Принцесса Теней (ЛП) - Пекхам Каролайн - Страница 114

— Да ладно, чувак, — простонал Ксавье. — Я буквально заперт здесь в башне, как сверкающая Рапунцель. Я хоть как-то ощущаю себя живым, слушая о твоей жизни.

Я вздохнул, не в силах отказать ему, когда он разыгрывал эту карту, но прежде чем я успел ответить, на заднем плане раздался голос моего отца.

— С кем ты разговариваешь? — потребовал он.

— Это всего лишь Дариус, — защищаясь, ответил Ксавье, и я сжал зубы от нотки страха в его голосе.

— У твоего брата есть более важные дела, чем тратить свое время на разговоры с тобой. Отдай его, — приказал он. Мгновение спустя его голос зазвучал более отчетливо, когда он заговорил в трубку. — Ты уже освоил наложение полупостоянных иллюзий? — спросил он, назвав последнюю часть магии, над которой я работал в Кардинальной магии. Как бы он ни был занят, он всегда был в курсе отчетов о занятиях, которые ему ежедневно присылали мои профессора. Он не мог допустить, чтобы я в чем-то отставал и ставил его в неловкое положение.

— Я только что закончил тренировку по питболу, — ответил я. — Сейчас возвращаюсь в свой Дом, чтобы приступить к выполнению заданий.

— Тогда тебе не стоит отвлекаться, так ведь?

Я не успел ответить и постарался не выдать себя беспокойством о том, что он может сейчас делать с Ксавьером. В его голосе не было злости, которая заканчивается синяками и сломанными костями, просто обычный уровень злости, который он проявлял в отношении моего брата в эти дни.

Я засунул свой атлас обратно в карман и вздохнул.

Клеймо Весов на моей руке зудело и горело, побуждая меня отправиться на поиски моего Хранителя. Я уже слишком давно не проводил с Орионом время, и находиться с ним в ссоре вредило нам обоим. Мое собственное упрямство было главным виновником того, что мы отдалились друг от друга. Он явно решил, что я поступил несправедливо, а это тоже самое, как нагадить на пороге его дома, когда речь идет о Весах. И я был с ним согласен. Я вел себя как полный долбоеб, и только мое собственное упрямство разлучало нас.

Пора было смириться и прекратить эту ерунду. Это влияло на наши тренировки, на наши приготовления, чтобы помочь Кларе вернуться обратно, даже на наш сон, поскольку связь между нами постоянно будила меня желанием пойти к нему. Хватит. Возможно, мне было трудно признать свою неправоту, но я заботился о Лэнсе настолько, что мог поступиться своей гордостью. Пришло время признать свою неправоту и извиниться.

Я повернул назад по дороге и направился сквозь деревья в сторону Пояса Астероид. Моему сердцу стало легче даже от осознания места назначения, а клеймо на руке покалывало в предвкушении.

Я подошёл к закрытому поселку и стал держаться в тени, используя темноту, чтобы скрыть себя, пока я обходил его с обратной стороны.

Подойдя к железным воротам, я создал под ногами столб воды, который поднял меня над ними.

Я приземлился на другой стороне и трусцой побежал к его дому. Моя кожа гудела от осознания того, что между нами наконец-то все наладилось, и я не мог не ухмыльнуться, когда еще больше ускорил темп.

К тому времени, как я заметил его дом, я уже бежал со всех ног и мчался вверх по улице, которую разделяли его дом и дом Вошера.

Дверь распахнулась прямо перед моим носом, и глаза Лэнса расширились от возбуждения, он широко раскинул руки. Я врезалсч в него, мы обхватили друг друга руками и чуть не упали от силы нашего столкновения.

— Мне жаль, — прорычал я, сжимая его в объятиях, и какая-то часть меня хотела, чтобы я никогда не отпускал его.

— Мне тоже жаль, — согласился он, его щетина царапала мою щеку самым лучшим образом.

Мы вошли в его дом, не отпуская друг друга, и я захлопнул за нами дверь. Черт знает, что подумает любой, если увидит нас в таком виде.

— Черт, ты так хорошо пахнешь, — простонал я, когда аромат корицы окутал меня.

— Мне сейчас приходится бороться с желанием поцеловать тебя, — пошутил он, хотя, когда он это сказал, я испытал полуискушение повернуть свой рот к его.

