Целительница будущего короля (СИ) - Свадьбина Любовь - Страница 73

Обещанием убить.

Кайден высоко оценил и посадку иностранца, и ловкость его зверя, но вепрь Потрошитель стремительными рывками сводил на нет изворотливость соболя, не позволяя его всаднику толком воспользоваться копьём, постепенно оттесняя их к стене и сокращая им место для манёвров.

«Слезай, – мысленно выкрикнул Кайден. – Слезай, пока он тебя не…»

Рывок вепря, метнувшийся в сторону соболь – и бивни, вонзающиеся в его заднюю ногу. Золото сбруи обагрилось кровью.

Кайден беззвучно обругал идиота, который вместо того, чтобы отбросить копьё и перевести сражение в пешее фехтование, продолжал надеяться, что изворотливый соболь позволит ему выбить Змеемордого из седла. И ладно верить в своего зверя, но надеяться, что готовый к бою полный сил золотой маг при падении с такой высоты через свои щиты ударится до потери сознания – в высшей степени наивно.

Шокированный раной соболя, его владелец спешно признал поражение. А Змеемордый величественно развернул вепря и указал сверкающим от магии копьём на Кайдена.

Теперь это точно был вызов.

Кайден кивнул.

***

Пары кандидатов выбирались не по слепому жребию: их распределяли так, чтобы не вынудить сражаться друг с другом духов, связанных клятвами вассала и сюзерена. Кто-то мог прикупить возможность сражаться с заведомо более слабым противником.

То, что Змеемордого – Кайден никак не мог привыкнуть к его новому имени – постоянно ставили с другими противниками, сам Кайден мог объяснить только влиянием Венанции. Довольно наивный способ защиты: было очевидно, что, как их ни разводи, Змеемордый доберётся до финала, поэтому их поединок неизбежен. Но, скорее всего, бой случится раньше, потому что другие герцоги сделают всё возможное, чтобы свести их из строя побыстрее: вдруг оба сильнейших соперника так потреплют друг друга, что не смогут продолжать?

Кайдену пришлось выйти на бой ещё дважды, и куница ему с Тараном даже доставила некоторое неудобство, потому что её всадник был золотым магом.

За боями Змеемордого Кайден тоже наблюдал. Вепрь легко справился с всадником на тетереве, хоть птица и взлетала на несколько метров: в конце концов, Змеемордый метко бросил копьё, и всадник не удержался в седле, а падение с шестиметровой высоты закончилось потерей сознания.

Следующим соперником Змеемордого, к удивлению Кайдена, оказался представитель Экусов. Усиленный магией конь скалил клыки и бил раздвоенным копытом землю. С его мускулатурой это выглядело довольно устрашающе, но Кайдену показалось, что животное, как и его хозяин, боятся сверкающего золотой магией вепря.

Кайден даже огляделся по сторонам: не готовят ли Экусы подлянку, чтобы отвлечь Змеемордого? Но никаких подлянок не случилось. Или их не успели устроить: ещё в первой сшибке копьями вепрь дёрнул головой, бивнями подсекая ноги коня. Тот не удержался, покатился по земле, подминая всадника. А вепрь наскочил сверху всей своей массой, увеличенной пластинами брони и весом закованного в сталь Змеемордого.

Защитная магия спасла среднего сына герцога Экуса от смерти, но, изнемогая под тяжестью собственного коня, вепря и Змеемордого, направившего на него копьё, тот вынужден был признать поражение.

А Змеемордый, прежде чем позволить вепрю сойти с павших соперников, снова посмотрел на Кайдена. Опять вызов. Достаточно демонстративный, ведь Змеемордый делал это всё на публике, хотя мог и в ложе высказать всё лично.

Кайден развернулся и ушёл: в этой демонстративности не было никакого смысла – они и так скоро встретятся на арене.

Кайден спустился вниз, к ожидающему в одном из охраняемых залов Тарану. Совсем скоро закончится ещё один поединок, после чего их останется четверо: он, Змеемордый, Лан Вульпес и тот из иностранцев, кто сейчас победит.

Вскоре Кайдена позвали. Проверив меч и стилет в ножнах на задней части пояса, он вскочил в седло Тарана, потрепал того по холке и направил по надоевшему уже коридору. Через сумрак к свету – к выходу прямо на арену. Стражники провожали его восторженными взглядами. Жрец протянул копьё с притупленным для турнира наконечником.

