Звёзды в наследство - Хоган Джеймс Патрик - Страница 34

Хант и Колдуэлл сосредоточенно взглянули на профессора.

– Теперь, когда корабль ганимейцев вскрыт целиком, – облизав губы, продолжил Данчеккер, – мы располагаем крайне подробным описанием практически всего его содержимого. Судно было построено с расчетом на высокую грузовую вместимость, и не было пустым, когда его настигли события, вынудившие остановиться на Ганимеде. Его груз, на мой взгляд, является самым сенсационным открытием, когда-либо сделанным за всю историю палеонтологии и биологии в целом. Видите ли, помимо прочего на борту корабля находилась большая партия ботанических и зоологических образцов – часть из них были живы и перевозились в клетках, часть – законсервированы в специальных емкостях. Этот груз предположительно был частью грандиозной научной экспедиции или чего-то подобного, но сейчас это не так важно. Важно то, что теперь в нашем распоряжении оказалась коллекция прежде невиданных растительных и животных трофеев – подробнейший срез, включающий многие формы, которые существовали на Земле с конца олигоцена до начала миоцена – двадцать пять миллионов лет тому назад!

Хант и Колдуэлл смерили его скептическим взглядом. Данчеккер сложил руки на груди и просто ждал.

– На Земле! – наконец, выдал Колдуэлл, с трудом произнося последнее слово. – Хотите сказать, что этот корабль посещал Землю?

– Другого объяснения я не вижу, – сказал в ответ Данчеккер. – Нет никаких сомнений, что на борту судна находилось множество особей животных, которые во всех отношениях идентичны видам, уже не один век известных человечеству, благодаря земной палеонтологической летописи. Биологи, входящие в миссию Юпитер-4, полностью уверены в своих выводах, и судя по присланным ими данным, я не вижу причин сомневаться в их словах. – Данчеккер снова поднес руку к клавиатуре. – Я покажу вам несколько примеров того, что я имею в виду, – добавил он.

Картинка с рыбьим скелетом исчезла, сменившись изображением массивного существа, похожего на безрогого носорога. Позади него стоял огромный вскрытый контейнер, из которого предположительно и была извлечена эта особь. За контейнером располагалось нечто вроде ледяной стены, окруженной кабелями, цепями и фрагментами решетчатой конструкции, сооруженной из металлических балок.

– Балухитерий, джентльмены, – пояснил Данчеккер, – или кто-то, настолько похожий на него, что я не вижу разницы. Это животное достигало в высоту пяти с половиной метров в холке, а по массе тела превосходило современного слона. Оно служит прекрасным примером титанотериев, или гигантских зверей, в изобилии населявших обе Америки в течение олигоценового периода, но быстро вымерших вскоре после его окончания.

– Хотите сказать, что эта малютка была жива, когда корабль совершил аварийную посадку? – недоверчивым тоном спросил Колдуэлл.

Данчеккер покачал головой. – Не конкретно она. Как видите, до нас она дошла практически в идеальном состоянии. Ее извлекли из стоящего позади контейнера, в котором она была законсервирована для длительного хранения. Нам повезло, что тот, кто отвечал за ее упаковку, был мастером своего дела. Но, как я уже говорил, на корабле также имелись клетки и загоны, в которых изначально содержались живые особи, однако к моменту их обнаружения животные, как и экипаж судна, разложились до состояния скелетированных останков. Если говорить о представителях этого вида, то в загонах их было шесть.

Профессор сменил картинку, и на экране появилось небольшое животное с четырьмя длинными и тонкими ногами.

– Мезогиппус – предок современной лошади. Размером примерно с колли, передвигался на трехпалых ногах, средний палец был несколько длиннее остальных, что явно предвосхищает однопалые конечности известных нам лошадей. Это лишь пара животных из длинного списка примеров, очевидных для любого специалиста, изучавшего фауну древней Земли.

