Треугольник (СИ) - Олофинская Юлия "Olofin" - Страница 32

— Почему ты скрыл оба факта от меня?! Если ты действовал в моих интересах, почему скрыл?!

— Здесь согласен, вина полностью на мне, возможно, я и должен был все рассказать тебе, но что бы это дало? Что изменило? Влада, я — мужчина, я должен решать все проблемы, а так как ты — моя женщина, то и твои проблемы, и проблемы, связанные с тобой, я обязан решать САМ, САМОСТОЯТЕЛЬНО!

Влада промолчала, она переваривала все сказанные мужем слова, склонялась к его правоте, но что-то мешало ей полностью принять его точку зрения, ей казалось, что Данил что-то не договаривает.

Данил заметил по поведению, по молчанию Влады, что она сомневается, поэтому продолжил натиск.

— Влада, давай обсудим еще раз: ты любила Дорогова, когда появился на горизонте я?

Влада кивнула и прошептала слова согласия.

— Хорошо, но спустя время ты и меня полюбила?

— Да.

— Ты любишь Дорогова сейчас?

— Не знаю, меня тянет к нему.

— А меня ты любишь?

— Да, люблю.

Данил приобнял жену за плечи и осторожно притянул к себе.

— Сейчас у тебя нет проблем в жизни, у тебя всё есть?

— Да, меня все устраивает.

— У тебя есть претензии к тому, как я отношусь к Василисе?

Влада вздрогнула:

— Нет, что ты. Ты любишь её, словно она твоя родная дочь. К этому у меня нет претензий.

— А теперь скажи, чем я хуже Дорогова? Дорогов хотел тебя видеть любовницей, а я нет, я женился на тебе, я всегда открыто говорил, кто ты для меня. Дорогов продал мне тебя, но выбор делал он сам, если бы не хотел продавать — боролся бы, искал способы, рисковал бы — он же мужик в конце то концов. Я делал то, что считал нужным для тебя, а он сделал, как выгоднее для него! Когда я пришел к нему шесть лет назад, Дорогов снова не попытался бороться за тебя, он поверил мне, сделал для себя какие-то выводы и …отступил, Влада, он сам отступил. Я не угрожал, не предлагал финансовые блага, просто сказал, что у нас дочь. И он отступил! Пусть я опять для тебя плохой, но я, по крайней мере, боролся за тебя, рисковал, делал что-либо, пусть плохое, пусть подлое, но не отказывался от тебя, как отказывался Дорогов!

Данил был очень эмоционален, возможно, впервые за всю их совместную жизнь он показал свои эмоции. Влада видела, что он любит её и дочь, это можно было прочитать по его мимике, жестам в этом небольшом монологе, его глаза при упоминании её имени или дочери загорались огнем. Влада потянулась к нему, положила голову ему на грудь и заплакала. Слезы полились сами от эмоций, которые вызвала речь Данила, от того, что он так за неё боролся и борется, за то, что он просто рядом, всегда рядом.

Данил осторожно запустил свои пальцы в её волосы, как так получилось, что он потянул за них, он сам не понял, но услышав шипение Влады, почувствовав её дрожь, Медовой немного опешил. Он сделал ей больно или приятно? Осторожно продолжая потягивать за волосы, мужчина посмотрел в распахнутые глаза своей жены. В них он увидел разгорающееся пламя страсти и желания! Так вот он рычаг Дорогова, вот, чего не хватало его жене. Не ослабляя хватку, Медовой подушечкой большого пальца свободной руки провел по губам Ластовки, заставляя их раскрыться. Дыхание Влады стало тяжелым, губы приоткрылись. Она осторожно провела языком по подушечке пальца Данила. Эта эротическая ласка понравилась мужчине. Он молниеносно припал к её губам с поцелуем, далеко не нежным, как он целовал её все это время, а страстным, яростным. Он сминал её губы, проникая в её рот языком, с каждым движением усиливая свою ласку. Влада стонала и прижималась к нему.

Теперь его ничего не сдерживало, он понял и принял её игру, если ей нравится именно это, он будет играть по её правилам, ради того, чтобы она сделала выбор в его пользу, сохранила их семью, теперь её очередь делать выбор!

