Ох и трудная это забота – из берлоги тянуть бегемота. Книга 2 (СИ) - Каминский Борис Иванович - Страница 117

— То-то на вас ополчились все левые партии, — сказанное Борисом секретом не являлось, и со многим Красин был согласен, но как тут было не съехидничать.

— Есть такое, особенно Владимир Ильич. «Что такое „новые социалисты“, и как они борются с социал-демократией», — процитировал название последней работы Ильича переселенец, — и это вместо благодарности за титанический труд по приближению торжества марксистской теории.

— Борис Степанович!

Красин прекрасно понимал подтекст сказанного, но надо же знать пределы ерничеству. Вот только Федотов с этим был не согласен:

— Дык, что тут непонятного, — прикинулся шлангом переселенец, — развивая капитализм с человеческим, заметьте, лицом, новые социалисты приближают пролетарскую революцию, которая, согласно учению, может состояться только в развитых странах. Вот и думай, кто из нас больший марксист я или Ленин?

— В скромности вас упрекнуть, трудно.

— Есть такое, а теперь давайте подумаем, что произойдет, если большевики получат помощь в размере полтинника в месяц. Я имею в виду тысяч рублей, — поправился, довольный произведенным эффектом переселенец.

Указанная сумма позволяла решить самые сокровенные замыслы. Бывшему казначею партии большевиков это было ясно, как божий день.

Подпольная литература потоком хлынет в Россию. На местах появятся, так необходимые для организации забастовочной борьбы средства. И не только забастовочной, появится оружие. Будет, наконец, решен вопрос с регулярным созывом съездов. Средств хватит не только на их проведение, но и на безопасный выезд депутатов за границу. Силу денег Красин знал доподлинно.

Леонид Борисович был умным человеком. Задохнувшись от открывшихся перспектив, он тут же запустил критический анализ и его выводы ему не понравились. Заметил это и Федотов:

— Не уверен, но мне кажется, мы думаем сходным образом.

— Тогда, вы открываетесь первым.

— Годится. По-моему, ничего новаторского в марксизм Владимир Ильич не привнесет, и другим не позволит. Но едва мелькнет возможность успешного переворота, тут же ринется брать власть и строить пролетарское государство, и в гробу он видел догмат марксизма о революции одновременно в нескольких развитых странах.

«И точно также, но чуть позже, он пинками будет загонять сопартийцев в НЭП», — эту концовку Федотов произнес про себя.

Прозвучало резко, даже со злостью. Не то, чтобы сказанное Федотовым совсем не совпадало с представлениями Красина, но резанула прозвучавшая неприязнь.

— Не слишком ли вы жестко? — в интонациях Красина послышалось недовольство.

— Вы думаете, я упрекаю Ленина? В какой-то мере да, упрекаю, но к лидеру такого масштаба относится с обывательскими мерками, откровенно глупо. А то, что мы видим, всего лишь проявление лидерских свойств.

Ленин — сильный лидер, эта мысль посетила Бориса в канун перестройки. Лидер не может не доминировать, но кружок по интересам, что по ошибке назывался Российской социал-демократической рабочей партией, превращению в революционную силу отчаянно сопротивлялся. Отсюда причины драки за влияние в ЦК и в редакции Искры. Многие этого не понимали и драку за сильную партию называли склоками.

Потом эта мысль забылась. Спустя годы в интернете наткнулся на высказывание марксиста-ревизиониста: «Революция 1905-го года пошла не по Марксу, что вызвало глубочайший кризис в партии. Умные люди сразу поняли — марксизм не идеален. Прекрасно видя огрехи, Ленин стеной встал на пути ревизии учения. Причина более чем убедительна — пересмотр марксизма в то время мог разрушить партию».

Краткий курс о таком стыдливо умолчал, а мысль запомнилась, но если автор прав, то почему догма о пролетариате дожила до восьмидесятых годов? Ответа на этот вопрос у Бориса не было, как и не было желания обсасывать особенности личности вождя. Для себя Федотов все давно решил — марксизм содержит в себе слишком много неувязок, чтобы им пользоваться в практических целях, ну, разве что изредка бросить звонкое словцо.

