Бывшая жена (СИ) - Алексеева Дана - Страница 42

– А уши дёргать будем? – вспоминаю нелепую забаву.

– Ой, нет-нет, – Катя моментально закрывает их.

– Почему это?

– Я не хочу, чтобы у меня уши как у Чебурашки стали, – она показывает руками гигантский размер и категорично мотает головой. – Нет уж, спасибо. Себе дёргайте, а у принцессы должны быть маленькие ушки.

– Ну и хитрая же ты, – смеюсь я. – В кого, интересно?

– В маму, конечно…

– Что там «мама» опять? – выглядывает из комнаты приодетая Аня.

– Ничего-ничего, – пищит Катя и шикает на меня. – Т-с-с, это секрет, ладно?

– Как скажешь, друг, – на полном серьёзе отвечаю я и на глазах у ожидающего ребёнка вскрываю коробку. – Та-дам!

Большой набор для многоэтажного кукольного домика с разной мини-мебелью и жильцами приводят Катю в восторг. Аня оказалась права – это то, о чём дочь мечтала.

– Собери мне его, Артём! – маленькие пальчики перебирают многочисленные детальки и цепляют самые яркие и интересные. – Так хочется уже поиграть…

– Ага, – выходит к нам Аня и расставляет руки по бокам. – Тогда собирайте, а я позвоню всем твоим подружкам и скажу, что мегапраздник отменяется.

Катя теряется: раздвоиться на части невозможно, поэтому ей приходится мучиться выбором. По итогу она выдыхает, приняв осознанное решение:

– Ладно, мы после праздника соберём, да? – заручившись моим одобрительным кивком, она деловито обращается к маме. – Я уже готова ехать, а ты?

– Ты-то готова, а вот волосы твои – нет. Садись, дорогуша, на стульчик, сейчас будем творить прическу.

– С бантиками новыми? – послушно пристраивается на стул Катя.

– А как же… Конечно.

Через полчаса мы очумелой троицей всё-таки выходим из квартиры и рассаживаемся в машине, чтобы ехать в детский развлекательный центр.

Вот где рай для детей. Аниматоры «на батарейках», не устающие заводить детей, аттракционы на любой вкус с функцией «всё включено» и стол с такими сладостями, что попа слипнется однозначно. Но сегодня можно всё…

В этот день родители закрывают глаза на детские слабости и пускают всё на самотек, ну лично я точно отпустил… Аня первые часы ещё старалась всё держать под контролем, не давая себе расслабиться, но потом тоже «плюнула», поняв, что бесполезно.

Визг радости, много детского смеха и их счастливых мордашек.

Честно говоря, не знаю, как не оглох и остался в здравом уме после этой вечеринки. Что ни говори, а дети отрываются похлеще взрослых. На таких ватных ногах и без сил я домой не возвращался даже после хорошей дозы алкоголя.

Именинница так нагулялась, что на обратной дороге её укачало в машине и Катя заснула прямо в кресле.

– Домик надо ещё построить, – Катя приоткрывает слипшиеся глаза, когда я заношу её на руках в квартиру.

– Завтра. С новыми силами, – шепчу и снимаю с ног детские туфли.

– А ты расскажешь мне сказку и споёшь песенку, м? – до последнего борется со сном дочь.

– Да, котик…

Я жестом показываю Ане, что справлюсь с Катей сам, и она закрывает за нами двери в детскую.

Переодев полусонную принцессу в пижамку с единорогами, я открываю книгу со сказкой и щурюсь на буквы под тусклым светом ночника.

Катя прижимается ко мне бочком и откровенно зевает, прикрыв глаза.

До песенки на этот раз мы не доходим. Дочь засыпает почти сразу. И слава богу. На середине сказки я сам уже клевал носом, а строчки расплывались перед закрывающимися глазами.

Я мило целую сопящего котёнка в лоб и выключаю ночник. Выхожу из комнаты и понимаю, чем обусловлена абсолютная тишина, разбавленная тихим сопением. Мои девочки спят… Обе.

Аня, бедняжка, видимо, тоже настолько вымоталась, что прилегла на диван и уснула. Поджала к груди колени, свернувшись комочком и даже не укрылась.

Я приношу из спальни плед и накрываю им любимую. Вот так лучше…

Она так сладко спит, что не могу удержаться от лёгкого поцелуя в лоб.

Касание почти незаметное, но Аня реагирует на него и открывает глаза.

