Целительница будущего короля (СИ) - Свадьбина Любовь - Страница 75

Отец всегда готовил его к битве с Апрумами.

Потрошитель пробежал ещё несколько шагов и рухнул на землю.

Зрителям потребовалась почти минута, чтобы осознать увиденное и переварить эмоции, а потом над ареной загремели восторженные крики.

Таких потрясающих сражений здесь давно не устраивали.

Глава 56. Самая важная победа

Сама по себе магия одного целителя не отличалась от магии другого, разница была в уровне мастерства и тонких нюансах работы: несмотря на помощь дара, маги использовали немного разные дозировки силы и время её воздействия. Раньше Кайден, хоть и имел опыт лечения с целителями совершенно разного мастерства, полагал, рассуждения о том, что один целитель работает мягче, более бодряще, болезненнее, нежнее или грубее, чем другой, скорее блажью и предвзятостью, чем объективным фактом. И даже сейчас, когда придворная целительница Рея соединила руны на его и своих ладонях, и он ощущал её воздействие иначе, чем силу Эйны, Кайден продолжал считать пристрастие к конкретному целителю самовнушением.

Просто сейчас про себя Кайден знал, что хотел увидеть Эйну, ощутить её прикосновение, её запах, а не Реи, от которой тошнотворно несло благовониями Венанции, поэтому в действиях Реи ему всё было не так и не то.

Он не открывал глаза и надеялся, что исцеление скоро закончится.

Сквозь каменные стены прорвался рёв труб, возвещающих о начале поединка между Ланом Вульпесом и его оппонентом. А потом в комнате снова стало тихо.

Магическое воздействие прекратилось, но Рея не размыкала их руки. Кайден открыл глаза.

Он располагался в кресле, а Рея сидела перед ним на скамеечке.

– Кажется, вы уже достаточно выразили восхищение поединком, – заметил Кайден. – Хотите сказать что-то ещё?

Рея фыркнула и покачала головой:

– Самовлюблённый, как все мужчины.

Она разжала пальцы, и Кайден переложил ладони на подлокотники. Исцеление от магического перенапряжения, мизерных разрывов мышц и синяков сняло и усталость, но он не ощущал себя таким бодрым и живым, как рядом с Эйной.

– О, я всего лишь хотела попросить вас не лишать меня должности придворной целительницы, – в жестах и мимике Реи не было и намёка на её привычную кокетливость. – Я очень люблю эту должность и власть, что она даёт. В обмен я могу присматривать за Венанцией, чтобы она не навредила… ни себе. Ни другим.

Это был явный, слишком явный намёк на Эйну. Но Кайден ответил лишь:

– Ещё рано говорить о моей победе.

– О, Лан Вульпес – младший в семье, он участвовал только в одном королевском турнире и не был на войне с Лавией. Вряд ли он может что-то противопоставить такому умелому бойцу, как вы.

– И всё же в бою всякое может случиться. Лучше займитесь лечением Тарана. Если действительно желаете мне победы.

– О да, конечно, – Рея поднялась со своей обтянутой бархатом скамеечки. – Я позабочусь о вашем звере наилучшим образом.

Подхватив кончиками пальцев подол красного платья, она сделала неглубокий реверанс и вышла из комнаты отдыха. А Кайден откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.

Оставался последний бой.

Теперь, когда Змеемордый убит, у Схенея не должно возникнуть проблем с родовым духом.

Нужно было потратить оставшееся до последнего поединка время на отдых не тела, а разума. Но вместо этого Кайден… хоть и обещал себе не думать об Эйне до конца турнира, чтобы не сбивать боевой настрой, сейчас, оставшись один, не мог сопротивляться нахлынувшим воспоминаниям.

Насколько проще было с ними бороться, когда он наблюдал за чужими поединками или готовился к бою. А сейчас он слишком морально устал, чтобы сдерживаться.

Эйна.

Он должен думать о Венанции, но за весь турнир на неё толком не взглянул. Не хотел. А едва думал о ней – злился.

Эйна… она была, как болезнь, от которой он не желал излечиваться.

Как сладкий сон.

…

– Ваша светлость…

Кайден распахнул глаза.

Борво стоял в дверях:

– Последний поединок начнётся через тридцать минут.

