Минни (СИ) - Соловьева Екатерина - Страница 7

— Вставай, сестрица, мой дружок, Биннори, о Биннори,

Пойдем со мной на бережок

У славных мельниц Биннори.

Над речкой младшая сидит, Биннори, о Биннори,

На волны быстрые глядит

У славных мельниц Биннори.

А старшая подкралась к ней, Биннори, о Биннори,

И в омут сбросила с камней

У славных мельниц Биннори.

— Сестрица, сжалься надо мной,

Биннори, о Биннори,

Ты станешь рыцаря женой,

У славных мельниц Биннори.

Подай перчатку мне свою, Биннори, о Биннори,

Тебе я друга отдаю,

У славных мельниц Биннори.

— Ступай, сестра моя, на дно,

Биннори, о Биннори,

Тебе спастись не суждено,

У славных мельниц Биннори.

Недолго младшая плыла, Биннори, о Биннори,

Недолго старшую звала

У славных мельниц Биннори.

В плотине воду отвели,

Биннори, о Биннори,

И тело девушки нашли

У славных мельниц Биннори.

Девичий стан ее кругом, Биннори, о Биннори,

Узорным стянут пояском,

У славных мельниц Биннори.

Не видно кос ее густых,

Биннори, о Биннори,

Из-за гребенок золотых,

У славных мельниц Биннори.

В тот день бродил у берегов, Биннори, о Биннори,

Певец, желанный гость пиров,

У славных мельниц Биннори.

Он срезал прядь ее одну, Биннори, о Биннори,

И свил упругую струну,

У славных мельниц Биннори.

Он взял две пряди золотых, Биннори, о Биннори,

И две струны плетет из них,

У славных мельниц Биннори

К ее отцу идет певец,

Биннори, о Биннори,

Он входит с арфой во дворец,

У славных мельниц Биннори.

Струна запела под рукой, Биннори, о Биннори,

«Прощай, отец мой дорогой!»

У славных мельниц Биннори.

Другая вторит ей струна,

Биннори, о Биннори,

«Прощай, мой друг!» — поет она

У славных мельниц Биннори.

Все струны грянули, звеня, Биннори, о Биннори,

«Сестра, сгубила ты меня

У славных мельниц Биннори!»

Минни смолкла, выравнивая сбившееся дыхание. Она вздрогнула, когда Лорд медленно захлопал в гулкой тишине. По всей гостиной раздались редкие аплодисменты и сдержанные смешки.

Горничная бросила быстрый взгляд на Беллатрису. Та обменялась многозначительным взглядом с Нарциссой, которая едва заметно насупилась и поджала губы.

«Бинго! Они, видимо, когда-то ссорились из-за рыцаря. А кто же рыцарь? Люциус? Вот это номер!»

Беллатриса вдруг одарила её таким взглядом, что Минни только сглотнула.

Ведьма медленно, словно танцуя, подошла к ней, поигрывая палочкой. На дне агатовых глаз вспыхивали искры злого безумия, острый язык играл на полных губах.

— Маленькая грязнокровка вздумала играть со взрослыми волшебницами?

Минни вся сжалась, отступив к стене. Она зажмурилась, приготовившись к мучительной пытке. Но мышцы не пронзала острая нестерпимая боль, и девушка опасливо открыла один глаз. От хриплого неприятного скрипа мороз продрал по коже.

Лорд смеялся.

— Вижу, грязнокровка задела тебя, Белла? Умей ценить противника! Она нужна нам, ты помнишь?

Леди Беллатриса отступила и спрятала палочку в потайной карман багровой юбки. Но в её чёрных полоумных глазах Минни прочла обещание мучительной мести.

Когда Лорд покинул поместье вместе со своей жуткой змеёй, гости заметно расслабились. Домовики едва успевали подавать ликёры дамам, а мужчинам — виски. Минни уже три раза унесла пустые бутылки и подала новые закуски. Она очень устала, ей хотелось присесть, чтобы унять ноющие ноги, но тут зазвенел маленький колокольчик. Подавив нехорошее предчувствие, горничная поспешила на небольшую террасу, обнесённую на зиму волшебным стеклом. По пути она наткнулась на страстно целующуюся парочку у стены: джентльмен забросил ногу леди себе на талию, а она, пыхтя, возилась с застежкой его брюк. Узнав в них мисс Паркинсон и мистера Гойла-младшего, Минни припустила быстрее. Влажные звуки разносились по галерее, преследуя её.

