Ледяные Зеркала (СИ) - Екимова Наталья Викторовна - Страница 11

— Брат, отпусти, кому говорю! Если твоё — вернётся. Только уже точно будет знать, что Отпирающий Ледяные Тропы ей совсем не нужен для счастья. Амулет дал Беренике, большего сделать было нельзя.

Сиятельный Сияр ворвался в мастерскую леди Райвиэлль в полном бешенстве. На его лице полыхали полубезумные от похоти и гнева глаза.

— Где Береника?! Отвечай, ушастая тварь!

— Попрошу не забываться, сиятельный! Вы не в замке у своего брата, а в моём доме! В моём Серебряном Лесу! — лорд с ужасом видел, как все сопровождавшие его люди и прочие союзники застыли точно каменные статуи. — Что вы себе позволяете? — неприязненный взгляд и веющий февральской стужей голос эльфийской ведьмы впечатлил даже обнаглевшего родственника повелителя Замры. — Вы будете наказаны, Сияр! — она намеренно опустила титул аристократа, чтобы сбить с незваного гостя неуёмную спесь. — До тех пор, пока Береника однажды не вернется, чтобы остаться с Кильдином, ваш род и кровь ваших сообщников будут преследовать беды, болезни и неудачи!

— Остановись, колдунья, а если она предпочтет кого-то другого? Ей ещё предстоит взглянуть в глаза собственной судьбы в шести мирах!

— Тогда вы испьёте эту горькую чашу до своего смертного одра, Сияр! По делам и награда! А теперь, вон отсюда! Если вы ещё хоть один раз посмеете сунуть свой не в меру длинный нос, даже через своих шпионов, я узнаю! Отомщу так, что вам небо с овчинку покажется! Забирайте свою фаворитку и остальных, идите туда, откуда пришли! Береника выполнила свою часть договора и ступила на Тропы Ледяных Зеркал в сопровождении одного из Отворяющих Пути. Да оберегут эту девушку Солейра и Времень от непосильных испытаний и роковых ошибок! Вон! Я сказала вон! — и она повернулась спиной к разгневавшим её глупцам, что-то перетирая в серебряной ступке тяжёлым деревянным пестом и неразборчиво шепча заклятья.

— Проклятая ушастая ослица! — Начальник городской стражи Замры не привык, чтобы его желания не исполнялись практически мгновенно. — Я сделаю всё, чтобы ты и твой народ были вынуждены покинуть эти места!

— Глупец! — женщина выудила из воздуха лист договора. — Одно мое слово, и твой брат будет вынужден убраться из земель, которые предоставлены ему и людям, что с ним пришли двадцать лет назад, из жалости! При малейших неприятностях по вашей вине лишитесь и этой милости! Вон отсюда! Иначе я так тебя взгрею, мальчишка, что мало не покажется! Если, конечно, сумеешь выжить!

Каштановые с сильной рыжиной волосы Начальника городской стражи Замры колоритно встали дыбом, зелёные волчьи глаза недобро сузились, но Тоин поспешил увести не в меру развоевавшегося союзника, от греха подальше. Он слишком давно был знаком с Райвиэлль. Поэтому решил вмешаться под ледяным взором хозяйки Серебряного Леса.

В это самое время я птицей неслась по Ледяной Тропе вслед за синеглазым магом, чувствуя, как сбивается дыхание. Куда он так спешил, так и не соизволил мне объяснить. Спрашивать же, когда легкие разрываются от периодически вырывающегося из горла кашля, было слишком сложно.

Наконец, брюнет резко затормозил и остановился. Я, поскользнувшись, не удержалась и улетела в огромный сугроб, вскрикнув от неожиданности. Впрочем, Хранитель не поспешил мне на выручку. На его лице застыло странное выражение недовольства моей скромной персоной, барахтающейся в снегу. Наконец, он соизволил ответить на мой невысказанный вопрос, высокомерно наблюдая, как выбираюсь на ледяную дорожку.

— Кильдин, всего лишь, — эльф! Таким, как он, в радость поиграть со смертной девчонкой, запудрить мозги, соблазнить и бросить! Зачем тебе такой жребий, если ищешь счастливой женской доли?! Когда пройдешь через испытания восьмого мира, девятое Зеркало отправит тебя в эти места. Выбирать придется между мной и кем-то из тех, с кем столкнет тебя воля Солейры! Смотри, не продешеви, детка! Лучшей доли, чем быть супругой Хранителя, всё равно, не найти! — в его взгляде промелькнуло нечто хищное, что сразу же насторожило и заставило вспомнить брата Райвиэлль.

