Академия четырех стихий. Волшебство на кончиках пальцев (СИ) - Княжева Анастасия - Страница 17

Я промолчала, жадно вгрызаясь взглядом в кадры с концерта Виктора. Сцена окутана загадочным полумраком, сквозь который можно с трудом различить неподвижные силуэты музыкантов и пустую стойку для микрофона. Солиста не видно. Толпа ревёт, аплодирует, с предвкушением ждёт, когда появится музыка. Но её нет. Как и Виктора.

Внезапно из центра сцены вырастает столб алого пламени, из которого выходит Виктор.

Его рубашка сгорела, скулы, глаза, шея и грудь пылают. Как обстоят дела со штанами не видно из-за густого тумана, а может, и дыма. Но в целом вид у него… какой-то хищный. Пугающе возбуждающий.

Гремит барабан, ревет гитара, вспыхивают софиты — и толпа заходится в приступе ликования. А Виктор, словно дикий опасный зверь, неспешно приближается к микрофону. По-змеиному изгибается, но не берёт его в руки, лишь шевелит губами — и по залу разлетается низкий рычащий голос с будоражащей хрипотцой, от которого сходишь с ума.

— Виктор Штельм превзошёл сам себя! — мурлыкнула Ани. — Ну и голос! У меня от него всё в груди обрывается!

— Это точно, — пробормотала, нервно кусая губы и с ужасом глядя на кадр, где Виктора после концерта арестовывают оперативники Серпентейлиума. Изначальные, во что я его втравила!

— Представляешь, он перенёсся на сцену прямо из постели подружки каким-то опасным порталом. Потому и был, гм…гол… в таком виде! — продолжала меня воодушевлённо просвещать Ани. — А когда ему надевали наручники, сообщил, что дама была так хороша, что он позабыл о выступлении. Газетчики с ума посходили, пытаясь узнать, с кем у него роман.

Внезапно в дверь позвонили. Я попросила Ани меня подождать и выбежала в прихожую.

Открыла дверь и замерла на пороге. Передо мной стояла роскошная высокая девушка двадцати двух-двадцати трёх лет в черном костюме с ремнями и кожаными вставками. Блестящие рубиновые волосы были заплетены в длинную косу, которая ниспадала на меховой воротник небрежно наброшенного элегантного чёрного пальто.

Её напарник-афроамериканец тоже не особо рьяно маскировался под гражданского. На его пальцах, щеках были вытатуированы кельтские руны, а из кармана кожаного плаща выглядывала длинная палочка.

— Доброе утро, мисс Фоуксли. Меня зовут Кассандра Мерц, — мурлыкнула девушка, едва приспустив чёрные очки-авиаторы. — Я — правая рука лэра Максимилиана дей Штеллема. Мы с напарником хотели бы задать нам пару вопросов касательно недавнего происшествия с мистером Штельмом. Позволите войти?

Первой мыслью было спровадить их куда подальше, но это бы испортило нашу с Виктором легенду. Однако я всё же не удержалась от вопроса:

— А можно взглянуть на наши удостоверения?

Оперативники обменялись кривыми ухмылками, но показали свои жетоны. Пришлось впустить. Я провела их в гостиную, незаметно прихватив со стола палочку и сунув за пояс джинс. Возможно, это было излишним, но моя интуиция так и вопила об опасности. А бабушки с дедушкой, как назло, не было дома.

— Вайссалийская сталь? — небрежно спросила девушка, заметив висевший над камином меч. — Гоблинская работа?

— Всё верно. — И сдался им всем этот меч! — Присаживайтесь.

Она говорила очень странно: претенциозно, напевно-лениво, будто была в трансе или под дурманом. То и дело кривила губы в понятной лишь ей улыбке, разглядывая дом и меня, и не шла, а словно плыла. Но самое странное было в том, что я её знала.

Кассандра Mepц считалась звездой Серпентейлиума, Красной ветряной Коброй. Крайне опасной и властной. Несмотря на то, что не принадлежала к числу аристократов. И до этого момента я мечтала однажды добиться того же, что и она.

— Что вы знаете о происшествии на концерте мистера Штельма, мисс Фоускли? — наконец спросила Кассандра.

Я включила режим идиотки и пожала плечами.

— Только то, что показывали по телевещателю. Не понимаю, за что его арестовали. Порталы открывать не запрещается.

