Босс моего мужа (СИ) - Ручей Наталья - Страница 58

– Спрошу, но чуть позже.

Пока мы едем в сторону моего дома, помалкиваю и слушаю тихую музыку. Хорошая, кстати, мне нравится. Мы даже обсуждаем свои впечатления по последнему треку, потому что у нас с Максом совпадают музыкальные вкусы. А вот по поводу другого трека горячо спорим: он уверен, что это дно, а я – что новый полет.

Не ссоримся, конечно, – еще не хватало. Наоборот, интересно обсудить с кем-то то, чем болеешь и сам. И другое мнение весьма любопытно.

Заболтавшись, я перестаю следить за дорогой и удивленно вскидываюсь, когда понимаю, что мы уверенно и давненько направляемся совершенно в другую сторону. Мой дом остается далеко позади.

– Доверься мне, – просит Макс.

И как-то… не знаю, но у него получается избавить меня от волнения. Я совершенно не представляю, куда мы едем, зачем, но вопросов не задаю. Во-первых, по взгляду вижу, что он не ответит. А во-вторых, и правда доверяю ему.

И да, ожидание и доверие того стоили! Я убеждаюсь в этом, когда мы приезжаем на внушительную площадку, где тренируются начинающие автолюбители. У меня даже ладошки потеют от предвкушения, и потому я не успеваю открыть себе дверь. И позволяю Максу дать мне руку и помочь меня вытянуть.

– Пересаживайся, – командует он.

А сам уходит в сторону, здоровается за руку с каким-то мужчиной в одежде защитного цвета, о чем-то с ним говорит.

Обойдя машину, я вцепляюсь пальцами в распахнутую дверцу, смотрю на руль и кресло водителя, как на какую-то реликвию. Обвожу взглядом асфальтное пространство, которое передо мной расстилается, – без единой преграды. Теперь я понимаю, что Макс намеренно отъехал дальше от учебной машины, проделывающей восьмерки между разложенных шин.

У него дорогая машина. Но он говорил так уверенно, что мне это чувство тоже передается.

Решившись, я ныряю в салон.

Трогаю руль, скольжу пальцем по приборной панели, откидываюсь на спинку, пытаясь понять, удобно ли мне. Смотрю в лобовое стекло через первые капли дождя, как возвращается Макс, и медленно-медленно выдыхаю.

Мне кажется, что от страха, предвкушения и забурлившего адреналина сердце сейчас остановится. Но у меня нет времени на то, чтобы даже подпустить к себе щупальца смерти. Оно пускается вскачь, едва Макс занимает пассажирское кресло, хлопает дверью и, развернувшись ко мне, предлагает:

– Не бойся. Твоя задача – просто почувствовать.

Перед глазами туман, в ушах вата, даже удивительно, что я слышу голос Макса и на него реагирую. Наверное, это страх и рефлекс – не знаю, что подталкивает сильнее и удерживает от потери сознания, когда машина под моим руководством трогается с места. А может быть, дело в Максе: он не кричит, не возмущается и ничуть не переживает, когда машина вдруг резко останавливается и нас дергает вперед. Чувствую, как по позвоночнику начинают ползти капельки пота, да и ладони начинают скользить по рулю.

– У меня ничего не выйдет, – бормочу я. – Это не для меня. Да, я поняла, это точно не для меня! Мой папа должен тебе бутылку коньяка – ты сделал то, что он не смог за несколько лет.

– Да не бойся ты, у тебя все получится! Так, вот так… держи руль… я в тебя верю!

Машина вновь трогается с места, на этот раз гораздо плавнее. Макс несколько раз придерживает руль, продолжает пояснять, комментировать.

– Расслабься, – говорит он. – Просто чувствуй.

Это кажется невозможным – следить за дорогой, хотя, к счастью, здесь нет пешеходов, но мало ли. А вдруг инструктор бросится под колеса, решив сказать что-то важное? А еще же нужно не перепутать педали. А еще дышать. Дышать, кажется, сложнее всего – я просто выталкиваю из легких порции воздуха.

А потом у меня начинает получаться. И даже выходит неплохо. Настолько, что я перестаю замирать на каждой секунде, обливаясь потом и читая молитву.

– У меня получается! – сначала вырывается нервный смешок, а потом и смех. – Макс, у меня получается!

