Верность в подарок (СИ) - Крит Рилл - Страница 44

В кругу семьи Дэмиан забыл о случившемся, наслаждался обедом в незнакомом ресторане, слушал Артура и Леонарда, с энтузиазмом принимал участие в разговоре, совершенно не чувствуя неловкости. Де Вер стали семьёй, о которой Дэмиан всегда мечтал и он очень хотел верить, что с каждым днём будет делать их и свою жизнь прекраснее. Возвращался домой Дэмиан с покоем внутри и предвкушением перемен, не мог точно определить, каких именно, но всем нутром ощущал, как что-то обязательно переменится. Однако кое-что оставалось неизменным, например, уют и покой, витающий в особняке де Вер, или нежность, с которой смотрел Уильям, встречая у дверей. Они с Дэмианом поцеловали друг друга, Уильям обнял его за талию и ненавязчиво поинтересовался у родителей:

— Я ведь могу его забрать?

Родители мягко кивнули в знак согласия, проводили сына и Дэмиана взглядами. Как только они отошли достаточно далеко, с лёгким беспокойством Артур уточнил:

— Ты тоже заметил, что мальчики стали вести себя по-другому?

— Да, милый, но однажды это должно было случиться, — не без тоски признался Леонард, обнял супруга за руку. — Я лишь надеюсь, что они преодолеют это вместе.

— Не волнуйся, мы хороши их воспитали.

Не подозревая о разговоре родителей, Уильям вёл своего прекрасного омегу в комнату, чтобы наконец завершить портрет, солнце, конечно, поднялось слишком высоко и создавало не ту обстановку, но она достаточно чётко засела в голове, чтобы руки сумели её воспроизвести. При должном желании Уильям сумел бы дописать портрет самостоятельно, однако не мог позволить себе упустить возможность полюбоваться обнажённым телом Дэмиана, слишком он хорош.

Дэмиан неспешно разделся, позволяя Уильяму наблюдать за процессом, изящно прошёл до софы, накрытой покрывалом, и принял прежнюю позу, зачесал волосы на плечо и поднял чарующий взгляд. Безупречный. Каждый раз Уильяму приходилось совершать над собой небольшое усилие, чтобы оторваться от Дэмиана и суметь вернуться к картине, которая всё больше обрастала деталями, оттенками, полутонами и спустя несколько часов усердной работы была завершена. Заметив, как Уильям отложил кисть и принялся разглядывать холст, Дэмиан прикрылся покрывалом, беззвучно подошёл. Картина получилась изумительной, каждая деталь интерьера отпечаталась на ней, преобладали цвета восхода, рисующие густые тени и яркие блики, и Дэмиан легко узнавал себя, но, кажется, в разы, в десятки раз красивее.

— Уилл… это невероятно… Ты правда видишь меня таким? — вполголоса проронил Дэмиан, услышал тихий смех.

— Вижу? Ты в самом деле такой.

Уильям подал руку и когда Дэмиан вложил ладонь, притянул его к себе, усадил на колени. Некоторое время Дэмиан и Уильям глядели друг другу в глаза, улавливали романтические нотки, которым первым поддался альфа, осторожно наклонил голову Дэмиан и украл его поцелуй, ощутил, как пальцы омеги легли на плечи. Поцелуй резко завершился, когда дверь вдруг открылась. Оценив обстановку беглым взглядом, Сэмюэл разрушил её романтичность:

— Вот ты где.

Дэмиан робко улыбнулся, убрал волосы на плечо, но не успел ничего спросить, Сэмюэл раньше озвучил цель визита:

— Дэмиан, я бы хотел украсть тебя.

Вновь тот не сумел ответить, но теперь помешал Уильям, чей голос прозвучал на удивление серьёзно:

— Вообще-то у нас были планы.

— Да? Какие же?

О планах Дэмиан и сам бы хотел узнать — кроме как дорисовать портрет, Уильям ничего не предлагал, да и сам он замялся, глядел брату в глаза, видимо надеясь, что этого окажется достаточно. В первый раз с момента встречи Дэмиан ощутил такое напряжение между Уильямом и Сэмюэлем, но, возможно, они просто стеснялись признаться в своих желаниях.

— Мы можем вместе чем-нибудь заняться, — предложил Дэмиан, и обстановка немедленно разрядилась. — Погода просто замечательная, можем прогуляться, а потом, не знаю, уединиться в моей комнате, — кокетливо продолжил Дэмиан, расчёсывая пальцами волосы, — продолжить то, что не успели вчера.

