Летальный исход. Год 2093 (СИ) - Балахматов Илья Владимирович - Страница 42

 </p>

<p>

- Второй видит мир в огне, несет смерть и хаос, — знаменосец новой эры и конца прежних тысячелетий; Третий, - дед выставил перед собой три костлявых пальца. — Соткан из коварства и лжи, извивается, подобно диким тварям в неведомых глубинах океана.</p>

<p>

Старик понурил голову и молчал уже с минуту.</p>

<p>

- Ты назвал только троих. Кто четвёртый?</p>

<p>

- Четвёртый….</p>

<p>

Старик печально вздохнул, а на выдохе стал ещё меньше, чем казался сначала. Он поднял мутные серые глазища и прошипел:</p>

<p>

- Четвертый заберет твою жизнь.</p>

<p>

А старик то — мастер саспенса. Впрочем, разве можно было ожидать иной концовки: меня собрались трахнуть, другой коварный, виляет словно уж, а четвёртый вообще порешит меня....</p>

<p>

 </p>

<p>

Стоп! Где-то я все это видела. Или слышала?</p>

<p>

И тут до меня дошло — старик рассказал мой сон. Чертов кошмар испаряется из памяти, как только открываю глаза, оставляя лишь мерзкое послевкусие. Но клянусь своим драгоценным дыхательным имплантатом — сумасшедший дед знает что за дичь снится мне по ночам!</p>

<p>

 </p>

<p>

- Откуда тебе известно….</p>

<p>

 </p>

<p>

Крик вырвался из глотки, но вокруг трона уже мельтешили фанатики. Блеск десятков серебряных цепей на желтом свету создавал образ стаи рыб, облепившей травянистую заводь на прикормке. Посреди взволнованной толпы старик в своём троне накренился на бок. Он казался совершенно обессиленным и лишь еле заметно шевелил губами.</p>

<p>

 </p>

<p>

- Это нормально, Саманта Брукс, - заговорил седой, - После того, как поговорит, ему всегда нужен отдых и покой.</p>

<p>

- И часто он «говорит»? - спросила я не обернувшись.</p>

<p>

- В последнее время почти никогда. Он слишком стар.</p>

<p>

 </p>

<p>

Один из стаи отбился, схватил меня за руку и подвёл к трону:</p>

<p>

- Светлейший зовёт тебя! Скорее!</p>

<p>

Еле сгибая пальцы руки, старик призывал, чтоб я наклонилась:</p>

<p>

- Саманта Брукс! - щеки старика тряслись от напряжения. - Ты чиста душой и можешь одолеть в этой схватке. Я верю! Верю!! Слушай внутренний голос — только он не обманет!</p>

<p>

Некоторое время он просто глубоко вздыхал, клокоча грудью, но затем облизал языком иссохшие старые губы и продолжил:</p>

<p>

- Я выполнил свою часть сделки, дитя. Теперь и ты пообещай мне кое-что.</p>

<p>

Я растерялась, но кивнула, мол, «валяй».</p>

<p>

 </p>

<p>

- Пообещай не терзать нас с началом конца и не коверкать веру в единого Господа нашего. Помни, — пересмешники желают каждому из живущих лишь света и беззаботной песни.</p>

<p>

 </p>

<p>

Маленькая круглая голова тряслась, словно у болванчика в машине.</p>

<p>

 </p>

<p>

- Обещай мне!</p>

<p>

 </p>

<p>

Старик схватил меня за руку, пальцы иглами впились в кожу.</p>

<p>

- Обеща-ай!</p>

<p>

Крик сорвался и забулькал хрипотцой у старика между гландами.</p>

<p>

- Хорошо, хорошо! - отозвалась я, отдёрнув руку.</p>

<p>

 </p>

<p>

Тонкие бесцветные губы растянулись в улыбке, и он тут же уснул мертвым сном.</p>

<p>

 </p>

<p>

Снова возня, звон цепей и шарканье худыми ботинками по пыльному полу. Мне необходим воздух — прочь из этого сумасшествия.</p>

<p>

 </p>

<p>

Двери фабрики захлопнулись позади, свет ударил по глазам, послышались пение чаек и запах речной пены.</p>

<p>

 </p>

<p>

Старик. Откуда ему известно обо мне, о моем сне? Теперь ясно помню — четверо незнакомцев окружают меня в кошмаре.</p>

<p>

 </p>

<p>

Я достала блокнот и начирикала по свежей памяти то, что сказал старик: бесчисленное войско личин, четверо воинов, обман, похоть, огонь, начало конца и моя смерть….</p>