— Обычные нет, — опять скривила губы оперативница. — А вот необычные… Что вы делали, мисс Фоуксли, вчера с девяти до десяти вечера?

— М-м-м, готовила салат, кажется. Я толком не помню. Ужасно хотелось спать.

Оперативники переглянулись. Парень хмыкнул и уточнил:

— А мистер Штельм готовил его вместе с вами? — Я изобразила недоумение, внутренне изнывая от страха. Они знали, что совершил Виктор, и пытались отыскать доказательства. — Видите ли, мисс Фоуксли, мы в курсе того, что мистер Штельм сопровождал вас порталами от академии.

— Верно, — натянуто улыбнулась я. — Но мы разделились в районе Олсенваля, и я пересела на поезд.

О подробностях вчерашнего путешествия никто, кроме меня, Виктора и Марка не мог знать. И я была уверена в каждом из нас троих. В камеры наблюдения мы с огневиком вроде бы не попадали, а из посторонних его видел лишь Дин, но я бы с ним смогла договориться.

— Неужели?.. — с какими-то издевательскими интонациями мурлыкнула Кассандра. — А я заметила у вашего соседа обугленный почтовый ящик…

Вот бездна!

— И что?

— А то, что по нашим данным портал в Ингалию был открыт не из Олсенваля, — жестко произнёс её напарник. — Линия теряется. Но если продолжить её в том же направлении, то след указывает на это место.

— Очень странно… — Я заморгала. — Возможно, вы ошибаетесь. Отсюда до Ингалии слишком далеко. Вряд ли кто-то сумеет открыть подобный портал.

— Всем присутствующим в этой комнате прекрасно известно, что одному нашему общему знакомому это вполне по силам. Проблема в том, мисс Фоуксли, — пропела Кассандра, лениво разглядывая статуэтку на книжном стеллаже в виде древнего воина, — что для этого Виктору придётся черпать магию из глубинных ресурсов, которые он, как доминион огня, не вполне контролирует. А значит, может представлять серьёзную угрозу для жизни десятков людей, оказавшихся в точках входа и выхода его портала.

— Но никто ведь не пострадал! — возмутилась я. — Я же видела записи!

— Лишь потому, что кто-то каким-то неведомым образом сумел стабилизировать его магию, — неожиданно жёстко сказала Кассандра. — Викториан Штельм — огненный демон, который не в состоянии себя контролировать, и тому, кто этого не понимает или отказывается понимать, не место ни в Серпентейлиуме, ни в Академии четырёх стихий!

Я подскочила с кресла, скрестила на груди руки.

— Не знаю, зачем вы сюда пришли, но если для того, чтобы заставить меня свидетельствовать против Виктора, то вы зря потратили время!

В этот момент в гостиную влетела перепуганная Ани. Растерянно замерла на пороге и пролепетала:

— Миранда, что происходит?

Кассандра одарила её ледяным взглядом и бесцветно сказала:

— Торн, мы уходим. Мисс Фоуксли, мы проверим ваши слова, не сомневайтесь.

После этого визита мне стало откровенно не по себе. Ведь если маги подобного уровня пожаловали ко мне. Значит, они всерьёз решили взяться за Виктора. Остаток дня я ходила, как привидение. Из-за волнения не могла ни пить, ни есть. А потом ко мне в комнату постучала бабушка и с мягкой улыбкой спросила:

— Миранда, ты можешь сейчас подойти к хрустальному вещателю? Тебя спрашивает какой-то Марк. Говорит, что из академии…

Я тут же подпрыгнула на кровати, да так, что чуть с неё не свалилась, запутавшись в пледе. И под удивлённым взглядом бабули рысью выскочила из комнаты.

— Марк! Как я рада, что ты позвонил! Умоляю, скажи, как там Виктор! Неужели его действительно арестовали?

— К сожалению, да, — мрачно произнёс друг. — В зале был Ветерок со своей сестрой… Когда Виктор прокладывал портал, он почуял мощные магические колебания и выставил щит вокруг сцены. А потом натравил на него Серпентейлиум. Мол, очередная выходка Виктора могла стоить жизни его сестре, — пробурчал Марк, передразнивая ингальского принца. — Бред! Единственные, кого он мог подпалить, — это мы с ребятами. Но портал сработал без всякой побочки. Да и мы с парнями подстраховались… Нэт просто решил испортить всем настроение, гад!

Я потёрла пальцами веки и устало спросила:

— Что будет с Виктором?