Моя вопреки (СИ) - Адлер Алекса - Страница 63

− Думаешь, я делаю ошибку? — спрашиваю у Чотжара, когда Жина и Нэоко помогают мне улечься обратно в кровать, расправив тонкие юбки и тихонько покидают спальню.

Моему хранителю мне, само собой, пришлось всё рассказать. И про предложение Сэтору. И про его клятвы Абсолюту. И про приказ А-атона.

Вчера Чотжар промолчал. Сегодня тоже пока ни разу не высказался.

− Я не зс-с-снаю, что тебе с-с-сказать, Лина, − мрачно отвечает на-агар. − Ты умираеш-ш-шь. Это очевидно и неоспоримо. И я ничем не могу помочь. Не могу тебя уберечь, не знаю как. Долг перед тобой велит немедленно отдать тебя жрецу, чтобы с-с-спасти от с-с-смерти. Долг перед Повелителями велит жреца убить, за то, что пос-с-сягает на запретное. Ты з-с-снаешь, что Повелитель А-атон не брак имел в виду, разреш-ш-шая тебе связь с С-с-сэтору.

− Знаю, − закрываю глаза.

Ладони, лежащие на животе, ставшем уже таким заметным, невольно сжимаются. И словно в ответ я чувствую, как внутри идёт лёгкая волна, толкая в раскрытую ладонь. Мои мальчики, мои солнышки любимые. Ради них я готова на всё.

− Но Повелитель А-атон дал мне право действовать на своё усмотрение, делать всё, чтобы выжить и спасти наследников. Я не вижу больше никакого другого выхода.

− Ты убеждаеш-ш-шь меня, или с-с-себя? — усмехается Чотжар, приближаясь к кровати. — Меня тебе не обмануть, Лина. Ри-одо Сэтору с-с-сумел пробраться тебе под кожу. Ты внутренне противиш-ш-шься этому браку только потому, что не хочеш-ш-шь быть в глазах Повелителей предательницей. Признай честно, если бы ты была уверена, ч-ш-што они примут твоё реш-ш-шение, стала бы ты так долго тянуть с ним?

− Я не знаю, − произношу абсолютно искренне. Смаргиваю набежавшие на глаза слёзы. — Правда, не знаю. Для той, кем я была раньше, и два мужа много. Я не представляла даже, что смогу любить двух мужчин одновременно. Но люблю всем сердцем. А три… не думаю, что это правильно. Не знаю, что я к нему чувствую. Но выбора у меня больше нет. И мне страшно, чем это обернётся, когда императоры вернутся.

− Как любит говорить твой будуш-ш-чий третий с-с-супруг — время вс-с-сё рас-с-ставит по местам, − хмыкает мой хранитель, бросая внимательный взгляд на входную арку. — Он идёт. Готовьс-с-ся.

И правда, уже меньше чем через минуту я слышу, как открывается в гостевой части покоев входная дверь и вскоре в спальне появляется Сэтору. В тёмно-бордовом наряде, собранный, серьёзный.

− Приветствую, моя императрица, − кланяется он, окидывая меня нечитаемым пристальным взглядом. — Я пришёл, как мы и договаривались. Готова ли ты пойти со мной?

− Да, − скорее выдыхаю, чем произношу.

И только теперь до меня доходит в полной мере, что сейчас должно произойти. Я войду в круг с этим мужчиной, чтобы отдаться ему и стать женой. Между нами всё случится. Сегодня. По-настоящему. Неотвратимо. Он возьмёт моё тело. Я изменю своим мужьям с другим. Третьим.

Судорожно вздохнув, закрываю глаза. То, как Сэтору подходит, чувствую, а не вижу.

− Неужели я так противен тебе? — касается моего виска горячее дыхание. И мужские руки подхватывают мое истощённое тело с кровати.

− Нет. Просто… я чувствую себя предательницей, − признаюсь ему тихо. Не хочу, чтобы думал, будто противен. Он не заслужил такого.

− Подумай о том, что сил тебя лишили они сами. Вольно или невольно. Ты же спасаешь себя и их сыновей. Это не предательство, Лина, − хрипло произносит Сэтору мне в волосы. — Не думай сейчас о них. Их нет с тобой рядом. А есть я. Всё это время был я. И буду теперь всегда, даже когда они вернутся. Я никому не позволю причинить тебе боль.

− Это невыполнимое обещание, ри-одо, − качаю головой.

− Посмотрим, − роняет он, выпрямляясь. — Ни-одо Чотжар, вы как хранитель моей будущей супруги, полагаю, будете нас сопровождать до самого круга.

