Лабиринты наших желаний (СИ) - Шнайдер Анна - Страница 65

— Возможно, — усмехнулся Игорь, всё-таки выходя из кухни под тихое, но очень возмущённое сопение Насти.

***

За ужином я рассказала Инне Васильевне про Скай. Она расстроилась, но постаралась улыбнуться и заметила, что такова жизнь.

«И смерть», — хотелось добавить мне, но я промолчала.

А в остальном мы прекрасно посидели. И замечательное вино вкупе со вкуснейшим сыром от Игоря скрасили мне впечатление от пережаренного мяса Инны Васильевны.

Она сказала, что я расцвела. Я не замечаю этого, но наверное, она права. Я чувствую себя счастливой даже несмотря на Андрея.

Это он — то самое «пять», о котором не знали ни я, ни Игорь. Зато об этом знали там, наверху. И теперь я думаю — зачем мирозданию понадобилось сталкивать нас с Игорем?

Я верю в судьбу и в то, что ничего не бывает случайно. Но пока не могу понять причину случившегося.

Какой урок я должна извлечь из этого? И наверное, не только я.

Но как же не хочется, чтобы Игорь узнал правду…

43

***

«Только не говори мне, что сейчас ещё какой-нибудь подарок принесут», — написала Ксюша утром следующего дня, и ей показалось, что телефон в ответ не пиликнул знакомой мелодией, а хмыкнул голосом Игоря.

«Не скажу. Сегодня мне не нужны курьеры, девочка. Мы ведь увидимся вечером?»

«Да!»

«Мне нравится этот восклицательный знак».

«А мне нравишься ты», — ответила она, хихикая, и чуть с кровати не свалилась, прочитав ответ.

«Я даже смутился».

«Врёшь!»

«Я никогда не вру».

И смайлик. Хитренький такой, подмигивающий.

«Вот! Врёшь же, что не врёшь!»

«Каюсь. Отпустишь мне грехи сегодня вечером?»

Ксюша кашлянула.

«Я ещё не совсем готова».

«Я не в этом смысле, девочка. Но я рад, что ты подумала об отпущении грехов именно в этом смысле. Значит, я не зря стараюсь».

«Я даже покраснела».

«А вот ты не врёшь, я знаю. Так и вижу твои красные щёчки и смущённый взгляд».

Блин…

Нет, она должна держать марку и не показывать свою неловкость хотя бы в смс-сообщениях!

«Я тоже вижу. Твои не красные щёчки и хитрющие глаза. А ещё я знаю, что ты возбужден. И хочу поласкать тебя губами».

Боже, что она пишет?!

Телефон с полминуты растерянно молчал, но затем всё-таки пиликнул.

«Убит».

Ксюша опять захихикала, а телефон ещё раз зазвенел.

«До вечера, моя невероятная девочка».

«До вечера, Игорь».

Она хотела написать «мой любимый мужчина», но не решилась. Ни к чему навязываться.

*

Но иногда мечты, к сожалению, не сбываются. И когда в четыре часа дня телефон Ксюши вдруг зазвонил, она сразу почувствовала — что-то не так.

На экране высветился номер Игоря.

— Девочка моя, — сказал он, как только Ксюша взяла трубку, — сегодня мне придётся задержаться на съёмках часов до двух ночи. Прости.

Голос его был полон досады и сожаления.

— Ничего, — она постаралась улыбнуться. — Я всё понимаю, честное слово. Не страшно. Тем более что завтра пятница, и я после театра могу поехать к тебе.

— Ты не просто можешь, Ксения. Ты должна.

— Ладно, — засмеялась девушка. — Я должна. И поеду. И завтра… нам уже ничего не будет мешать.

— Отлично, — Игорь понизил голос. — Жду с нетерпением. Я позвоню тебе часов в девять вечера, хорошо?

— Да, конечно.

— Может, попросить Романа отвезти тебя?

— Не надо. Я сама доеду, честно.

— Ты уверена?

— Разумеется, — она фыркнула. — Не нужен мне конвой.

— Как скажешь, девочка. Твоё слово — закон.

— А я думала — твоё!

— Ксения, — голос Игоря задрожал от сдерживаемого смеха, — клянусь, я тебя отшлёпаю.

— М-м-м, — протянула Ксюша. — Звучит многообещающе. А ладонью или чем-нибудь ещё?