«Уже?» – Кайден зевнул и потянулся, протёр глаза:

– Вели подать воду для умывания.

Короткая дрёма взбодрила его.

Пока слуги исполняли приказ, Кайден немного размялся. Затем умылся холодной водой и позволил Борво облачить себя в новые доспехи.

Таран, броню которого поменяли после столкновения с Потрошителем, а все синяки и ссадины подлечила Рея, нетерпеливо ожидал последнего сражения. Животным чутьём он ощущал напряжение последнего этапа. Финал виделся предсказуемым, но что-нибудь могло внезапно случиться в последний момент.

Кайден тоже этого ожидал.

Он запрыгнул в седло, проверил, хорошо ли выходят из ножен меч и стилет и направил Тарана по знакомому пути к выходу.

Привычно уже принял у жреца копьё для поединка и под трубный рёв выехал на арену.

Трибуны рокотали. Последний поединок турнира самых сильных и благородных по крови из свободных мужчин Унии и других стран. И хотя Венанция могла в дальнейшем выбрать супруга из победителей других дней турнира, все понимали, что почти наверняка корону получит сегодняшний победитель.

Свет солнца в этот послеобеденный час принял густой золотистый оттенок, из-за этого казалось, что выровненная и присыпанная песком земля тоже золотая, и окружавшая арену стена, и даже сами зрители были будто позолочены.

Под трубный рёв на арену выехал Лан Вульпес – младший сын герцога Лесьяра, единственный неженатый мальчишка в его роду. Лицо его скрывал шлем в форме лисьей головы, родовой зверь подёргивал рыжим хвостом из стороны в сторону и скалил зубы. Брони на лисе почти не было – Лан предпочёл манёвренный стиль боя. Впрочем, для него это был единственный шанс хоть что-то противопоставить Кайдену с его сокрушительным Тараном.

Таран и без приказа остановился на начерченной на песке линии. Встал, точно скала. Лис со своей стороны пружинисто покачивался на лапах и продолжал размахивать хвостом.

– Давай сделаем это быстро, – Кайден похлопал Тарана по загривку.

Магия кипела в нём, но моральная усталость брала своё. Кайден устал от этих глупых сражений на потеху толпе.

Он крепче перехватил копьё.

Взмах белого платка – и звери побежали, набирая скорость. Кайден понимал, что лис отскочит с его пути. Вопрос был в том – влево или вправо. Влево или вправо?

Лисы – по сути это те же собаки в плане движений, а в собаках Кайден разбирался хорошо, как и в охоте. Он увидел направление будущего прыжка по предварительному напряжению мышц, но не подал вида, в последний момент резко довернул копьё, для упора выставив позади него блок из золотых щитов. Попавший боком на тупой конец Лан, наверное, ощутил себя так, словно наскочил на стену.

Из седла его выбило, он пролетел четыре метра и рухнул на землю.

Зрители, затаив дыхание, наблюдали за становлением нового короля. Лис вертелся вокруг Лана, скалился, явно вопреки правилам не собираясь подпускать Кайдена.

Тот спешился, но подходить не стал. Терпеливо ожидал. Руки и ноги Лана подёргивались, лис дыбил шерсть и рычал, а Таран горделиво вскинул голову и выглядел сущим победителем.

Зароптали зрители на трибунах. Но вот Лан достаточно очнулся и махнул рукой. Лис присел, покосился на хозяина, но отступил.

Несколькими нервными движениями Лан сдёрнул лицевую пластину шлема. Кайден направился к нему. Лан сжал рукоять меча. Пусть он не мог подняться, но хотел проиграть, как воин.

В принципе, уже сейчас можно было засчитать ему поражение. Но Лан не выпускал меч. Кайден извлёк из ножен свой и подошёл ближе. Ему оставалось приставить лезвие к горлу противника, и всё, победу присудят ему.

Кайден остановился рядом, посмотрел в бледное юношеское лицо: капельки пота стекали по нему, зрачки расширились.

Лан Вульпес был слишком молод, и хотя проявил волю, вряд ли мог контролировать Венанцию. По крайней мере, то, что слышал Кайден об этом мальчике, говорило не в его пользу: он воин, не политик. Даже не офицер для других солдат. Просто ведомый отцом немного слишком романтичный мальчишка.