Не находя слов, Хант и Колдуэлл продолжали смотреть на экран, где появилась новая картинка. На этот раз перед ними было животное, которое, на первый взгляд, напоминало среднего размера примата из рода гиббонов или шимпанзе. Однако при более внимательном рассмотрении обнаруживались отличия, выделявшее его на общем фоне человекообразных обезьян. Череп был не таким громоздким, особенно в плане строения нижней челюсти, с подбородком, едва выдававшимся за пределы кончика носа. Руки для примата казались немного коротковатыми, грудь – более широкой и плоской, а ноги – длиннее и прямее. Не было у него и противопоставленного большого пальца.

Данчеккер выдержал достаточную паузу, чтобы его собеседники успели отметить все моменты, прежде переходить к дальнейшим комментариям.

– Существо, которое вы видите, на экране, очевидно, принадлежит к общей линии антропоидов, к которой относятся и люди, и человекообразные обезьяны. Так вот, напомню, что эта особь датирована началом миоценового периода. Останки наиболее развитых антропоидов той эпохи были обнаружены в прошлом веке на территории восточной Африки и теперь относятся к виду проконсулов. Считается, что появление проконсула стало шагом вперед по сравнению со всеми предшествующими видами, но сам он явно относится к приматам. Здесь же мы имеем дело с существом из той же эпохи, но куда более выраженными человеческими признаками, чем у проконсула. На мой взгляд, этот вид занимает позицию, аналогичную проконсулу, но уже по другую сторону границы, возникшей в момент разделения эволюционных линий обезьян и людей – другими словами, непосредственного предка человеческой расы! – Завершив свою речь словесным росчерком, Данчеккер выжидающе посмотрел на своих собеседников. Колдуэлл смотрел на него в ответ расширяющимися глазами; его челюсть отвисла, когда в голове одна за другой пронеслись немыслимые предположения.

– Хотите сказать…, что соплеменники Чарли могли… от них?

– Именно! – Данчеккер оторвал взгляд от экрана и повернулся к ним с победоносным видом. – Общепринятая теория эволюции так же надежна, как я и утверждал все это время. Гипотеза о том, что лунарианцы могли быть колонистами с Земле, оказалась правдой, но вовсе не в том смысле, который в нее вкладывался изначально. На Земле нет следов их цивилизации, потому что лунарианцы никогда здесь не жили, но при этом они не были и продуктом какого-либо параллельного эволюционного процесса. Лунарианская цивилизация развилась на Минерве независимым путем и восходит к той же популяции прародителей, что и мы, и все прочие земные позвоночные – к предкам, которых ганимейцы перевезли на Минерву двадцать пять миллионов лет тому назад! – Данчеккер дерзко выпятил челюсть и ухватился за лацканы пиджака. – И это, доктор Хант, по-видимому, и есть решение вашей проблемы!

Глава 16

За быстро сменявшими друг друга новостями уже тянулся след из брошенных останков мертвых идей. Ситуация невольно напомнила ученым о подводных камнях, которые поджидали неосторожных исследователей, стоило тем дать излишнюю волю своим гипотезам, а воображению позволить все дальше и дальше отрываться от твердого фундамента доказуемых утверждений и научной строгости. Противодействие подобной тенденции привело к тому, что попытка Данчеккера на раз покончить с загадкой лунарианцев, в общем и целом, не вызвала того горячего одобрения, которого можно было бы ожидать в сложившихся обстоятельствах. К этому моменту ученые обыскали столько тупиковых улочек, что любая новая гипотеза натыкалась на естественный скептицизм и потребность в более весомых доказательствах.

Обнаружение древних земных животных на корабле ганимейцев убедительно доказывало лишь одно – что на корабле ганимейцев действительно находились древние животные с Земли. Это не доказывало с 100%-ой вероятностью, что другие партии груза достигли Минервы в целости и сохранности, или что для Минервы предназначалась конкретно эта партия. Начать с того, что Юпитер казался довольно странным местом для корабля, следующего по маршруту Земля – Минерва. Другими словами, это доказывало лишь, что груз не добрался до пункта назначения.