Крыло Книга 3 (СИ) - Оришин Вадим Александрович "Postulans" - Страница 19

Но с этими-то мне что делать? Не убивать же!

В магии воздуха я освоил самые базовые заклинания, учебные, можно считать. И сейчас, глядя на надвигающихся на меня людей с вилами и дубинами, с лицами, по которым можно было сказать, что мыслями эти люди совсем не здесь, я создал порыв ветра настолько мощный, сколько энергии заклинание вообще смогло вместить. Ветер ударил по людям, сбил идущих впереди с ног и замедлил остальных. Чувствую себя недоучкой, владеющим парой способностей и пытающимся выкрутиться только за счёт них, а ещё за счёт превозмогания. А, ну да, так оно и есть.

Некоторое напряжение воли и перестройка «заклинания», чтобы порыв ветра шёл не от меня и вперёд, а отбрасывал людей немного в сторону, и повторная попытка. Крестьяне, едва поднявшиеся на ноги, вновь послушно повалились на землю. Отлично!

Продолжая расталкивать одурманенный народ воздушной дубинкой, двинулся к воротам. Краем глаза заметил, как Герат послал Келлера куда-то. Надеюсь — опустить мост. В очередной раз отбрасывая людей, заглянул им в лица. От отсутствующего выражения и молчания становилось не по себе. Марионетки, будто не живые люди вовсе, а куклы. Впрочем, практически неопасные, потому что медленные и неуклюжие.

Последних людей у моста приходилось сбивать прямо в ров. Кто-то точно покалечится, но я старался делать всё аккуратно. Стоило мне очистить площадку, как мост поехал вниз, а ворота приоткрылись усилиями дочерей Герата.

— Быстрее! — крикнул он сам с донжона. — Механизм сломан, нужно разрушить мост!

Ох, не было счастья. Но я послушно перегнал лошадку на другую сторону и, ступив на твёрдую почву, развернулся и сосредоточился. Мостик был прочным, старым, дерево порядком задубело. Но это не значит, что его нельзя было поджечь.

Вспыхнуло пламя. Магический огонь начал уверенно проедать старую древесину. Но крестьяне, послушные чужой воле, пошли по мосту. Горели заживо, кричали от боли, но шли вперёд.

— Проклятье! — тихо прошипел я.

Отбрасывающее заклинание. Ещё одно. И ещё. Но с такой дистанции я лишь затормаживал их, да и часть внимания уходило на огонь. Герат тоже что-то там делал наверху, то и дело прилетали водяные плевки, ненадолго сбивающие людей с ног. Но всё равно, пока дерево не затрещало под собственным весом и не рухнуло в ров, успело сгореть не меньше двух десятков человек. Хорошего вам перерождения.

Я проехал через ворота и спрыгнул с лошади, помогая девушкам закрыть и запереть створки.

— Почему не закрылись сразу? — спросил у Хитоми.

— Сэм сказал, что ты вернёшься, — ответила одарённая.

Спасибо ветерану. Взобраться на стену верхом на лошади было бы проблематично.

— Где он сам?

— В темнице, где и остальные. Только пара слуг ускользнула, они повредили механизм моста, — ответила девушка. — Нужно потушить огонь.

И убежала вместе с Жаннет. Хорошо, что они не кисейные барышни, а то совсем бы грустно пришлось. Вскоре ко мне спустился Герат.

— Что произошло? Сэм слишком торопился, не сумел нормально объяснить.

Я кивнул на свою лошадь.

— В сумках дневники Алексии Вероники из рода Кастеллано. Одарённой, занимавшейся ботаникой. И выдававшей себя за знахарку. Она встретила какую-то нежить, которую называла Мстящей. Кому и за что — не имею понятия. Я нашёл Алексию и вашего местного лесного духа почти мёртвыми после боя, вроде как пытались они убить Мстящую. Ничего спросить не успел.

Герат помрачнел. Он, наверное, надеялся, что у меня есть ответы на вопросы.

— А кто взял под контроль людей? И каким образом?

— Ваш местный чай. Долго объяснять, но это Алексия постаралась. Сейчас, я так понимаю, контролирует их Мстящая. Я спущусь к Сэму, — и к Юле, добавил сам себе мысленно, — узнаю, как он. А потом попытаюсь перечитать дневники внимательнее. Возможно, найдём ответы на свои вопросы. Мне тоже очень интересно — кто эта Мстящая.

Герат вздохнул.

