Принцесса Теней (ЛП) - Пекхам Каролайн - Страница 122

— Вега вернулись! — проревели Осел, подняв кулаки в воздух.

Я потеряла дар речи, глядя на нее: ее рука лежала на сердце, а другая рука была поднята вверх с распустившимися цветами на кончиках пальцев.

— Значит, ничего страшного? — сказала я, и Тори фыркнула, ее плечо ударилось о мое, когда Осел впали в истерику.

Я поспешила в кабинет Ориона, опаздывая, держа в руке задание в качестве полного оправдания на случай, если по дороге столкнусь с кем-нибудь из учителей.

Я написала ему сообщение, чтобы он встретил меня здесь после того, как я переоденусь в своей комнате. Он должен будет взбеситься, когда увидит, что у меня под пальто. Потому что ответ был — ничего. Кроме носков по колено и ботинках, я была в полном — боевом облачении.

Я подошла к его кабинету и взволнованно постучала в дверь.

— Войдите, — формально сказал Орион, и я ухмыльнулась, взялась за молнию и потянула ее наполовину вниз, шагнув в комнату.

Директор Нова сидела в кресле напротив него, спиной ко мне, и я потянула молнию вверх так быстро, что волосы застряли в ней. А-а-а!

Орион вытаращился на меня, когда Нова повернулась на своем стуле, приподняв одну темную бровь. Она нахмурилась, глядя, как я пытаюсь освободить волосы, стараясь не показать, что под этим чертовым пальто я голая. За что, звезды, за что?

Губы Ориона были так плотно сжаты, что я не была уверена, борется ли он со смехом или вот-вот сорвется.

— Почему ты стоишь там с кислой миной, девочка? — спросила Нова, когда я освободила свои волосы и прочистила горло. — Что тебе нужно?

— Мне просто нужно сдать задание по Кардинальной магии. — Я помахала им как доказательством и двинулась вперед, чтобы передать его Ориону. Его глаза сузились, когда он взял его, и он откинулся на спинку кресла.

— Опоздала, так что десять баллов с Эир, — холодно сказал он.

Засранец.

Я поджала губы и кивнула, двигаясь обратно к двери.

— Счастливого Рождества, директор, — добавила я перед выходом.

— И тебя, Тори, — позвала она, и я вздохнула, выходя в коридор и закрывая за собой дверь.

Ну, по крайней мере, это не было ужасно неловко. О, нет, подождите… так и было.

Я направилась по коридору и вышла на улицу, где снег падал пушистыми белыми пушинками. Я засунула руки в карманы, холод проникал под пальто и скользил по обнаженной коже. Я влила в свои вены магию огня и расслабилась, когда она уняла холод.

Где-то рядом раздалось рычание, и я вгляделась в густой туман, образованный снегом, который падал на землю передо мной.

Среди тумана показались два волчьих глаза, и из сугроба выпрыгнул Сет в своей огромной форме белого ордена. Он ударил меня спиной о двери Юпитер Холла и лизнул меня прямо в центр лица. Он убежал с воем, который звучал чертовски похоже на смех, и волчья стая вынырнула из снега и помчалась за ним через весь кампус.

— И тебя с Рождеством, засранец, — пробормотала я, вытирая рукавом слюни с лица.

Я побрела обратно к Башня Эир, мир затих, так как снег заглушал все вокруг. Через час нас с Тори заберет отец Джеральдины, но я хотела провести это время с Орионом. Если Нова в ближайшее время не уберет свою задницу из его кабинета, я даже не увижу его до нашего отъезда.

Я бездельничала всю обратную дорогу до башни, проверяя свой Атлас на наличие сообщений о том, что атлас чист. Но, очевидно, это было не так.

Надувшись, я вернулась в свою комнату, прошла через дверь, захлопнув ее.

Орион вышел из моей ванной, и я завизжала от восторга, бросившись вперед, чтобы поцеловать его. Он прижал меня к себе, провел рукой по моим волосам, когда снежинки таяли в них, и выпустил теплый порыв воздуха, чтобы высушить их.

— Я чувствую себя Питером Пеном. Всегда пробираюсь в твое окно.

— Я оставляю его открытым только для тебя. — Я усмехнулась.