На душе сразу стало тепло и спокойно. Учитывая, что в моей крови пел и играл дар Великой Матери, решила довериться его подсказкам, а не хвастливым заявлениям попутчика.

— Решение я приму тогда, когда для этого наступит время. Еще шесть миров придётся посетить, чтобы встретить свою судьбу и там. Зачем раньше времени что-то загадывать? Пустое всё это! — попыталась перевести разговор на более спокойную тему.

— Я же все насквозь вижу, Береника! Тебя тянет одинаково сильно и ко мне, и к ушастому ювелиру! Запомни, он не сделает тебя счастливой! Ты не его крови!

Так и не поняла, почему всё больше и больше испытываю недоверие к брюнету. Словно существует подвох, о котором пока ни сном и не духом не были даже мои способности.

— Сейчас ещё рано что-либо решать, я не видела весь список кандидатов, — сумрачный взгляд синих глаз отозвался в моей душе стылым холодом.

В памяти тут же всплыла нежная улыбка Кильдина, а способности, которыми наделила Солейра, подтвердили, что чувство, поющее в душе эльфийского ювелира искреннее и самое настоящее. Только сейчас не была уверена, что смогу ответить шатену взаимностью без всяких если.

На душе стало сразу тепло и спокойно, как обещание, что после всех испытаний обрету то самое женское счастье. Ведь именно в погоне за ним и решилась на испытания Троп Ледяных Зеркал.

Начинало беспокоить, почему спутник даже не соизволил представиться, словно его имя отдаст его во власть чего-то страшного, что таится в самой моей глубине. Мужчина явно не доверял мне, но чего он боится, пока так и оставалось загадкой. Погладила подушечкой безымянного пальца, на нём обычно носят обручальное колечко, серебряную фигурку крылатой женщины и улыбнулась.

Лицо Кильдина снова стояло перед моими глазами. Я поняла, что даже если не смогу остаться с ним навсегда, то вернусь, чтобы поблагодарить за всё то добро, что тот для меня делал. Ещё и ичего не потребовал взамен.

Молчание затягивалось, начиная тяготить. Ледяной маг явно не ожидал, что не стану бросаться к нему на шею, а попытаюсь выяснить поподробнее, что же ему от меня надо:

— Как можно вообще о чем-то говорить, если мы даже толком друг другу не представлены?! — меня начинала сильно раздражать его непомерная спесь.

Как и зашкаливающее самомнение синеглазой занозы в моем сердце. Только прекрасно понимала, что это — часть испытаний Богини-Матери. Увы, эту чашу придётся не только испить до самого дна, но и сделать нелёгкий выбор.

Предчувствовала, что всегда буду появляться в разных мирах зимой и нос к носу сталкиваться с мужчинами, устоять перед чарами которых будет непросто. Далеко не все из них будут людьми.

— Я не имею права назвать тебе своё имя! Это полная власть надо мной! Ещё ни одна женщина не смогла вырвать у меня эту тайну силой или хитростью!

— Ах, вот как? Как ведьмаки и ведьмы, никому не называешь свое тайное имя? Тогда прозвище хотя бы скажи. Должны же тебя как-то называть окружающие!

— Хранитель. Тропы Ледяных Зеркал — моя вотчина. Я никогда без крайней нужды не имею права соваться ни в один из обитаемых миров! Моё могущество безгранично только среди льдов Вечной Зимы.

— Хорошо, буду называть тебя Хранитель Льдов. Прекрасно понимаешь, что все испытания Временя и Солейры должны быть пройдены, чтобы мое желание о счастье и собственном доме сбылось в полной мере!

— Ты можешь стать больше, чем женой, если предпочтешь меня всем остальным претендентам на твою руку, Береника! — синие глаза старались ничем не выдать своего хозяина, но в них промелькнул тот же неутолимый голод.

Такой я впервые увидела в глазах зимий и Гардарики, когда она еще не освободилась от чар монстров, только прикидывающихся людьми.

— После того, как пройду через девятое Ледяное Зеркало, смогу узнать, для кого будет биться мое сердце. Все остальные уже не будут меня интересовать.

— Глупая, зачем тебе ненужные страдания? Пойдем прямо сейчас в Чертог Временя и Солейры. Объявишь своё решение и станешь моей вечной спутницей. Ты никогда не узнаешь, что такое смерть и старость! Мои заклинания сделают нас одним целым, а я бессмертен и вечно юн! — только его слова не вызвали никакого отклика, кроме недоверия и желания поскорее продолжить прерванный слишком соблазнительной болтовней путь.