Эта чертова связь Хранителей!

— Думаю, если мы просто будем делать друг другу минет, то все будет хорошо, — рассмеялся я, и он прижался ко мне.

— Клянусь звездами, это даже не звучит как ужасная идея, — простонал он, и я засмеялся еще громче.

— Я не думаю, что ты просто какой-то мудак, к которому меня привязал отец, — прорычал я, потому что эти слова преследовали меня с тех пор, как я позволил яду сорваться с моих губ. — Я был зол, но мне не следовало этого говорить. Ты должен знать, что я не думаю так о тебе.

— Я знаю, — грубо ответил Лэнс. — И мне жаль, что я пытался навязать тебе идею разделить трон с Вега. В мои намерения не входило кричать на тебя об этом или пытаться навязать тебе выбор. Я просто думаю, что…

— Я не могу… пожалуйста, мы можем не обсуждать Вега сегодня вечером? — умолял я. — Они и так слишком часто преследуют меня.

Лэнс отступил назад настолько, что посмотрел на меня, слегка нахмурившись. Я знал, что в какой-то момент нам нужно будет поговорить об этом, но я не собирался менять свое решение о том, чтобы разделить свой трон с дочерьми Дикого Короля. Лэнс вздохнул, похоже, понимая, что сейчас мы ничего не решим, и кивнул мне. Было почти Рождество, и мне просто нужно было, чтобы у нас двоих все было хорошо. Мы можем разобраться с этим дерьмом в другой раз. Кроме того, я понимал, что он просто хотел помочь мне, представив все возможные решения моих проблем с близнецами, но я был уверен, что он никогда по-настоящему не верил, что мы разделим трон.

— Конечно, — согласился Лэнс с натянутой улыбкой, позволив теме на время уйти в долгий ящик. — Я просто так рад, что ты вернулся.

— Это чертовски убивало меня. Не знаю, почему я не смирился с этим раньше, — сказал я низким голосом, заставив себя отпустить его, и мы двинулись дальше в дом. — Я просто был так зол на себя за многие вещи в последнее время, и я… я думаю, я просто не хотел брать на себя ответственность за все это.

— Твой отец воспитал тебя безжалостным и не берущим пленных. Он учил тебя никогда не склоняться, не отступать и не извиняться за свои действия. Я должен был прийти к тебе, — сказал Лэнс, взяв мое лицо в свои ладони, чтобы я не мог отвести от него взгляд. — Я просто не хотел, чтобы ты думал, что единственной причиной моего прихода была эта чертова метка на моей руке.

Я покачал головой, и он ослабил свою хватку.

— Я знаю, что наша отношения больше, чем то, что нам навязали, — честно сказал я. — Я люблю тебя как брата. Ты значишь для меня больше, чем большинство настоящих членов моей семьи.

— Что ж, давай радоваться, что мы не родственники, — поддразнил он. — Потому что если бы у нас обоих был характер Дракона, то у нас было бы гораздо больше таких ссор — и минеты были бы совсем не те.

Я фыркнул от смеха и провел рукой по волосам, выпустив вздох облегчения. Впервые за несколько недель мое сердце стало легким, и напряжение во мне немного ослабло.

— Ты был прав, когда сказал, что я сам себе злейший враг, — пробормотал я. — Кажется, что единственные решения, которые я принимал в последнее время, были в худшую сторону.

— Ну, в последнее время я и сам чертовски хорошо принимаю плохие решения, так что я не могу осуждать тебя. — Лэнс прошел к дивану и опустился на него, наполнив стакан бурбона, стоявший на журнальном столике, и предложив его мне, а затем отпил из бутылки сам.

— Ты хочешь это обсудить? — спросил я, придвигаясь ближе к нему так, что наши ноги оказались прижаты друг к другу. После нескольких недель избегания друг друга, кроме занятий, тренировок по питболу и нашей работы с тенями, связь между нами жаждала этого соединения, и я знал по опыту, что легче поддаться ей, чем пытаться бороться с ней.

Лэнс долго смотрел на меня, потом вздохнул.

— Я хочу. Но не сейчас. Сейчас я просто хочу насладиться твоим обществом и, вполне возможно, провести ночь, баюкая тебя совершенно платонически, совершенно нелепым, блядь, способом, который необходим этой связи.