Минни (СИ) - Соловьева Екатерина - Страница 57

Гермиона откашлялась, напустила на себя важный вид, совсем как в Хогвартсе, и представилась.

— Хочу, чтобы вы уяснили себе раз и навсегда: я потребую от вас беспрекословного подчинения. Дисциплина будет железной. Один-единственный промах — и вы будете уволены! Так что если здесь ещё остались лентяи и плуты — прошу на выход. Я обещаю вам хорошую зарплату, даю вам шанс на достойную жизнь и надеюсь, что вы оцените это!

Она с замиранием сердца следила, как парочка размалёванных девиц, хихикая, скрылась в дверях. Но больше никто не ушёл, и это несказанно радовало.

Гермиона вернулась в мэнор поздно, окрылённая успехом и уставшая. Вылетев из камина, она попросила Юну подать ужин ей в комнату, а сама трансгресировала прямо в коридор, ведущий в Восточное крыло.

— Ой!

Гермиона столкнулась с кем-то в сумраке и отпрянула, удивлённо моргая. Пока она искала палочку в кармане, незнакомец засветил огонёк «Люмосом». Это был Драко.

Гермиона оторопела.

— Что ты… Что вы здесь делаете?

— Странный вопрос, — протянул Малфой. — Это и мой дом, вообще-то. Но если хочешь перейти на «ты», я не против.

Драко окинул её долгим оценивающим взглядом, задержавшись на тонких пальцах, сжимающих палочку.

— Ты боишься меня?

Гермиона вздрогнула и нахмурилась, подавив желание отшатнуться.

— Вот ещё! С чего бы это?

— Тебе лучше знать… Вижу, ты так и осталась в статусе невесты, Гермиона.

— Верно, — Гермиона дёрнула плечом. — Мне пора! Доброй ночи!

— До встречи!

Она вбежала в комнату и заперлась на все известные заклятья. Судорожно сбрасывая джемпер, Гермиона пыталась не разреветься. Вспомнились все провокации Драко и гадкая фраза про выпотрошенную устрицу. Его слова причиняли боль. Ведь он был прав.

Добравшись до детской, она вцепилась в спинку кроватки так, что побелели пальцы. Сердце обжигало ядом недоверия.

«Почему Люциус ничего не делает? Ведь достаточно простого росчерка пера и обычного кольца!»

Вивиан проснулась и заплакала. Гермиона взяла дочку на руки и прижала к груди.

— Надеюсь, твой принц будет больше тебе доверять и вовремя возьмёт тебя замуж!

* * *

Драко в кабинете листал договоры с продуктовыми лавками, собственное меню и курил, стряхивая пепел в волшебную пепельницу. Она всё время бегала по столу, перемещаясь за сигаретой хозяина, чтобы успеть ничего не просыпать. Малфой пытался сосредоточиться, но его отвлекало нестройное щебетание птиц: май выдался жарким, и окна были распахнуты настежь.

Ресторан вышел прекрасным: небольшим, но стильным и респектабельным. Клиентам нравилось, часто поступали заказы на праздники, мелькнула пара статей в местной прессе от довольных критиков. Года через два все вложения должны окупиться.

Но что-то коробило, что-то было не так. Драко изучил меню всех ближайших конкурентов и не понимал, чего не хватает. Ресторан казался каким-то банальным, безликим, как Астория.

Взгляд коснулся альбома в цветной обложке, лежащего на краю стола. Он вспомнил, как на Рождество у них в особняке гостил Блейз со своей новой подругой. И пока девушки болтали о своём, Забини протянул большой альбом со школьными колдографиями.

— Вот, с праздником! Решил, что воспоминания — неплохой подарок!

Листая страницы, Драко внезапно наткнулся на колдографию гриффиндорцев. Это был пятый курс, снято рядом с галереей, во внутреннем дворике. Поттер, Уизли…

— Грейнджер!

— Да, конечно, — хмыкнул Блейз. — А что тебя так удивляет? Она же всё время таскалась с этими двумя…

— Тогда почему я этого не помню? — с мукой в голосе спросил Драко. Он смотрел, как лёгкий ветерок теребит завитки волос девушки, и сам хотел стать этим ветерком. — Я помню Поттера, Уизли… всех, кроме неё. Как я мог забыть подругу Поттера?..

— Я не знаю… а зачем тебе её помнить? — озадаченно ответил Блейз и усмехнулся: — может, тебе показаться в Мунго?

