До последнего вздоха (СИ) - Симакова Марина - Страница 10

Целых два года я не видел её и не слышал ее голоса, мне хочется верить, что когда-нибудь мы встретимся и наладим наше общение. Сможем сохранить то хорошее, что было у нас. Та ночь была лучшей в моей жизни, я бы никогда не воспользовался самым дорогим мне человеком, ведь она моя, моя… и я потерял её. Мне казалось, что я надавил на нее, что воспользовался ей. Ведь я не спрашивал разрешения, а просто молча, раздевал ее и целовал такие сладкие губы, я так боялся остановиться. Эли дрожала подо мной, а ее обнаженное тело горело огнем страсти, мне надо было остановиться, поговорить, да, в конце концов, сказать, как сильно я ее люблю. Я должен был подождать, когда она повзрослеет и только потом раздевать ее. Но нам предстояла разлука, я хотел ее заполучить, каким же эгоистом я был. Она отвечала на все мои поцелуи, ее тело таким отзывчивым, таким теплым и нежным. Я часто вспоминаю нашу первую встречу и ее зеленные глаза цвета изумруда. С годами они становились все ярче, но в ту ночь я погасил свет в них. Я разрушил ее и себя тоже.

Кто-то стучит в мою дверь, и я встаю с кровати и иду к комоду, достаю пижамные штаны и быстро одеваюсь. Живу я в доме с другими четырьмя парнями из команды, и самое великолепное, что у каждого своя большая отдельная комната с туалетом и ванной. Три месяца назад я начал встречаться с Молли, блондинка с очень сочными формами, характер не очень, главное мне не мешает. Да если честно из этих трёх месяцев, мы виделись пару раз, потому что Молли уезжала на каникулы домой, а я оставался тут с командой. Она приезжала ко мне на два дня, а затем вновь отправилась домой. С ней мне легко, она приходит и уходит, а я наслаждаюсь нашими мгновениями, потому что обычно мои мысли далеко, а с ней я отвлекаюсь.

Открываю дверь и замираю на месте, передо мной стоит мистер Дэвис. Он одет в обычную футболку и потертые джинсы, он осматривает меня, а затем мою комнату. Я смотрю на него и не могу произнести ни слова, воспоминания обрушились на меня и теперь я, кажется, понял, что Эли приехала учиться. В горле появляется ком, который я сглатываю. Как я могу жить дальше, если прошлое буквально ворвалось в мою жизнь и сейчас стоит на моем пороге.

— Привет, Алекс, впустишь? — спрашивает он.

— Здравствуйте, мистер Дэвис, да конечно, проходите, — я направляюсь назад к комоду и достаю футболку, быстро натягиваю и возвращаю своё внимание на утреннего гостя.

— Как ваши дела? — спрашиваю я, чтобы нарушить угнетающую тишину, которая давит мне на барабанные перепонки. Иногда тишина может быть страшнее самых громких звуков.

— Все хорошо, как твои?

— Тоже все хорошо, вот готовлюсь к футбольному сезону, — показываю на экипировку, о которой я всегда мечтал. Я добился своей цели, только вот потерял Эли.

— У меня к тебе просьба. Я знаю, что с Элисон вы больше не общаетесь, но сегодня она приехала в ваш университет, — после этих слов он тяжело вздыхает, а мое дыхание пропадает. — Так вот, не мог бы ты за ней присмотреть?

— С удовольствием, — растерянно произношу я, а сердце в груди стучит с бешеной скоростью. Оно отбивает чечетку прямо об мои ребра.

— Алекс, Элисон которую ты знал, больше нет. Это совершенно другой человек. Хоть она и не хотела ехать сюда, в другое место без контроля я не мог её отпустить, — в его лице видна боль, что же случилось с ней? Он берет с полки нашу с ней фотографию, а затем смотрит на меня.

— Я понял.

— Не знаю, что произошло между вами или это твой отъезд так сказался, но своей дочери я больше не вижу, — мистер Девис бросает последний взгляд на фотографию, а затем ставит ее обратно. От этого взгляда мое сердце сжимается.

— Что это значит? — спрашиваю я.

— Спасибо, Алекс. Мне пора ехать, я привёз Элис и помог с вещами. До встречи, — после этих слов он уходит, оставив без ответа мой вопрос.