Едва солнце озарило Кайдена и Тарана, зрители бурно зааплодировали, на забрызганную кровью землю посыпались цветы.

Загудели трубы.

– Кай-ден! Кай-ден! – прокатилось по некоторым рядам.

А из арки на противоположной стороне арены, сверкая золотом щитов, выступил вепрь со Змеемордым на загривке.

Его не приветствовали по имени, – слишком уж внезапным оказалось это становление Апрумом, – но приняли с восторгом столь умелого воина, показавшего им несколько кровавых побед.

Его выход поддержал оглушительный трубный рёв.

Кайден не знал, это Вульпесам удалось продавить Венанцию или организующих распределение аристократов так, чтобы Экусов выбило, а у Лана Вульпеса появился шанс на победу, или Змеемордый не выдержал ожидания и сам решил схлестнуться с ним не в финальном поединке, а в полуфинальном.

Всё это на самом деле не имело значения. По ярости в позе зверя и самого Змеемордого Кайден видел, что тот жаждет не просто победы, а его смерти. Было ли это намерением отомстить за родственников, всем и каждому доказать, что он достойный преемник Апрумов, или желание победой над родовым врагом подтвердить своё право зваться герцогом Апрумом – это тоже не имело для Кайдена значения.

Главное было то, что он не собирался сегодня умирать.

Глава 55. Канис против Апрума

– Прости, Таран, но это не твой бой, – Кайден пропитал магией копьё и воткнул его конец в землю.

После чего спрыгнул с загривка недовольно зафырчавшего Тарана и похлопал его по закованному в сталь боку.

Таран был прекрасным ездовым животным, они прошли не одну битву. Поэтому Кайден прекрасно знал и достоинства, и недостатки их связки. Так же как достаточно хорошо был осведомлён о способностях Змеемордого с его вепрем Потрошителем.

Кайден вынул из ножен меч и направился к центру арены.

От разочарования вепрь Потрошитель под Змеемордым взревел так, что, казалось, содрогнулась земля. Хотя зверь находился далеко от создавшего его родового духа, старшинство Змеемордого в роду его усилило. Кайден не дрогнул, он решительно шагал по арене.

Змеемордый не шевелился. Приподнявшись на задних лапах, Потрошитель врезался передними копытами в землю. Вибрация докатилась до Кайдена, но и теперь он не замедлил шага.

Потрошитель опять пронзительно взревел и сделал несколько шагов навстречу. По трибунам пробежал тревожный рокот.

Кайден остановился в центре арены. Внешне расслабленный, с опущенным остриём меча. Наполненный своей золотой защитной силой. Держащий в мыслях связки для создания иллюзий. Готовый к бою насмерть.

Выражение лица Змеемордого скрывал позолоченный шлем в виде кабаньей головы с рогами.

Лязгнул металл – это Змеемордый приподнялся в седле и резко спрыгнул на землю. Он пошёл вперёд, извлекая из ножен свой полуторный меч. Лезвие загудело, словно в предвкушении битвы, засверкало на солнце золотом усилившей его магии.

Каждый шаг Змеемордого оставлял трещины, будто к Кайдену приближался не простой маг, а исполин, слишком тяжёлый для этой вытоптанной и политой кровью земли.

«Он здесь представление устраивает», – Кайден усилил защитную магию на себе, уплотнил её в мече.

Зрители гудели, шушукались.

Змеемордый остановился в пяти шагах от Кайдена, из-за глухого шлема с узкими прорезями голос прозвучал глухо, как рычание:

– Я давно хотел сразиться с тобой, Кайден Канис.

Кайден молчал. Притихли зрители, ожидая их боя. Этих нескольких минут было достаточно, чтобы даже самых неосведомлённых просветили: сошлись два сильнейших бойца турнира.

– Ты тоже не любитель этих представлений, – Змеемордый обвёл сверкающей рукой трибуны. – Как и ты, я не актёр для развлечения публики, а убийца. И хотя я благодарен за то, что ты наконец расчистил мне путь к главенству родом, я хочу всё королевство, а не одно герцогство, поэтому ты должен умереть.