Я настолько горжусь собой, что не выдерживаю и бросаю взгляд на наставника. Его синие глаза улыбаются, а его ладони вновь прикасаются к рулю, подсказывая и направляя. Но на этот раз его пальцы тоже соскальзывают и накрывают мои.

– Да, получается, – соглашается он, принимаясь рисовать большим пальцем на моей коже узор. – Тебе нравится то, что ты чувствуешь?

Глава 42. Анита, прошлое, 8 лет назад

Не перепутать педали – убеждаю себя. Сейчас это самое главное. Едва машина останавливается, плавно и без скачков, позволяю себе секундную передышку, а потом убираю ладони с руля.

Не стоит затягивать. Лучше сразу расставить все точки над i.

– Макс… – начинаю я, повернув к нему голову.

– Мы с Настей давно расстались, если это тебя волнует.

– Расстались? Я думала, что… Неважно. Вернее, важно, но…

Впервые подбирать слова так мучительно, потому что я наконец замечаю то, на что не обращала внимания. Впервые мне жаль, что у меня такой скудный опыт в отношениях с мужчинами и нет заготовленных фраз.

– Анита, ты мне нравишься, – пользуясь моей заминкой, продолжает Макс. – Очень нравишься. Между мной и Настей уже ничего нет и не может быть.

Качаю головой.

Макс поднимает руку, проводит пальцем по моей щеке и с улыбкой говорит:

– Я свободен. Поэтому если ты…

– А я – нет.

Его рука опускается, но синева взгляда настаивает на продолжении. Ему мало тех слов, которые сорвались, минуя мои внутренние сомнения.

– Ты с кем-то встречаешься?

Вопрос, который я боюсь задавать даже себе. И вряд ли решусь спросить об этом Тимура. Вопрос, на который сегодня ответить сложнее, чем вчера или несколько дней назад. Но я снова киваю.

– Да, – отвечаю, подумав. – Думаю, да.

– Кто он? Я его знаю?

Знает, и довольно неплохо. Но я не чувствую, что вправе называть имя Тимура, потому что сама не уверена в том, что у нас происходит. И уж тем более не знаю, что дальше. И этот звонок, который не состоялся…

– Знаю, – всмотревшись в меня, делает выводы Макс. – И это не Олег, потому что он пытался подбить клинья, но тебе не понравился.

– Не думаю, что его имя имеет значение, – говорю поспешно и по возможности убедительно.

Макс какое-то время молчит, продолжая пытать меня взглядом – напряженным, задумчивым, – а потом легко улыбается. Атмосфера в машине вмиг разряжается.

– Понятно, – весело соглашается он. – Парень у тебя есть, а как насчет друга?

Недоверчиво смотрю на него. Но он не выглядит расстроенным и почти мгновенно возвращается на другую волну, вне романтических отношений.

– Я серьезно, – продолжает он и протягивает руку.

– Только друг?

– Друг – это не «только», Анита. Друг – это иногда куда больше, чем все остальное.

Вложив свою ладонь в его, слегка напрягаюсь, но нет. Он просто пожимает ее. Без поглаживаний, без рисунка узоров пальцами. Даже не пытается ее задержать.

– Забей мой номер, – предлагает и тут же начинает называть цифры.

– Погоди, – смеюсь я, – я еще телефон не достала.

Моя сумочка на заднем сиденье, и Макс наклоняется, чтобы достать ее. Кстати, вовремя: мне кто-то звонит.

Выудив телефон, бросаю взгляд на экран и чувствую, как начинает зашкаливать пульс, когда я понимаю, что это Тимур.

– Не ответишь? – интересуется Макс, когда мелодия начинает звучать с новой силой.

– Позже.

Я не сбрасываю звонок – это ведь будет означать, что я его видела и не захотела ответить. А я хочу, но сейчас и правда не лучший момент.

Кошусь в сторону Макса: он не пытается сделать вид, что не видел имени абонента. Но в его взгляде и настроении ничего не меняется, он по-прежнему настроен исключительно на дружеский лад.

– Можешь звонить в любое время, – говорит он, когда я начинаю вносить цифры в свой телефон. – Например, если захочешь обсудить музыку, нужна будет помощь. Ну или если вдруг некому будет поплакаться.

– Спасибо, – натянуто улыбаюсь.

«Некому будет поплакаться» – это ведь он о Тимуре. О том, что все не всерьез и мы скоро расстанемся. А еще о том, что в этом случае рядом не будет Насти, потому что связь с ее братом ей вряд ли понравится.