Сажусь на кровать, пальцы дрожат. К такому я не был готов, я только начал забываться, начал другие отношения. И что черт возьми значит, что она больше не та Элисон. Сердце бешено стучит, а нутро тянется быстрее увидеть её.

В дверь начинают барабанить, от чего я закатываю глаза, так может делать только Дин. Как и планировали мы с ним вместе здесь и играем за одну команду. Сегодня у меня какой-то проходной двор, может он увидел мистера Дэвиса, но он не сказал в какой комнате живет его дочь, как же мне ее найти.

— Алекс, ты не поверишь, — Дин забегает в комнату. — Мы сейчас разговаривали с Меган, она сказала, что у неё новая соседка и это Элисон.

Я сжимаю кулаки и мышцы напрягаются, в моей комнате на полке до сих пор стоит наша фотография с моего выпускного, где мы смотрим друг другу в глаза. Это был неожиданный кадр, но такой живой и такой естественный. Когда я приходил поговорить с ней перед своим отъездом, миссис Девис протянула мне эту фотографию, на глаза навернулись слезы. Я должен уважать ее желание, и если Эли не хочет меня видеть я должен был уйти, так я и поступил. Бросаю взгляд туда, где стоит та самая фотография, которую несколько минут назад рассматривал мистер Девис. Какая же она красивая, эти изумрудные глаза полные любви. Смотрю на фотографию и сразу же рукой на шеи нахожу кулон, тот самый, подаренный ей. Я никому не рассказывал про то, что случилось, просто не мог. На другой фотографии мы с ней ещё дети, но уже тогда я начинал ревновать её, старался задирать всех парней и не давал возможности им приближаться к ней. В её глазах даже в детстве присутствовал озорной огонёк, она и сама всегда была яркой звездой моего сердца.

— Приходил её отец и просил присмотреть за ней, поехали? — предлагаю я. Весь в предвкушении встречи, я переодеваюсь в джинсы и футболку, и мы идём к моей новенькой машине, которую отец подарил мне на двадцать лет, но в тот день мне не хватало лишь Элисон, только она могла из мелочей делать самые ценные подарки, придавая им особенную значимость.

Через двадцать минут мы подъезжаем к их общежитию, по мере приближения к комнате мои ладошки потеют все больше. Дин открывает дверь, не постучав, и я проскальзываю внутрь следом за ним.

— Привет, — произношу я, увидев Меган, затем разворачиваюсь, и моя челюсть падает на пол.

Я вижу перед собой девушку, сидящую на окне с сигаретой в зубах. На ней чёрные джинсы с худыми коленками и чёрный кожаный топ с глубоким декольте, видимо ей не нравиться носить нижние белье. Волосы чёрные, как уголь убраны в пучок, а глаза жирно обведены чёрным карандашом. Губы, которые я так когда-то любил, накрашены чёрной помадой. Это не моя Элисон, это нечто. А глаза холодные, словно жизнь в них исчезла, а тот огонёк давным-давно погас. Мое сердце готово выпрыгнуть из груди, во что же она превратила свою жизнь, с какой компанией связалась, надеюсь, хоть наркотики она не принимает. Не об этом мы мечтали, планируя наше будущее.

— Привет, — протягивает она, делая очередную затяжку, и выпускает дым в виде колечек. Она не смотрит на меня, я же наоборот не могу отвезти взгляд. Где же моя маленькая колдунья, которая околдовала меня?

— Здесь не курят, — фырчит Дин, на что на лице Эли расплывается широкая улыбка, ей явно на это наплевать.

— Это ещё почему?

— Для этого есть специальные места, — продолжает спорить с ней Дин, скрестив руки на груди.

Элисон встаёт и медленно, словно опасный хищник приближается к нему.

— Дин, я тебя умоляю, правила для того, чтобы их нарушать. Приятно оставаться, — она хватает свой такой же чёрный рюкзак и выходит. Дин смотрит на меня, а я стою, распахнув широко глаза, я не ожидал увидеть такое. Мистер Девис был прав, сказав, что теперь она совершенно другая, не та милая хорошая девочка.

— Эли, — кричу ей в след и догоняю её, за локоть останавливаю, и она разворачивается. Как в тот самый вечер, только теперь из ее все таких же прекрасных глаз не текут слезы, они давно высохли.

— Мое имя Элисон, Эли я только для близких друзей. Ты не входишь в их число, — шипит она сквозь зубы, это удар ниже пояса, потому что я был самым родным для нее человеком.