Интимная жизнь римских пап - Которн Найджел - Страница 24

Всегда помогавший членам своей семьи, Климент сделал пятерых родственников кардиналами. Умер он во Флоренции от руки монаха, который во время мессы подсыпал яд ему в кубок.

После Климента папский престол занял Иоанн XXII (1316–1334). Император Людовик IV сместил его в 1328 году, но Иоанн, нисколько не испугавшись, продолжал сидеть на престоле в Авиньоне.

Иоанн был одним из тех пап, которые за неуплату налогов отлучали священников от церкви. Кроме того, он за определенную сумму давал отпущение грехов, даже если речь шла об инцесте и педерастии. Особенно лояльно он относился к собственным грехам, сделав одного из своих сыновей кардиналом.

Кроме того, у Иоанна появилась блестящая идея возобновить годовой налог на секс, который священники должны были платить, если они хотели содержать любовницу. Он навязал его даже тем представителям духовенства, которые соблюдали обет безбрачия, на случай, если до конца года им посчастливится завести подружку.

Примерно тогда же миряне в Испании начали выступать с требованием, чтобы священники заранее, прежде чем брать новый приход, находили себе любовницу.

Когда в 1328 году Людовик сместил Иоанна XXII, Николай V (1328–1333) уже стоял на очереди, чтобы занять престол. Он женился еще в юности, но через пять лет оставил жену, Джованну Маттео, и детей и вступил в ряды францисканцев. Сторонники называли его аскетом; однако противники считали лицемером с сомнительной репутацией. Все «знали о его чрезмерной любви к выпивке». Хотя Николай V согрешил в молодости, вступив в брак, император Людовик решил проблему, откупившись от Джованны Маттео. Николай V заседал в Пизе, пока Иоанн XXII обитал в Авиньоне.

Антипапа Николай не имел большого количества последователей, поэтому все его заботы сводились к сколачиванию огромного состояния — он грабил храмы. Его положение не слишком упрочилось и после того, как в 1329 году он устроил в Пизанском соборе весьма необычную церемонию — перед судом предстала соломенная кукла в папских одеяниях, которая изображала папу Иоанна XXII. Куклу признали виновной, подвергли надругательству и отдали в руки мирских властей для наказания.

Людовик лишил Николая своей поддержки и тот оставил Пизу и попытался договориться с Иоанном XXII. Иоанн обещал ничего против него не предпринимать, если Николай покается, но за спиной проклял антипапу. «Пусть его дети станут сиротами, а жена вдовой», — сказал Иоанн.

Впрочем, когда Николай вернулся в Авиньон, Иоанн его не убил — во всяком случае, не сразу. Он заточил Николая в папском дворце, где тот через четыре, года скончался.

Теперь Иоанн XXII мог быть свободен в своих действиях, не встречая никакого сопротивления. Он любил роскошь и тратил огромные деньги на содержание родственников и друзей. На пиршестве, устроенном в честь бракосочетания своей двоюродной племянницы Жанны де Триан с Гишаром де Пуатье, гости прикончили 4012 караваев хлеба, 8 быков, 55 овец, 8 свиней, 4 кабана, большое количество разной рыбы, 200 каплунов, 690 цыплят, 580 куропаток, 270 кроликов, 40 ржанок, 37 уток, 50 голубей, 4 журавля, 2 фазана, 2 петуха, 292 маленькие птицы, три английских центнера[26] сыра, 3000 яиц, 2000 яблок, груш и других фруктов. И одиннадцать баррелей[27] вина.

Жак Фурнье, который впоследствии стал преемником Иоанна, Бенедиктом XII (1334–1342), начинал свою карьеру в качестве инквизитора во время войны с катарской ересью. Из чего следовало, что он не мог не интересоваться сексуальной жизнью духовенства. В 1320 году он начал расследовать дело священника Пьера Клерже, кюре небольшой деревушки Монтелу.

Вдова некоего Пьера Лизье рассказала инквизиции, что семь лет назад, когда ей было четырнадцать или пятнадцать лет, кюре пришел к ним в дом, где она жила с матерью, предложил ей заняться сексом, и она согласилась. Он лишил ее невинности на сеновале. Потом он регулярно захаживал в дом ее матери, они занимались сексом днем, и ни у кого не возникло подозрений. Позднее мать обо всем узнала, но не возражала против продолжения отношений. В январе следую-шего года девушка вышла замуж за Пьера Лизье, причем кюре Клерже благословил новобрачных. Однако брак не уменьшил любовного пыла священника.