Мужчина не выдержал и всё же рассмеялся.

— Ладонью. Хотя…. Смотря как ты будешь себя вести. Если плохо, то я подумаю над твоим предложением, маленькая искусительница.

— Подумай-подумай.

— Нахалка, — кажется, Игорь восхитился.

— Это ты на меня так влияешь… искуситель.

— Ксения! — он хмыкнул. — Всё-всё, я сдаюсь. Ты сегодня в ударе. Разделала меня под орех.

— Грецкий?

— Макадамский. Я не очень люблю грецкие орехи.

— Буду знать…

— Всё, девочка, мне пора. В девять позвоню. Хорошего тебе вечера.

— И тебе, — прошептала Ксюша. Положила трубку и вздохнула, ощущая одновременно безграничное разочарование — от того, что не встретится сегодня с Игорем, — и безграничную любовь к нему.

И опять вспомнила загадку про человеческое сердце, которое вмещает в себя больше всего на свете. Казалось бы, куда уж больше? Но она любила его всё сильнее с каждой минутой.

Интересно, а как было у папы? И как он мог любить женщину, которая всю жизнь им пренебрегала? Неужели не встретил никого лучше?..

Мог. И не встретил.

Ксюше вдруг захотелось поговорить об этом с бабушкой. Тем более что она давно ей не звонила…

***

— Алло, Настёна, привет.

— Ну, привет.

Голос сестры был унылым, и Андрей усмехнулся. Сама ведь кашу заварила, а теперь недовольна, что расхлёбывать приходится!

— Ты говорила, что батя сегодня вечером с Ксюшкой встречается. А где? Знаешь?

— Не встречается. У него на работе чп какое-то, он звонил только что, сказал, очень поздно будет. Так что не встречается.

— Отлично, — улыбнулся Андрей, мысленно потирая руки. — Просто замечательно.

— Может, не надо? Он догадался, что это я тебе сказала.

— Ну так кто с виноватым видом на кухне сидел? По тебе, как по собаке, всё видно, сестрёнка. Но не переживай, сейчас ты будешь абсолютно ни при чём.

— Да он догадается…

— Не догадается. Ксюшка бате ничего не скажет, Настён.

— Не скажет? — удивилась сестра.

— Конечно. А батя Романа не попросил её домой отвезти?

— Не. Он Рому домой отпустил.

— Вообще шикарно. Ты говорила, что знаешь, где она работает. И где?

— Да в нашем доме. Тут же офисов полно.

— Хм, — Андрей на секунду задумался. — Ну ладно, попробуем. А теперь дай-ка мне Ксюшкин телефон…

Закончив разговор, Андрей положил трубку и удовлетворённо улыбнулся.

Он не знал, что там случилось у отца, но это всё было очень, ну просто очень кстати.

***

Ксюше было тревожно. И почему — непонятно. На работе всё спокойно, Виктора вообще нет, так что ещё спокойнее. Игоря она не увидит, сразу домой поедет, а там — Инна Васильевна и хороший, мирный вечер. Такой же, как множество других до него.

Но тем не менее тревога нарастала, и хотелось убежать куда подальше, спрятаться и никуда не выходить. Ерунда какая-то…

Скорее всего, на неё так действует приезд Андрея. Растревожил душу, вот она и мается. Не надо даже думать о нём, это было восемь лет назад и никакого значения не имеет.

Ну да, не имеет. А если Игорь узнает?

Откуда? Ксюша не скажет, Андрей — тем более. Ему кормушку в виде отца терять не выгодно. И шантажировать её Аракчеев не сможет, соответственно. Она его — да, а он её — нет.

Глупости это всё. Совершенно не о чем волноваться.

Успокоив себя подобным образом, Ксюша завершила рабочий день и поспешила на выход. Спустилась вниз, миновала турникеты, вышла на улицу, бодро зашагала к метро… и чуть не грохнулась, услышав позади знакомый до боли голос.

— Ксюш!

Ускорила шаг.

— Да стой ты! — Андрей оказался рядом почти моментально. — Я же специально тут тебя жду, другого времени мне не найти, ты всё с батей и с батей.

— Отвяжись! — рявкнула Ксюша, демонстративно отворачиваясь.

— Я отвяжусь, давай только поговорим. Просто поговорим!

— Нет.