– Спи, – шепчу я, поглаживая нежную щёчку. – Катя спит как младенец, а я пойду.

– Не уходи… – бормочет она и притягивает меня к себе.

Мне послышалось?

– Останься, мне так спокойнее, – сметает все сомнения и слабо улыбается.

– Хорошо…

Я приятно удивлён такой просьбой и точно не могу отказать в её исполнении.

Ложусь рядом с Аней и рассматриваю её спокойное, уставшее лицо. Красивая… Волосы хаотично обрамляют ровный овал, а уголки манящих губ чуть поддёргиваются наверх.

– Поцелуй меня ещё раз, – просит она и кладёт ладонь на грудь.

Я целую её в лоб.

– Ещё… – шепчет, открывая глаза. – Чуть ниже.

Облизывает губу, настаивая на своём и испытывая мою выдержку. Здравый смысл летит к чертям. Я накрываю её поцелуем.

Аня – сладкая, вкусная и такая ненасытная… Может, я сплю? Если так, то не хочу просыпаться.

Её пальчики вытворяют запретные раньше вещи: сами залезают ко мне под футболку и начинают поглаживать, возбуждая всё больше и больше.

Мне крайне трудно останавливать все действия, но я вынужден сделать это, когда Аня доходит до ремня. Нетерпеливо расстёгивает его (то, о чём я грезил), но перехватываю её шаловливые пальчики.

– Ты же не хотела спешить? – напоминаю.

– Что-то не припомню такого, – лукавит она и хитро улыбается.

– О, ясно… А Катюша-то была абсолютно права, – усмехаюсь я.

– О чём ты?

– Да так, не забивай голову… Всё равно не скажу – обещал хранить секрет.

– Я же не усну теперь, – надувает щёки Аня, не понимая моих намёков.

– В этом даже не сомневайся.

Одним движением я меняю положение и устраиваюсь сверху Ани, вжимая её запястье в диван.

– Теперь ты никуда не денешься. И я точно не остановлюсь.

– Продолжишь угрозами или всё же… делом? – неприкрыто нарывается она.

Я знаю, что успокоит любимую… Знатный трах. Только он способен сбить эту стервозную чертовщинку с лица.

Срываю милое платьице и любуюсь на голую Аню в одних трусах. Они здесь явно лишние. Соски стоят оловянными солдатиками, один из которых Аня теребит в предвкушении.

Я облюбовываю языком упругую грудь, а пальцем отодвигаю ткань влажных трусиков, массируя сочащееся от возбуждения лоно.

Малышка готова и сильно хочет меня. Извивается, сглатывая стоны, когда проникаю пальцами внутрь, но и этого ей мало… Как и мне. В штанах всё уже дымит. Стоит колом и просится наружу, чтобы доставить максимальное удовольствие нам обоим.

Трусики летят на пол, а женские ноги покорно раздвигаются перед большим возбужденным агрегатом. Я врываюсь в неё со всем неистовым желанием, растягивая тугую дырочку. Кайф. Просто охрененно чувствовать её изнутри и долбить, доводя до фееричного исступления ту, которую люблю и сильно хочу.

Скажу, что сегодня – один из самых лучших дней в моей жизни, и не совру. И самое главное – не последний. В этом я уверен, ведь у нас всё только начинается…

Эпилог

Спустя полгода

Кто-то может простить измену, а кто-то нет.

Я не смогла и теперь счастлива.

Абсолютно.

Правда, для этого пришлось выяснить некоторые обстоятельства: например, что измены не было. Ещё понять собственную глупость и поспешность в поступках, но два развода хорошо вразумили меня, надавав по лбу до огромного синяка. И простить себя за это, ведь в противном случае самоуничижение утопило бы меня, а не спасло.

Надо бороться за своё счастье – не последняя мысль, которая обосновалась в моём сознании. Не отбиваться от него или бежать сломя голову, круша всё на своём пути. Чтобы не допустить эту ошибку, для начала нужно разглядеть счастье и понять, что это именно оно. Твоё. Родное. И жизненно необходимое.

Порой то, что видим через призму своих принципов – это совсем не то, что есть на самом деле. Надо остановиться и выдохнуть, охладить голову от обуревающих её чувств и обернуться назад. Иначе велик риск совершить ошибку – грубую, иногда непоправимую, от которой в будущем можно захлебнуться в болоте и не выгрести на сушу.