— Что же… На вратах пока остаётся Келлер. Если они не притащат откуда-нибудь таран, то створки не пройдут. А мы погасим огонь. Несколько слуг пытались…

Он махнул рукой, но я и так его уже понял.

— Учитывая ситуацию, мы пока легко отделались, — попытался я ободрить мужика. — А где Ромас, кстати?

— Уехал в город по делам, вернётся через пару дней. Мы должны все это закончить до его возвращения!

Ага, или парень окажется в окружении одурманенных солдат, даже не понимая исходящей от них опасности.

— Придумаем что-нибудь.

И, оставив одарённого, изрядно уставшего на защите стен своего дома, разбираться с проблемами, поспешил в темницу.

По тишине, практически гробовой, сразу стало ясно, что все обитатели замка, кроме одарённых, находятся под контролем. А уж когда я дошёл до камер, из которых на меня очень внимательно смотрели злые глаза на совершенно бесстрастных лицах, лишь убедился в своём предположении.

В дневниках я не видел описания контроля чужого разума. Либо Алексия этого не писала, либо я не дошёл до этого места. Но в первый раз она не взяла Юлю под полный контроль, лишь внушила навязчивую мысль. А здесь контроль сразу сотен людей, и делает это не Алексия.

— Сир!

К решётке одной из камер прижалась Юля. Она была напугана и смотрела на меня умоляющим взглядом.

— Сир! Мне очень страшно! Пожалуйста! Отпустите меня! — взмолилась девушка, когда я обратил на неё внимание.

Я подошёл ближе, но сохранял дистанцию в метр, просто на всякий случай. Не слушая мольбы, рассматривал лицо крестьянки. Всё правдоподобно, все нужные эмоции. Интонации голоса хороши. Но зрачок не расширен. А здесь, во-первых, темно, а во-вторых, у неё были расширены зрачки, когда она рассказывала о своём страхе. И кожа сухая. Контроль над поведением есть, но нет контроля над функциями тела. Похоже, Юля вообще без сознания.

— Ну здравствуй, Мстящая.

Юля на секунду замерла, а затем самодовольно улыбнулась и выпрямилась. Одарённая, горделивая осанка, надменное лицо, взгляд.

— Что меня выдало?

— Глаза. Реакция зрачка, — решил ответить чисто для поддержания разговора.

Перевожу взгляд на остальных слуг, сидящих в камере. Без изменений. Она удерживает под контролем остальных, и взяла под практически полный контроль Юлю.

— Ясно, — Мстящая улыбнулась чуть шире.

Сама не знает всех тонкостей работы контроля.

— Какой умный юноша. Мы можем помочь друг другу. Ты откроешь ворота, а я выпущу тебя из замка.

— Не выпустишь, — отрицательно качаю головой. — Столько лет и столько сил потрачено на то, чтобы о тебе ничего не узнали. Я скорее поверю, что ты убьёшь всех и снова спрячешься.

Она хмыкнула:

— Зачем сразу так? Передо мной стоит другая цель.

— Какая? — мне очень это интересно.

— Месть, — отвечает Мстящая.

Как оригинально, я должен был догадаться по её имени.

— Кому именно?

— Моему брату и всей его семье! — прошипела она.

Я отрицательно покачал головой:

— Не знаю, кто ты, и не знаю твоего брата. Больше конкретики, пожалуйста.

— Герат, конечно! Я говорю о нём! — завелась Мстящая.

Но быстро успокоилась.

— Но ты здесь впервые. Обо мне, пожалуй, даже не можешь знать.

Грибок в её голове — просто приёмник сигнала. Им могла пользоваться Алексия, может пользоваться и Мстящая. А вот вопрос — нужен ли для этого специальный артефакт-передатчик? Или достаточно знать какое-нибудь заклинание-транслятор?

— Мне действительно ничего не известно о сестре Герата. Что ты собираешься с ним делать? И что он сделал тебе?

— Что он сделал мне — наше личное дело. А что я собираюсь сделать с ним… — она кровожадно улыбнулась. — Я лишу его всего, что ему дорого. Но не убью, нет. Он испытает всё то, что испытала я! Я затолкаю его престарелую тушку в гроб и закопаю на этом проклятом капище! Среди прочей нежити! Рядом с собой!

Так Алексия не просто так нас туда повела? Это мы с Сэмом опростоволосились, не зная, что искать. Точнее, кое-кто дал слишком размытую подсказку, ничего нам толком не сказав.