Властно, даже отчасти жёстко, Данил отстранил от себя женщину, вызвав стон разочарования, развернул спиной к себе, поставил на колени рядом с диваном, расположившись также на коленях позади своей женщины. Вытянул руки Влады над её головой, уложил на диван, надавил на поясницу, заставляя прогнуться, и снова натянул её волосы, заставляя запрокинуть голову назад, подставляя шею для его ласк. Он покусывал кожу на её шее, заставляя женщину вскрикивать, затем ласкать языком места укуса, вырывая из её уст стоны наслаждения. Она дрожала, дрожала от его ласк, он чувствовал её напряжение. Это сносило Данилу крышу, ему хотелось большего, ему хотелось, чтобы она растворилась в нем, что бы она потеряла грани реальности. Он ласкал свободной рукой её тело, сжимал грудь, пощипывая соски, гладил её ягодицы, не переставая натягивать волосы и целовать жену.

— Хочу тебя, не могу больше, — прохрипела Влада. Она терлась своими ягодицами по его паху, в штанах уже дымилось всё от желания, брюки натянулись и готовы были лопнуть, чтобы дать свободу его органу.

— Сейчас, милая, потерпи немного, — хрипел Данил, отпуская хватку её волос, чтобы быстро стянуть с себя мешавшую одежду. Как назло, рубашка не желала расстегиваться, рыкнув от нетерпения, Данил рванул её на себе, отрывая все пуговицы, которые со звоном рассыпались по полу. Дальше все прошло без эксцессов, спустя пару минут, он уже был полностью обнажен и приступил к раздеванию своей жены. На ней была длинная домашняя футболка и трусики, от этой одежды он освободил женщину меньше, чем за минуту.

Осторожно возвращаясь на то место, где он закончил, Данил поцеловал Владу в спину, начиная свои ласки заново, теперь её ягодицы могли почувствовать, как она сводит его с ума, как возбуждает, его руки ласкали женскую грудь, заставляя Владу выгибаться, прижиматься задом к его паху и стонать. Распластанным над головой руками, она судорожно сжимала обивку дивана, скребя по ней ногтями. С губ срывались полу-стоны, полуслова, мольбы о продолжении, просьбы прекратить эту пытку. Медовой осторожно приближал ласки к заветному месту, стоило ему кончиками пальцев прикоснуться к лону женщины, как она дернулась и застонала.

— Ш-ш-ш-ш, милая, сейчас тебе станет легче, — Данил осторожно раздвигая складочки, ввел в женщину палец, продолжая ласкать женскую плоть изнутри. Влада охнула и начала вилять бедрами, прося большего. Мужчину не стоило просить дважды, он видел, что женщина готова, чувствовал влагу на своих пальцах. Опять схватив Владу за волосы, Данил резко натянул их и одновременно вошел во Владу на всю длину. Если бы не поцелуй — крик Влады разбудил бы ребенка, а так Медовой выпил её стон, поймал его своими губами. Он врывался в неё с каждым толчком все глубже и глубже, выбивая из неё стоны и хрипы, её тело покрылось капельками пота от их любовной игры.

Влада чувствовала, что теряет связь с реальностью, взлетая все выше и выше, по телу прошла волна дрожи, внутри всё сжалось в тугую пружину, и, когда Данил рывком сделал еще одно движение бедрами, в её глазах потемнело, и она взорвалась фейерверком тысячи красивых и ярких огней. Она рассыпалась на миллион мелких частиц, каждая мышца её тела сократилась, и сладкая истома расползлась по её телу. Всё, Влада провалилась в небытие.

— Милая, с тобой все в порядке, — услышала Влада родной взволнованный голос мужа.

Ворочать языком было лень, как и двигаться, поэтому Влада лишь застонала, давая понять, что с ней все в порядке. Данил осторожно поднял жену с пола, бережно уложил на диван и сам прилег рядом. Так как места было мало, получилось, что Данил лег спиной на диван, а Владу положил на себя сверху, женщина аккуратно примостилась на его груди, и закрыла глаза, легкие поглаживания по спине, её убаюкивали.

Глава 30

— Папа! — крик ребенка разбудил Данила. На его груди мирно посапывала жена, а рядом крутилась их дочь.

— Тихо, малыш, маму разбудишь, — прошептал Данил, немного успокаивая Василиску, — мама устала, встречая меня, я приехал рано-рано утром. Давай, ты сейчас пойдешь умываться, а мы с мамой будем просыпаться.