«В течение следующих четырех лет кюре продолжал меня навещать с ведома и разрешения моего мужа». — рассказала она будущему папе. Муж даже предупреждал ее, что она не должна обращать внимание на других мужчин, только на кюре, и она продолжала заниматься любовью с Клерже до самой смерти мсье Лизье.

Когда будущий папа спросил, считает ли она занятия любовью со священником преступлением против веры, вдова ответила, что она не считала это грехом, поскольку оба получали большое удовольствие.

Однако кюре Клерже не ограничился одной любовницей. Он завел целую дюжину, причем каждой говорил, что любит ее больше всех остальных женщин мира. Одна из них, молодая вдова по имени Беатрис де Плениссол, рассказала будущему папе, что кюре послал к ней ученика, который спросил у нее, согласна ли она спать со священником. Когда она ответила утвердительно, мальчик отвел ее в местную церковь святого Петра, где кюре устроил себе уютное гнездышко.

«Разве можно заниматься такими делами в церкви святого Петра?» — спросила женщина. «Бедный святой Петр», — ответил кюре. После чего они легли в постель и занялись любовью. На рассвете он проводил ее домой.

Нарушение обета безбрачия и осквернение церкви не считалось таким уж страшным грехом в глазах будущего папы и бледнело перед настоящим преступлением — использованием примитивных противозачаточных средств.

Беатрис заявила, что беременность ее опозорит, и Клерже дал ей какие-то травы. Обычно они предназначались для предотвращения свертывания молока, но он заверил ее, что травы защитят от беременности. Кюре подвесил мешочек с травами на шею своей подружке, так что они свисали ей на грудь, а затем засунул траву в вагину. После окончания свидания он всякий раз забирал мешочек, чтобы Беатрис, опасаясь забеременеть, не бегала на свидания с другими мужчинами. Он просто сгорал от ревности, поскольку одним из любовников Беатрис был его кузен Реймонд.

Клерже также предупредил Беатрис, что на исповеди она не должна рассказывать другим священникам о своих грехах. Он убедил молодую женщину, что Бог уже обо всем знает и, несомненно, простил ее.

За совершенные грехи будущий папа Бенедикт посадил Беатрис в тюрьму на пятнадцать месяцев. А священник Пьер Клерже, чтобы избежать наказания, стал шпионом инквизиции. Однако в конце концов умер в тюрьме, куда его посадили за другие преступления.

Подобные откровения не могли не поколебать решимость будущего папы игнорировать искушения плоти.

Еще один священник признался Бенедикту XII, что у него раздулось лицо после того, как он лег в постель с обычной шлюхой. Несчастный не сомневался, что заболел проказой из-за связи с проституткой. В Тулузе в те времена больных проказой сжигали. Со страху он дал клятву, что больше даже близко не подойдет к женщине — и принялся соблазнять мальчиков своего прихода. Один из них пожаловался, что священник приходит к нему каждую ночь. Думая, что мальчик спит, он начинает ласкать его так, словно имеет дело с женщиной. Священника арестовали и осудили. Будущий папа Бенедикт XII с большими подробностями занес описание этих случаев в специальный журнал инквизиции.

После того как Бенедикт XII взошел на престол, его не раз подвергали суровой критике, называя «Нероном, смертью для мирян, змеей на груди церкви, лжецом и пьяницей». Петрарка, поэт эпохи Возрождения, описывал его как пьяницу и человека, недостойного называться главой церкви. На то у него имелись личные причины. У Петрарки была очень красивая сестра, к которой Бенедикт воспылал страстью «старого греховодника». Бенедикт предложил Петрарке кардинальскую мантию, если тот отдаст ему сестру. Поэт стойко отверг это предложение. Тогда Бенедикт «купил девушку, заплатив огромную сумму денег другому брату, Герхарду, и проводил с ней все свое свободное время, хотя папы не выносят законных жен, предпочитая им шлюх».