И когда из кустов донёсся звук, сопровождающий обратное движение еды через рот, юстициарий решился.

— Никуда не уходи! Я сбегаю за лекарем!

И убежал. Через несколько секунд Като, удивлённый и озадаченный, выглянул из кустов, наблюдая за удаляющимся юстициарием.

— Это было слишком просто, — констатировал он, выкидывая захваченную куртку на землю. — Даже маскировка не потребовалась.