− Да, − спокойно отвечает на-агар.

− Тогда проследите, чтобы доверенные служанки императрицы, её лекарь и телохранители тоже отправились с нами. Я забираю свою будущую жену в свой дворец. Брачный обряд мы пройдём именно там.

Глава 40

Почти всю дорогу я проспала на руках у Сэтору. Просто свернулась клубочком у него на груди и позволила себе уплыть в дремотное опустошение, окончательно доверившись этому мужчине. Вряд ли он унесёт меня куда-то в другое место, а не в ритуальный круг, раз уж так добивался моего согласия.

И действительно, не унёс…

Когда меня будят чьи-то тихие голоса рядом, и я заставляю себя распахнуть затуманенные глаза, оказывается, что мой красноволосый жених уже осторожно несёт меня по широкой винтовой лестнице, очень похожей на ту, что ведёт в святилище в семейном дворце императоров. То самое, где три месяца назад я стала женой моим Повелителям.

Видимо, мы прибыли на место.

Сбоку и чуть позади скользит Чотжар. Кажется, именно его голос я только-что слышала. А с другой стороны от Сэтору идёт незнакомый мне мужчина, высокий, худощавый, очень суровый и серьёзный на вид. Красные волосы, стянутые в характерную косу, выдают в нём родственника Сэтору.

− Отс-с-сутствие с-с-свидетелей этого обряда может вызвать протест в Совете, и вы прекрас-с-сно это понимаете, ри-одо С-с-сэтору, − мрачно замечает Чотжар.

− Да. Так же, как понимаю то, что Лина сейчас не в состоянии отвечать перед Советом за своё решение, − отрезает жрец. — Промедление может её убить. Отсутствие дополнительных свидетелей ударит прежде всего по мне, ни-одо. Мне понадобится официальное признание Повелителями моих законных прав на собственную супругу, когда они вернутся. Так что не пойму, с чего ты нервничаешь, на-агар?

− Я пытаюс-с-сь понять, в чём тут подвох, − скалится мой хранитель.

− Ты не допускаешь мысли, что его нет? — награждает змея саркастичным взглядом Сэтору. — Лина предназначена мне так же, как предназначена своим сэ-аран. Даже если бы не эта ситуация с её истощением, я бы ждал и добивался нашего брака, сколько бы на это не понадобилось времени. Даже твои хозяева не смогли бы долго идти против воли Абсолюта. Но сейчас для меня главное сохранить ей жизнь во что бы то ни стало. И у меня нет желания доказывать кому-либо кроме неё самой, что я могу и имею право это сделать.

− И при этом вы не рас-с-считываете, что пос-с-сле брачного обряда и образования брачной с-с-связи с-с-с императрицей, получите больше ш-ш-шансов, что вас не убьют её сэ-аран? — в голосе Чотжара столько яда, что даже меня внутренне передёргивает.

− Ты реально думаешь, что Повелителя Са-оира остановит наша с ней связь, когда он узнает обо всём? — цинично интересуется в ответ жрец.

Он так спокойно говорит об этом. Реально ожидает поединка с Са-оиром. Из-за меня.

Дыхание спирает. И в груди теперь начинает жечь.

− Нет. Но вероятность выж-ш-шить в поединке с Повелителем С-с-са-оиром в два раза выш-ш-ше, чем в бою с обоими императорами, − фыркает на-агар, заставляя моё сердце болезненно сжаться. Так сильно, что хочется схватиться за грудь, расцарапывая кожу.

Я не выдержу этого. Если кто-то пострадает. Са-оир, или А-атон… или Сэтору. Его смерти я тоже не хочу.

Сэтору на это ничего не отвечает. Возможно, потому что мы останавливаемся у громадной двери и второй наш сопровождающий выходит вперёд, чтобы приложить ладони к дверным створкам и открыть святилище. Он же и ступает туда первым, спокойно перешагивая линию круга и направляясь в центр круглого зала. Точно так же, как когда-то Сэтору, собираясь провести обряд для нас с Повелителями.

Чотжар остаётся за дверью. А меня на руках переносят через ту самую черту, которую я никогда не думала переступать. Свет вспыхивает белой стеной, отсекая нас троих от внешнего мира. Граница смыкается.

Второй жрец поворачивается к нам, словно в объятии распахивая руки. На ладонях разгораются золотистые искры.

Сэтору заглядывает мне в лицо и, увидев, что я не сплю больше, склоняется к моим губам. Медлит мгновение, словно спрашивая разрешения. И когда я тихо вздыхаю, опуская ресницы, целует, вдыхая в меня уже такой привычный поток обжигающего огня.