Драко бросил на него такой взгляд, что Забини мгновенно сменил тему, и злосчастный альбом в тот вечер был благополучно забыт.

Но не Гермиона Грейнджер.

Драко знал своего отца, как человека весьма скрытного, с упрямством и убеждениями, достойными гранита. Если он что-то решил, например, жениться на грязнокровке — его уже не сдвинуть с места. И не подобраться, чтобы узнать хоть что-то сверх того, что скажет сам Люциус. Оставалось одно — провоцировать отца на внезапные откровения.

«А ещё, — решил Драко, — если уж он такая скала, почему бы не попытать удачи с самой мисс Грейнджер? Уж одна-то наверняка не такой крепкий орешек».

И пора, в конце концов, наведаться в библиотеку мэнора и поискать там что-нибудь об излечении безумия. Может, там кроется ответ, как помочь матери. Прекрасный повод бывать чаще рядом с Гермионой, чтобы раскусить её.

Кроме того, чтобы узнать всё о мисс Драклова-Загадка-Грейнджер, он нанял частного детектива, чтобы в случае чего отвести от себя подозрения: Астория оказалась ревнивицей.

Драко затушил сигарету, придавливая пепельницу вместе с ножками к столешнице. Пальцы скользнули в карман жилета и извлекли на свет фиал с волосом медового цвета, который, казалось, даже сейчас пах яблоками. Ею.

Когда Малфой пару недель назад столкнулся с Гермионой в коридоре мэнора, он и не думал, что сумеет незаметно заполучить такой неожиданно приятный подарок. Оборотное зелье оказалось несложно достать даже здесь, в Кале, только именовалось оно во Франции Многосущным и продавалось почему-то дешевле, чем в Британии.

— Дорогая! — позвал Драко. — Ты уже ужинала?

* * *

Заваленный финансовыми отчётами, протоколами заседаний попечительского совета и книгами о волшебных домах, Люциус изнывал и злился от бессилия. Всё вокруг пока что шло против него, наперекор всем планам.

Визит Драко хоть как-то разнообразил этот рутинный поток бумажного Ахерона. Они разговорились, и Люциус поведал сыну о плачевном состоянии дел с заместителем и секретарём.

Драко откинулся в кресле и сказал:

— Я могу порекомендовать тебе Блейза.

— Забини?

— Да, именно. Блейза Забини. Мы учились вместе, и я помню, что он неплохо разбирался в налогах и страховках, ведь его мать…

— Да, помню, — Люциус постукивал пальцем с перстнем по подлокотнику. — Регина ведь получала немалые суммы по страховкам, выплаченным за смерть очередного мужа… Что ж, пусть твой друг явится ко мне в пятницу, посмотрим, выйдет ли из него толк. Во всяком случае, его кандидатура лучше всех, которые присылал Отдел кадров… Кстати, как твои успехи в качестве ресторатора?

Драко неопределенно повёл рукой и вздохнул.

— Я давно нашёл подходящее место и уже всё закончил. Получилось бы раньше, но для отделки пришлось брать гоблинов, а они работают хорошо, но медленно. Там красиво, там два этажа с видом на бухту. Не хватает какой-то изюминки. А чего именно, понять не могу…

— Как Астория?

— Прекрасно, — он отвернулся к заколдованному окну, в котором переливался жаркий тропический день. — Ты давно был у мамы?

— Тридцатого марта, — Люциус холодно взглянул на сына, ожидая новой тирады о возвращении к Нарциссе. — Мои визиты плохо влияют на её самочувствие. Да и дела, знаешь ли.

— Да, знаю, — Драко обернулся и посмотрел на отца изучающе. — А ещё детишки, молодая ведьма…

— Если ты пришёл, чтобы снова оскорблять мою семью… — угрожающе начал Люциус.

— А я? Разве я — не твоя семья?

— К чему ты клонишь?

— Она — не пара тебе, отец! — Драко оперся на рабочий стол, с отчаянием глядя на него. — Разве ты не понимаешь, эта Грейнджер с тобой только из-за денег?! Как все эти вертихвостки, от которых ты отбиваешься. Она окрутила тебя! А дети… Как ты можешь быть уверен в том, что они твои?! Да она же залетела от кого-то, а ты и рад возиться с баста…

Бах!

Ладонь Люциуса оглушительно хлопнула по столешнице.

— Хватит! Не смей оскорблять мою семью!

Он схватился за трость, и Драко примирительно поднял руки:

— Я всего лишь пытаюсь заботиться о тебе. Я ведь твой сын, помнишь?