— Мне кажется, что все гораздо печальнее. Это сейчас, пока партия пребывает в плачевном состоянии, наши жандармы жуют сопли, но появись с этой стороны настоящая угроза… Уверен, несчастный случай с летальным исходом Ленину обеспечен. Тем более кокнут полоумных меценатов.

«А в случае прихода большевиков к власти, дай бог, если „данайцам“ предоставят место на „философском“ пароходе. С запасной парой кальсон в саквояже, но знать Красину, как большевики выперли из страны несогласных вольнодумцев, не стоит».

— И вот еще, что, — резко сменил тему Федотов, — кой-какая теория у социалистов появилась. Помните, в 1911-ом году вы меня навели на статью о исторических волнах развития России? Так вот, недавно выяснил — социалисты взяли ее на вооружение. Кстати, под их патронажем, вышла работа о корпоративизме. Очень любопытная статья, рекомендую. В ней рассматривается идея солидарного общества, в котором в той или иной мере собственниками становится все его члены. По замыслу авторов, это в значительной мере демпфирует основное марксово противоречие.

На самом деле «Теорию исторических волн» написал коллектив молодых историков нанятых Зверевым.

Димон курировал и платил, Федотов вспоминал прочитанное у Григория Кваши о его 144-летних циклах развития. Коллектив копал глубоко и самозабвенно. И в самом деле, почему бы молодым и амбициозным выпускникам исторических факультетов не порыться в истории своей страны, и не выявить массу фактов, подтверждающих предположения странного мецената? Особенно, если за твою работу тебе неплохо платят и ты такой молодой и перспективный, печатаешься в солидных журналах. Такая работа заставляет трудиться почище любой неволи, а то, что на тебя обрушиваются мастистые, так ведь и сторонников более чем хватает. На публичных слушаниях студенческая галерка профессуре не давала рта открыть, и однажды пришлось вызвать полицию.

Авторы не подвели и нарыли даже больше, чем рассчитывали наниматели. Они самостоятельно надыбали двенадцати и четырехлетние интервалы, о существовании которых Федотов напрочь забыл.

«Соцалистические партийцы» заглотили эту идею, как алкаш похмельную стоку. Еще бы, ведь на основе анализа истории России с допетровских времен и по настоящее время, теория предсказывала, что Россия вот-вот войдет в стадию «Большого тридцатишестилетнего рывка». Кто же удержится не попытать счастья возглавить и войти в историю.

Верна ли эта теория? В какой-то мере верна. К тому же, не только Кваша грешил оцифровками событий, но все авторы выделяли волну длительностью около ста пятидесяти лет. Кваша анализировал период от допетровских времен до начала XXI века, получалось складно — за периодом большого рывка, следовал период идиотизм саморазрушения, на смену которому приходило успокоение, сменяющееся застоем. Здесь копился протест против мирного ням-ням и Россия вновь рвала вперед. Каждый период по 36 лет. Эпоха Петра и Сталина удивительным образом совпали. Будет ли взрыв на этот раз — покажет будущее. В этом деле главное не фонтанировать фанатизмом.

И ведь это еще не все. Кроме теории исторических волн, в печать недавно пошла статья, известная в мире переселенцев под названием: «Неокорпоративизм Филиппа Шмиттера». Жаль, что Петру Аркадьевичу удалось познакомится только с ее набросками, но радикально нарушать ход истории нельзя, точнее рано.

Своя партия переселенцам была нужна для взятия власти и последующего толчка России на прорыв.

Интерес Красина, каким Федотов видит государственное устройства, был удовлетворен: республика при наличии всех форм собственности и жестким управлением со стороны государства, о диктатуре Федотов умолчал.

Удастся ли реализовать всеобщий подъем? Большевикам, при всех их ошибках, это удалось, но заплаченная цена кусалась.

Поначалу они непозволительно долго маялись фигней, ожидая реализации предсказаний Маркса. Ждали, что еще немного и их подержит пролетариат развитых стран, и тогда… Ах, какая бы тогда была жизнь!