Возразить не сумел ни Уильям, ни Сэмюэл, и Дэмиану показалось, что они вернулись в привычное состояние; возможно, не сумели договориться о том, чем заняться, потому и повели себя так? Понадеявшись, что всё правильно понял, Дэмиан оделся и в тот момент альфы тактично отвернулись, но пару раз переглядывались между собой, взглядами говоря куда больше, чем словами.

В машине напряжение более или менее улеглось, но на всякий случай Дэмиан придумывал всё новые и новые темы для разговора, предлагал, чем можно заняться вечером, какой фильм посмотреть всей семьёй или во что поиграть, может быть даже втроём на приставке, и когда Уильям с Сэмюэлем пришли к единогласному решению, окончательно успокоился. Дэмиан пришёл к выводу, что каждый из них в самом деле рассчитывал провести время наедине со своим омегой, вот и проявилось некоторое соперничество, однако пока не пришёл вечер и возможность исполнить любовные желания, Дэмиан предложил пройтись по городу, заглянуть в парк, угоститься мороженым или коктейлем, и не встретил возражения.

Свежий воздух, чистое небо и яркое солнце помогли Сэмюэлю и Уильяму прийти в себя, они перестали как-то по-новому глядеть друг на друга, не перебивали, позволили Дэмиану всецело руководить прогулкой, вот только кое-что странное он всё же заметил. Стоило Дэмиану предложить купить мороженое, как альфы едва ли не дрались за то, что сделает это для Дэмиана, когда он предложил сфотографировать уток на озере, Уильям и Сэмюэл едва не выхватывали телефоны друг у друга, хотя совершенно спокойно могли сфотографировать птиц с разных сторон, и, если Дэмиан задавал какой-то вопрос, чуть ли не наперебой отвечали. И раньше Дэмиан замечал некоторое соревнование между Сэмюэлем и Уильямом, однако сейчас оно словно приобрело более явный агрессивный характер, из-за чего Дэмиан чуть не растерялся, но затем вспомнил свою теорию. В агентстве омеги частенько шутили, что, если альфа не в духе, скорее всего у него просто давно не было секса, и Дэмиан считал своим долгом исправить это неприятное упущение.

Чтобы Уильям и Сэмюэл не спорили всю дорогу и окончательно не испортили друг другу настроение, Дэмиан предложил поскорее вернуться домой, ведь замёрз, и чтобы согреться существовал лишь один способ. Намёк альфы поняли, затягивать с исполнением просьбы не стали, и пусть понимали, почему именно Дэмиан так себя повёл, почему перешёл в режим обольстителя, в чём немного винили себя, Уильям и Сэмюэл признавали, что не смогли бы спокойно гулять, учитывая бушующие эмоции. Их становилось слишком много.

До прибытия домой Уильям и Сэмюэл старались вести себя максимально сдержанно и дружелюбно, особенно по отношению друг к другу, а Дэмиан изо всех старался верить, что дело исключительно в отсутствии любовного проявления. В машине Дэмиан держал своих альф за руки, отвлекал разговорами обо всякой ерунде, пытался помочь им хоть немного набраться терпения, отвлечься хотя бы до приезда. Уильям заранее предупредил родителей, что ужин они пропустят, а по приезду с чистой совестью взял Дэмиана за руку, помог выйти из салона, и почти сразу подскочил Сэмюэл, подал омеге вторую руку. Его касался усилившийся запах хвойного леса и зелёного чая, напряжение обоих альф, и Дэмиан ускорил шаг, чтобы не заставлять их ждать ещё дольше.

Пока Сэмюэл закрывал дверь, Уильям успел притянуть к себе Дэмиана и захватить его губы глубоким сочным поцелуем, и столь наглый жест Сэмюэл постарался проигнорировать. Он плавно подошёл к омеге, припал губами в коже на его шее и принялся расстёгивать пуговицы на рубашке. Наслаждаясь ласками, Дэмиан целовал Уильяма, сжимал пальцы на его плечах, ощущал горячее дыхание на своей шее, а затем лопатках и спине, когда Сэмюэл стянул рубашку. Почти как в первый раз.

Альфы жадно целовали Дэмиана, заставляя его изгибаться и тихонько постанывать, ощущать нетерпение Сэмюэля, а тем более Уильяма, который целовал всё ниже, сперва ключицы, а затем грудь. Дэмиан вскинул голову, наслаждаясь прикосновениями, горячими поцелуями, запустил пальцы в волосы Уильяма и шумно выдыхал сквозь разомкнутые губы. Приятно, но какое нетерпение исходило от каждого их альф… Дэмиан понимал, что, если их не поторопить, и ему, и Уильяму, и Сэмюэлю придётся нелегко. Всего пару минут Дэмиан позволил себе насладиться разгорячёнными ласками своих альф прежде, чем прошептать: