Дом Неба и Дыхания - Маас Сара - Страница 11

На Старой Площади яблоку было негде упасть. Фэйцы, оборотни и люди из всех Домов выпивали, танцевали и просто разговаривали. На жалком клочке зелени, именуемом лужайкой, кучка зеленовласых речных нимф и фавнов обоего пола играли в «мешочки». Неподалеку собрались несколько фэйцев, судя по мускулам и характерной манере держаться – члены Вспомогательных сил. Эти увлеченно играли в шары.

Знойный день сменился прохладным вечером, впрочем достаточно теплым, и потому все бары, кафе и клубы вокруг Старой Площади были битком набиты. Особенно те, что располагались на улице Лучников. Из дома Рунна доносилась оглушительная музыка, но острый фэйский слух ловил все окрестные звуки, включая ухающие басы, низвергающиеся из окон других домов, музыку из ближайшего бара и шум проезжающих машин.

Все праздновали то, что остались живы после весеннего кошмара.

Так оно и должно быть.

Крыльцо дома Рунна было не только шатким, но вдобавок и залитым пивом.

– Фьюри и Юна уже здесь, – сообщила Брайс, перекрывая уличный шум. – Юна сказала, что они в гостиной.

Хант кивнул, хотя его внимание было сосредоточено на приглашенных. Даже здесь, на шумном сборище (других в доме Рунна не бывало), все сразу отметили появление Звезднорожденной принцессы и Умбры Мортиса. Гости расступились, а кое-кто даже попятился. Брайс несколько оторопела, но Хант непринужденно прошел дальше. Он привык к такому вниманию, и хотя официально уже не являлся Тенью Смерти, жители Города Полумесяца не забыли, кем он был когда-то. И кому служил – тоже.

Дверь в гостиную находилась в дальнем конце просторной передней, слева. Хант направился туда. Внушительные мышцы его плеч и рук шевелились на ходу. Поскольку он сменил ненавистный костюм на облегающую черную майку, их было трудно не заметить. Это Брайс еще выдержала бы, но от его бейсболки, надетой, как всегда, козырьком назад, все внутри ее исходило на желание.

Но уж лучше эта смешная шапочка, чем тот модный костюм.

К ее изумлению, Хант ничуть не возражал, когда какой-то шаловливый воздушный спрайт наградил его, а затем и ее светящимися ожерельями из первосвета. Брайс сняла пластиковый обруч и превратила в браслет, перевесив себе на руку. Хант оставил свой болтаться на груди, освещая и делая более рельефными его грудные мышцы и рисунок плеч. Да хранят ее боги.

Хант едва успел войти в гостиную, когда из фойе послышался громогласный голос Тристана Флинна:

– Рунн, Хел тебя подери!

Брайс усмехнулась. Сын провинциального фэйского правителя стоял возле стола для игры в пиво-понг, на котором он в свое время нарисовал огромную голову фэйца, заглатывающую ангела.

У другого конца стола стоял Рунн. Оба его средних пальца были направлены в сторону противников. В нижней губе болталось кольцо, поблескивая в неярком свете фойе.

– Платите, придурки, – требовал брат, покачивая сигаретой, зажатой между губами.

Брайс протянула руку к Ханту. Ее пальцы коснулись мягкого пушка его крыльев. Хант застыл, повернув голову к ней. Крылья у ангелов отличались повышенной чувствительностью. С таким же успехом она могла бы схватить его за яйца.

Покраснев, Брайс указала на брата.

– Передай Юне и Фьюри, что я скоро приду, – попросила она Ханта. – Я только поздороваюсь с Рунном.

Увидев ее, Флинн приветственно завопил. Чувствовалось, он уверенно движется к состоянию «напиться и отрубиться» – его обычному для вечера вторника. Брайс подумала, не послать ли фото оттопыренной задницы Флинна его родителям и сестрице. Возможно, тогда они перестали бы язвительно ухмыляться, косясь в ее сторону.

– Приветик, Би, – произнес стоявший рядом с Флинном Деклан Эммет, который был чуточку потрезвее.

Брайс помахала ему, не желая перекрикивать гул толпы в фойе. Странное название для бывшей столовой, превращенной в бильярдную и комнату для игры в дартс. Вполне подходящее место для наследного принца вальбарских фэйцев, каковым являлся Рунн. Эта мысль заставила Брайс усмехнуться.

– Привет, Марк, – поздоровалась она еще с одним гостем.

