Повелитель снов (СИ) - Исупова Наталья Леонидовна - Страница 3

Я смутилась, но не подала вида. Какое он имеет право насмехаться надо мной.

- Вы вольны думать, что вам угодно! Я не могу надеяться, что у моего кузена друзья не подстать ему. Я гуляю по лесу одна, а не пьянствую в какой-нибудь грязной таверне. По-моему, это более достойное времяпровождение.

- Конечно-конечно, милая графиня. Ведь прогулки на природе так способствуют философским мыслям и созерцанию. Правда, ваш кузен сообщил мне, что вы не блещете умом, и, вам скорее следовало родиться мужчиной, чтобы вволю наслаждаться риском, который вам так по нраву, быть может, тогда все ваши штучки не выглядели так забавно и не наводняли округу сплетнями о вашей персоне. Кузен жаловался, что вряд ли найдется достойный жених для вас, разве что кто-нибудь позарится на слегка порастраченное им состояние.

Я попыталась подстегнуть Франчо, чтобы избежать неприятного разговора. Однако Бертран успел подобрать волочившиеся по земле поводья, и улизнуть мне не удалось. Бертран нравился мне очень, но иногда он меня больше чем просто злил. Я кусала губы от злости и смущения. И угораздило же меня встретить его в таком виде. Hе накрашенная, в мужском костюме, с волосами, небрежно спрятанными под шляпой.

- И все-таки вы необыкновенно хороши, графиня. А красивой женщине прощается все, даже глупость, - я покраснела и опустила голову, потупив глаза, - Впрочем, я успел убедиться в обратном. Вы вовсе не так глупы, как думает ваш кузен. Говорят, иногда вы бываете тихой и милой девушкой, прячетесь от людей в парке, не разговариваете, ваш взгляд блуждает в прострации - унылая картина. А иногда в вас будто вселяется дьявол, вы дерзите и говорите колкости, ввязываетесь во все авантюры. Все уверены в вашем безумии, вы шокируете окружающих. Hо клянусь, я более рад видеть вас такой, чем в той полной апатии и безразличии, в которой вы прибыли в эти земли, - я молчала.

Что я могла сказать? Бедная девушка, в теле которой я находилась сейчас, была действительно умственно отсталой. Я легко подавила ее волю, и, наверное, ее еще более угнетали мои внезапные наскоки на ее неразвитый мозг. Почему бы мне ни пококетничать с этим сеньором? Скоро я покину этот мир, и, он оставит эту малышку, убедившись в ее ненормальности. Как жаль, но его привлекаю не Я, а это красивое тело. Все остальное для него лишь приложение к точеной фигуре.

- Этот костюм вам идет, графиня. Вы великолепно смотритесь в седле, но смею вас заверить, подобный наряд больше не скроет ваш пол, как это было еще недавно. Увы, но из угловатого подростка вы выросли в привлекательную девушку. Поэтому не советую вам, появляться в таком виде в людных местах. Кстати, я хотел вернуть вам вот это, - Бертран протянул мне свернутый вчетверо листок пергамента, - листок выпал из вашей сумочки, а вы были так взволнованы беседой с Луи, что не заметили этого, - Hе бойтесь, - с улыбкой сказал пират, - он этого не читал.

Я взяла бумажку из рук Бертрана, и, почувствовала легкий озноб, когда мои пальцы коснулись его ладони. Я не помнила, что там должно было быть, и пробежала глазами по мелким ровным строчкам. Там были результаты моих занятий стихосложением:

Под солнцем горячим струится песок,

Пустыня, как моря безбрежный поток,

Кругом лишь барханы средь знойной жары,

Бескрайней, безмолвной, мертвящей тоски.

А на горизонте - прозрачный туман,

Иль только природы жестокий обман?

Прекрасный оазис я вижу вдали,

Высокие пальмы стоят у воды.

Все ближе верблюдов ко мне караван

Погонщик поправил высокий тюрбан.

Мне кажется, слышу я шелест листвы.

Иль это зыбучие воют пески?

И вот, спотыкаясь, вперед я бегу,

Hадежда проснулась в горячем бреду.

Hо дальше отходит прекрасный пейзаж,

А разум уж шепчет - все это мираж,

Hо словно безумная рвусь я вперед,

А ноги сжигает каленый песок,

И солнце в зените сжимает тиски

Полуденной, мертвой, безмолвной жары.

Дыханьем своим растопило туман,

А сердце в груди бьется как барабан.

Иссякнули силы - как дальше идти?..

Растаял оазис безумной мечты.

Кругом лишь пустыня - зыбучий песок

И белого солнца печальный упрек.

Все это - безбрежной пустыни игра,

Ты снова, как прежде, осталась одна.

Пропала надежда - душа вся в крови,

Hо снова вперед нужно гордо идти...

И голос какой-то мне шепчет слова:

"Послушай, ведь все же еще ты жива!

А что ты хотела, отправившись в путь?"

"Hет, разуму трудно надежду вернуть..."

"Hе будь малодушной, ведь цель - впереди!"

"Hо края не видно на трудном пути..."

И все же сдаваться не хочет душа:

"Зачем ты страдала, иль все это зря?!

Ты к цели рвалась, не заметив беды,

Упрямо не верила в силу судьбы.

Оставь же сомненья, какой в этом прок,

Ты поняла поздно фортуны урок!"

"Позорно сжимается сердце в груди..."

"Ты время теряешь, назад нет пути!

Как быстро забыла ты то, чем жила,

К чему так стремилась, чего так ждала..."

"Я в чем-то ошиблась, теперь не понять,

Как тайну мою мне без веры искать?!"

Вот солнце скрывается за горизонт,

Спадает жара, стал прохладным песок.

Hадежда затеплилась снова в груди,

Hе сломит пустыня упорство души.

Вперед и вперед... Может цель уж блика?!

И в зыбком песке утонула нога...

Я почувствовала, как сжалось сердце. Подсознательно мне не хотелось, что бы это было сном, я навсегда желала занять место своего двойника... Как стихотворение, которое я написала дома, в моем мире оказалось здесь? Мне было стыдно, что этот человек на мгновение заглянул в мою душу, узнал мои мысли. Я мечтала нравиться ему сама, а не завлекать телом, которое мне не принадлежало, хотя и чувствовала эту оболочку как свою, все ее физические ощущения, способные приносить наслаждение, боль, блаженство и страдание.

- Удивительно! - прервал мою задумчивость пират, - Можно подумать, вы бывали в настоящей пустыне. Я прекрасно знаю, что испытывает человек затерянный среди песков, но не смог бы передать это так красочно.

- Это другая пустыня, сеньор Бертран, - смущенно произнесла я, - пустыня одиночества и непонимания. И, кажется, сейчас я нахожусь именно в такой пустыне.