На террасе по бокам от журнального столика сидели в креслах леди Беллатриса и мастер Драко. Минни подошла и сделала книксен, едва держась на ногах.

— Вы звали меня, мастер Драко?

Тот осмотрел её с ног до головы, и по его затуманенному алкоголем взгляду девушка поняла, что сегодня он претворит свои намерения в реальность. Так или иначе.

— Твои услуги требуются леди Беллатрисе.

Ведьма вальяжно откинулась на спинку кресла, вытащила из пачки тонкую сигариллу и вставила её в длинный мундштук.

— Минни, распутай-ка моё ожерелье, пока оно не задушило меня!

Девушка подошла и послушно склонилась над многослойными жемчужными нитями. Она не могла взять в толк, как можно было их так между собой запутать. И ответ пришёл в голову, когда девушка почувствовала, как рука мастера Драко одним движением задрала подол её платья и уверенно погладила бедро. Только сейчас она поняла, в какой позе стоит перед ним: попа, ноги в тонких чулках и все интимные места открыты взгляду… и рукам. Минни попыталась вильнуть бёдрами, чтобы отодвинуться, но парень крепко сжал её ягодицу, а Беллатриса прикурила, смачно затянулась и нетерпеливо бросила:

— Ну, грязнокровка? Что ты там возишься? Хочешь, чтобы я тебя как следует проучила?!

Минни осознала, что угодила в ловушку. Белые бусины выскальзывали из вспотевших рук, проще было разрезать это чёртово ожерелье. А мастер Драко не терял времени даром. Его пальцы прошлись по её промежности и принялись поглаживать губки сквозь ткань. Горничная стояла, ни жива ни мертва: трусики намокли, низ живота предательски отяжелел.

Она дёргала спутанные нити жемчуга, чуть не уткнувшись в декольте Беллатрисы. Горничная тяжело дышала, и в нос впивались острые запахи табака, приторных женских духов и помады. Минни громко всхлипнула, когда тонкие пальцы отодвинули ткань и проникли внутрь.

Беллатриса сильно затянулась и хрипло заметила:

— Драко, ты что же, залез ей под юбку?

— Ну, тётя Белла… — протянул он, даже и не думая останавливаться.

— Пора бы тебе остепениться, племянник!

В надежде на то, что теперь она будет избавлена от домогательств Драко, Минни взмолилась:

— Леди Беллатриса!

Та выдохнула горький дым, прикусила мундштук гнилыми зубами и отрезала:

— Молчать, грязнокровка! Веди себя потише! Подумаешь, какое дело: мужчина залез под юбку! Ну же, что ты копаешься?!

Минни подташнивало. Руки дрожали, распутывая проклятые нити. Мастер Драко тёр указательным пальцем клитор, а большим методично трахал её, ничуть не смущаясь соседством родной тётки. Девушка только постанывала сквозь зубы от слишком частых проникновений, но это, казалось, только сильнее заводило парня. Минни задыхалась и почти ничего не соображала, ещё чуть-чуть и она сама начнёт подаваться назад, насаживаясь на палец.

Мерлин знает, сколько бы это продолжалось и чем бы закончилось, если бы вдруг не раздался голос, в котором сквозило едва уловимое раздражение:

— Белла, Драко, вот вы где. Я считаю, Лорд достаточно ясно выразил свои пожелания насчёт грязнокровки.

Минни отпустила последние нити распутанного ожерелья и с горящим от стыда лицом поднялась, оправляя платье. У порога, сложив руки на груди, стоял мистер Люциус.

— Ладно тебе, — протянула леди Беллатриса, — как будто ты сам таким не был. Мальчик становится мужчиной…

Минни чувствовала, как трусики врезались в промежность, а между ногами мокро, чертовски мокро.

— Ты игноририруешь приказы Лорда, Белла? Или песенка грязнокровки так тебя задела? — холодно осведомился мистер Малфой-старший.

Ведьма сверкнула агатовыми глазами, расхохоталась и раздавила окурок в пепельнице.

— Тебе лучше знать, Люциус.

Он поморщился и повернулся к горничной.

— Вот что, Минни. Спустись в кладовую, принеси мне «Латакию». У меня от этой духоты и коньяка опять ломит виски.

— И не забудь принять душ и сменить бельё на обратном пути, — насмешливо заметил мастер Драко.

Минни молча кивнула. Только силой воли ей удалось выровнять дыхание и медленно выйти с террасы. От пережитого унижения хотелось умереть.