Это был оборотень-леопард. Высокий, поджарый. Под его темно-коричневой кожей слегка проступали мышцы. Выразительные глаза цвета топаза вспыхнули. Звали его Марк Росарэн. Деклан встречался с ним уже месяц, познакомившись с этим айтишником на вечеринке, устроенной одной из многочисленных инжиниринговых компаний Центрального делового района.

– Привет, принцесса, – отозвался Марк.

– С каких это пор ты позволяешь Марку называть тебя принцессой? – спросил Флинн.

– С тех самых, когда решила, что он мне нравится больше, чем ты, – не задумываясь, ответила Брайс, заработав от Марка одобрительное похлопывание по плечу, а от Рунна – улыбку. – И это называется «небольшой междусобойчик»? – ехидно спросила она брата.

Рунн пожал плечами, отчего колыхнулись татуировки на его руках:

– Флинн виноват. Вечно притащит толпу.

Флинн потряс банкой пива, подтверждая, что так оно и есть, затем залпом выпил содержимое.

– А где Аталар? – спросил Деклан.

– В гостиной, с Юной и Фьюри.

– И как тебе балет? – спросил у сестры Рунн, махнув кому-то из гостей.

– Потрясающе. Юна бесподобно солировала. Заставила весь театр аплодировать стоя.

От выступления подруги ее бросало то в жар, то в холод, а когда зрители встали и устроили Юнипере длительную овацию, Брайс не могла сдержать слез. Она не помнила, чтобы в театре кого-нибудь так приветствовали. Судя по раскрасневшемуся, сияющему лицу Юниперы, выходившей кланяться, подруга это тоже сознавала. Теперь наверняка Юну сделают солисткой, причем очень скоро.

– Билетов было не достать, – присвистнув, сообщил Марк. – Половина моего отдела продали бы душу, чтобы попасть на спектакль.

– Ты бы мне раньше сказал. У нас в ложе было несколько свободных мест.

– В следующий раз непременно учту, – заулыбался Марк.

Флинн вновь начал расставлять кружки для пиво-понга.

– Как твои мамочка с папочкой? – спросил он у Брайс.

– В лучшем виде. Перед тем как отпустить меня сюда, дали мне рожок с теплым молоком и прочитали сказочку на ночь.

Рунн хмыкнул. С недавних пор он восстановил дружеские отношения с Эмбер.

– Родительский допрос вчера был жестким?

– Шесть кругов. Потому-то я и собираюсь оттянуться с друзьями и подругами. – Брайс обвела рукой фойе и помахала в сторону гостиной.

– Бар к твоим услугам, – с величественным жестом сказал Деклан.

Брайс махнула ему тоже и отправилась в гостиную. Когда рядом не было внушительной фигуры Ханта, на нее заглядывались гораздо реже. А когда они шли рядом, вокруг разливалось молчание. Она пыталась не обращать на это внимания. Сейчас она облегченно вздохнула, заметив пару знакомых рожек, проглядывающих из-под шиньона – обычной прически Юниперы. Подруга сидела на замызганном секционном диване гостиной. Рядом сидела Фьюри. Их руки были сплетены.

Хант разговаривал с ними, стоя возле дивана, его крылья были небрежно сложены. При виде Брайс его черные глаза вспыхнули.

Сдерживая радость, Брайс подошла к дивану и села рядом с Юниперой.

– Привет, моя талантливая, блистательная и прекрасная подруга, – сказала она, ткнувшись носом в плечо балерины.

Юнипера засмеялась и мягко ущипнула Брайс за плечо:

– То же могу сказать и о тебе.

– Я переговорила с Фьюри, – усмехнулась Брайс.

Юнипера хлопнула Брайс по коленке. Фьюри засмеялась, заметив подруге:

– Ты уже ведешь себя как балетная прима.

Брайс театрально вздохнула:

– Жду не дождусь, когда Юна начнет закатывать скандалы из-за состояния ее гримерной.

– Какие же вы обе несносные, – сказала Юнипера, но тоже засмеялась. – Во-первых, у меня никогда не было своей гримерной. А во-вторых…

– Опять за старое, – буркнула Фьюри, а когда Юна попыталась возразить, лишь усмехнулась и чмокнула фавну в висок.

Непринужденная и нескрываемая интимность их отношений заставила Брайс оглянуться на Ханта. Тот улыбнулся. Вот бы им усесться куда-нибудь, прижаться друг к другу и целоваться. Она тут же подавила будоражащие мечты.