— Ну, Венди… хочешь поехать в Неверленд? Потерянные мальчики скучают по тебе. — Он притянул меня к своему стояку, и я мрачно рассмеялась.

— Они не кажутся такими уж потерянными, — поддразнила я.

— Тебе лучше проверить на всякий случай, — пробормотал он, и я приподнялась на цыпочки, нежно целуя его и проводя рукой по серьезной выпуклости в его брюках. Он застонал мне в рот, и я отступила назад, расстегивая пальто и позволяя ему упасть на пол у моих ног.

— Блядь, Голубок, — задохнулся он, вбирая в себя мое тело, прежде чем шагнуть вперед и повалить меня на кровать.

Я потеряла себя в его страсти на все время, пока мы были вместе, но когда мой телефон начал пиликать, и я испытала третий оргазм, я поняла, что пора заканчивать. Орион лежал подо мной и выглядел готовым заснуть, когда я вскочила с кровати и побежала натягивать одежду и расчесывать волосы. Вскоре он проснулся, наблюдая за мной с восхитительной ухмылкой, которая так и манила меня вернуться к нему.

Когда я была одета в темно-синие джинсы и пошлый рождественский свитер с надписью Jingle All The Fae[8] на фоне Пегаса в блестящей шляпе, я прыгнула на него сверху и впилась влажным поцелуем в его губы.

— У меня есть для тебя приглашение, — сказала я, когда его руки легли на мои бедра.

— А могу испортить этот до смешного очаровательный свитер? — спросил он, наклонив голову в одну сторону с надеждой.

Я со смехом шлепнула его по груди.

— Нет. Это приглашение, что ты появишься на территории дворца, с помощью звездной пыли, а я протащу тебя внутрь под ковром или что-то в этом роде.

Его улыбка исчезла, сменившись широко распахнутыми глазами.

— Дворец? Я не могу, Голубок.

— Никто тебя не увидит. Уверена, там полно мест, где можно спрятаться.

В его взгляде мелькнуло искушение, и я наклонилась, проведя ртом по его челюсти.

— И там много старых, пыльных комнат, где ты бы мог осквернить этот свитер.

Он издал низкий смешок, крепче прижимая меня к себе.

— Ну как я могу отказаться?

— Ты правда придешь?

— Да, я приду, — сказал он с непристойным выражением лица, которое придавало его словам двойной смысл.

— Ты плохо влияешь, — поддразнила я.

— Это говорит девушка, которая пришла ко мне в кабинет, ничего не надев под пальто. — Он поднял бровь, одарив меня суровым взглядом учителя, а я в ответ одарила его взглядом невинной ученицы.

Я села, и он выругался, когда я надавила его член, оттолкнув меня от себя, чтобы он мог встать.

— Клянусь звездами, из-за тебя и твоей сестры, от моего мужского достоинства не останется и следа.

Я хихикала, пока он натягивал свои боксеры, и наслаждалась зрелищем, пока он натягивал остальную одежду. В дверь постучали, прежде чем он успел натянуть рубашку.

— Секундочку! — позвала я, подталкивая Ориона к окну.

— Впусти меня, Джеральдина сделала кое-что ужасное! — взмолилась Тори, и Орион пожал плечами, на всякий случай заходя в ванную.

Это было странно — иметь возможность открыто говорить об этом с кем-то — кроме мстительного мудака-оборотня.

Я впустила ее в комнату и закрыла дверь, прежде чем Орион снова появился из ванной, все еще застегивая рубашку.

Тори уставилась на него, потом на меня, потом на кровать.

— Фу, чувак!

Орион только ухмыльнулся, а она насмешливо посмотрела на него.

— Прости, — виновато сказала я, глядя на сверток блестящего розово-фиолетового материала в ее руках. — Что это?

— Это ад, вшитый в чертово платье, вот что это такое. Два платья, если быть точным. Джеральдина хочет, чтобы мы надели их на «великое возвращение» или как она там это называет. Но посмотрите на них. — Она помахала им, чтобы юбки распахнулись, и показала два платья, которые были просто отвратительны.

Огромные банты с рюшами и километры тюли собрались вместе на этих пышных бедламах.

— Я не надену это, — объявила Тори. — Дарси, я сожгу их. — Дикий свет зажег ее глаза, и искры затрещали по коже. — Сожги их вместе со мной, и мы скажем, что это был несчастный случай.